— Это же надо было встретиться с Дейдарком в этом месте! — с досадой проговорила я, когда мы с Тхуко покинули дом терпимости.
— Значит, не бедствует парнишка, раз есть деньги на такое заведение, — заметил Тхуко. — Что он тебе сказал?
— Да ничего особенного, — вздохнула я. — Отпускал свои гадкие шутки. Но это было недолго, ты, хвала богам, пришел совсем скоро. Тхуко, а можно спросить? О чем вы говорили с Шарлиз? Может, об Итане?
Тхуко кивнул и признался:
— Она пыталась узнать, не связано ли все-таки его исчезновение с тобой. Я ответил, что нет.
— Но она не поверила, да? — усмехнулась я безрадостно. — Шарлиз опытная дама, ее так просто не проведешь. Кажется, она все поняла насчет нас с Итаном…
— Возможно, — Тхуко пожал плечами. — Кто вас, женщин, поймет… Ревность, интриги… Вы слепнете, когда надо увидеть суть, и становитесь излишне проницательны, когда вас это совсем не касается…
— Опять ты обобщаешь, — заметила я. — Кто тебя так обидел, что ты перестал доверять женщинам?
— Просто жизненный опыт, — Тхуко отвернулся и замолчал.
Остаток пути мы не разговаривали. У особняка Зарухов я вышла, а Тхуко поехал дальше, к их общему с Итаном другу.
В доме стояла тишина, словно все в нем заснули, лишь из кухни едва слышалось звяканье посуды. Я поднялась в свою комнату, переоделась. Потом вспомнила о Фреде, с которым расстались днем не в лучшем расположении духа. Надо было бы найти его, поговорить, помириться. Но в спальне его не было, тогда я снова спустилась на первый этаж, решив поискать там. Может, он прячется в библиотеке или столовой? Однако за первой же дверью, ведущей в гостиную, обнаружила не его, а Ребекку. Она сидела в кресле, погруженная в свои мысли.
— Прошу прощения, тэра Зарух, — произнесла я. — Я ищу вашего сына, не подскажете, где он?
— Фред? Он сбежал к своим другу, — ответила Ребекка, тяжело вздыхая.
— Понятно, спасибо…
Я собралась было уходить, как она вдруг окликнула меня:
— Тэра Гранд!
— Да? — я несколько насторожилась.
— Составьте мне компанию, — Ребекка поднялась и направилась к столику, где стоял графин с вином и несколько бокалов. — Не могу пить одна, а очень хочется.
— Только немного, — я согласилась лишь из вежливости, не желая обострять и без того натянутые отношения с сестрой Итана.
Вскоре у меня в руке оказался бокал, доверху наполненный белым вином. Ребекка с таким же бокалом вернулась в кресло и жестом предложила сесть и мне.
— Расскажите мне о себе, тэра Гранд, — попросила она.
— Что именно вас интересует? — я чуть улыбнулась.
— Кто вы, откуда, какая у вас семья…
— У меня приемные родители, меня удочерили, когда мне было пять лет. Моя приемная мать — в девичестве герцогиня (?), отец Филипп Гранд. Жила я в Ландере, училась здесь, в Фалвейне, окончила столичный университет, факультет языковедения.
По мере того, как я говорила, взгляд Ребекки становился все более заинтересованным.
— Значит, вы выгодная невеста? — уточнила она с полуусмешкой.
— Увы… — отозвалась я.
— Почему так грустно? — Ребекка сделала глоток из бокала. — Итан вполне подходит вам по статусу…
— Итан тут ни причем, — вздохнула я.
— Тогда в чем дело?
— Я могу вам довериться, как сестре Итана, если только об этом никто больше не узнает, — ответила я.
— Вы можете мне доверять, — неожиданно серьезно проговорила Ребекка.
— Мой отец хотел выдать меня замуж против моей воли, за влиятельного человека, который старший меня даже не втрое, а больше. Человека, который вызывает только страх и отвращение, — на одном дыхании произнесла я. — За определенные блага для себя. И я сбежала от них на остров Черного Ската. Там встретила Итана…
— Значит, вот чего вы боитесь… Быть узнанной женихом… — протянула Ребекка. — Он живет в столице?
Я кивнула.
— Итан приехал сюда, чтобы с согласия короля расторгнуть мою помолвку с тем человеком и добиться разрешения на нашу.
Ребекка ничего на это не сказала, лишь нахмурилась и ушла в себя.
— Понимаю, вы можете посчитать меня виноватой в исчезновении Итана… — начала было я, но она меня перебила.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я считаю вас отчаянной. Смелой. И честной, — ее голос звучал надтреснуто. — Честной перед самой собой.
Я посмотрела на нее с неуверенной улыбкой, а она продолжила:
— Я в свое время не смогла сделать так же, — ее губы дрогнули в горькой усмешке. — Оказалась слабой. Предала себя и… Другого. Того, кого любила всем сердцем.
— Тхуко? — вырвалось у меня.
Ребекка снова усмехнулась:
— Догадались, да? Тхуко… Я думала, что никогда не увижу его, смогу забыть свое предательство, простить себя… Избавиться от тоски по нему. Оказалось, что нет. Только его увидела: все вернулось… И любовь, и тоска… Ничто никуда не ушло…
— Но вы ведь теперь свободны и можете дать шанс друг другу снова быть вместе, — осторожно произнесла я.
— Не могу! — почти выкрикнула Ребекка. И уже тише: — Не могу… Простить себя не могу. Конечно, можно придумать себе оправдание: отец был болен, это была его почти предсмертная просьба… Но это все равно будет неправдой. Не той правдой, что сняла бы с меня чувство вины. Не та правда, которая заставила бы Тхуко простить меня. Я сдалась слишком быстро, пошла на поводу у общества, его правил… Не стала защищать свою любовь.
— По-моему, вы слишком строги к себе, тэра Зарух, — отозвалась я. — И к Тхуко тоже.
Она отрицательно покачала головой.
— Не могу… — прошептала потом. — Не могу.
— Тэра Зарух…
— Ребекка, — снова перебила она и улыбнулась. — Зовите меня так, Паола. Мы ведь скоро породнимся.
— Хорошо, — я улыбнулась в ответ. — Очень надеюсь, что это произойдет скоро…
Глава 23
Время близилось к ночи, а Тхуко все еще не было.
— Что-то я волнуюсь, — призналась Ребекка.
Мне тоже с каждой минутой становилось все больше не по себе: только бы не повторилась история с Итаном… Если еще и Тхуко пропадет…
В холле хлопнула дверь, и мы с Ребеккой одновременно подскочили на ноги.
— Это он! — Ребекка первая выбежала из гостиной.
Одновременно с нами со второго этажа уже спешно спускался Фред, который тоже выглядел встревоженным.
— Тэр Гварт! — воскликнул он, опережая мать. И та сдержала эмоции, но лишь в глазах отразилось облегчение.
— Что за шумная встреча? — хмыкнул на это орк. — Чем я такое заслужил?
— Мы беспокоились, вообще-то, — ответила я. — Тебя не было больше четырех часов.
— Я был с Оуэном. Выпили немного, я пытался его разговорить, — ответил Тхуко.
— Ты что-то узнал? — сердце замерло в ожидании.
— Да опять ничего конкретного! — в сердцах махнул рукой орк. — Они тоже в тот день с Итаном ужинали вместе, выпивали, слегка даже перебрали, потом же разошлись… В общем, все то же, о чем Оуэн писал в письме.
— Итан перебрал с алкоголем? — меня дернула эта фраза.
Тхуко прищурился:
— Тебе тоже показалось это странным?
— Я, конечно, знаю Итана не так уж долго, но не замечала, чтобы он увлекался выпивкой, — отозвалась я задумчиво.
— Итан действительно не имел пристрастия к алкоголю, — подтвердила Ребекка. — Я вообще не помню его пьяным. Если только в молодости, когда он весь был соткан из противоречий, пытался противиться миру, судьбе… В общем, по глупости…
— Ребекка права, — сказал Тхуко. — Даже когда ждал тебя, Паола, он не топил тоску в шипте.
— Тогда что бы это могло значить? — спросила я. — Почему он напился так вдруг? Ведь и повода не было.
— Оуэн никак не смог это объяснить. Сказал, что просто ели, пили, разговаривали о жизни, вспоминали прошлое... Да и сам Оуэн плохо помнит окончание вечера, настолько был пьян. Даже как добрался до дома не помнит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Думаете, их напоили специально? — предположил Фред.
— Ох, святая Калла, — прошептала Ребекка и принялась обмахиваться ладонью. — Да что же это творится…
