будем искать. Шороху наведем. А батюшке скажем, что в ходе следственного мероприятия ствол нашли.
— Какой ствол?
— Да без разницы. Хоть наган довоенный. Вызовем его в качестве свидетеля, скажем, что нужно его лик запечатлеть на пленку и пальцы откатать.
— Но со свидетелями так не поступают, — скептически заметил Горохов.
Поддержка пришла, откуда я не очень-то ждал.
— Формально, мы можем его дактилоскопировать, — вмешался Алексей. — Скажем, чтобы сличить пальцы на нагане, чтобы отмести его причастность. Он согласится, потому что будет уверен, что пальчиков его там нет, ведь ствол вымышленный. Ну и заодно его сфотографируем. Скажем, что по новому приказу теперь к каждой дактилокарте фотокарточка портретная прилагается.
— А что?.. — Горохов одобрительно закивал, поглядывая то на меня, то на эксперта. — Хорошо придумали, парни... И потом, может, мы и вправду что-нибудь там найдем интересное. В любом случае, такое мероприятие даже без подставного ствола нужно провести. Сейчас я вынесу постановление о производстве обыска, Звягинцев санкцию, думаю, без проблем теперь подпишет, и вперед...
* * *
На обыск решили выехать с утра на следующий день. У местных запросили в помощь еще десяток сотрудников — участковых и оперативников вперемешку. Посчитали, что только своими силами обшарить такой лабиринт будет весьма проблематично.
Санкцию прокурор Звягинцев подписал и даже лично выехал с нами на данное следственное мероприятие. Так что прибыли с утра к храму целым кортежем.
Отец Арсений встретил нас недобрым взглядом. Горохов объяснил ему необходимость проведения обыска, что, мол, преступник богу душу отдал. Показания с него теперь только апостол Петр может взять, а мы вынуждены искать улики по месту последнего пребывания Сапожникова.
Священник похмурился, погладил бороду и отошел в сторонку помолиться. Мы принялись за дело. Горохов разделил нас на поисковые группы и за каждым оставил определенный сектор.
— Ну, что соколики, — инструктировал он нас. — Загляните в каждую щелку, в каждый уголок. Если что-то найдете, руками ничего не лапать, чтобы отпечатки не загадить. Зовите сразу меня и криминалиста. Будем под протокол изымать. За работу, товарищи.
Я шагал в паре с Погодиным и с тем самым летехой из местных, с которым брали Сапожникова. Тогда имени его я не спросил, а сейчас он сам назвался, радостно потряс нам руки, как старым друзьям, с которыми пережил многое. А пережил он свое второе рождение. Если бы не Федя тогда, то неизвестно, чем бы все закончилось.
Звали летёху — Валера Шубин. В уголовном розыске трудился недавно, но видно, что очень хотел преуспеть на ниве борьбы с преступностью и постоянно рвался в бой.
— Смотри, Андрюха, — Погодин указал на то самое пятно на стене, которое по очертаниям раньше напоминало приведение, а сейчас больше походило на гигантский рваный носок. — Рисунок изменился...
— Ну и что? — пожал плечами я. — Сырость проступает, или, наоборот, немного пятно подсохло.
— Так откуда здесь сырости-то взяться? — вмешался Валера. — Крыша не дырявая. Стены присутствуют.
Я подошел к стене и потрогал каменную кладку. Снизу потянуло холодком. Я присел на корточки и провел пальцами по стене вниз. Чем ниже опускалась моя рука, тем явственней чувствовался холодок.
— Ну-ка, помогите мне, — скомандовал я, разгребая фрагменты осыпавшейся штукатурки. — Внизу явно что-то есть.
— Что там? — парни поспешили на подмогу.
Три пары рук, не гнушаясь грязи, разгребли небольшой завал под пятном.
Звяк — что-то брякнуло металлом. Это было кольцо, прибитое к деревянному люку.
— Ядрён-батон! — воскликнул я. — Да тут погреб, что ли?!
Я потянул за кольцо, люк со скрежетом приподнялся, открывая черноту лаза. Ни хрена не видно, будто в преисподнюю заглянул.
— Федя, посвети, — я отбросил крышку в сторону и очутился перед зияющим чернотой входом. — Ну нихрена себе! Не погреб это вовсе, а целое подземелье. Зови наших. Хотя погоди... Я сам. Караульте лаз. Я скоро.
Я поспешил наружу. Если там внизу таится то, о чем я думаю, то батюшка совсем не прост оказался. Нужно взять его без шума и пыли по-тихому, а потом уже делать осмотр находки как положено.
— Ну, что там? — встретил меня на крыльце Горохов, вальяжно попыхивая «Мальборо».
— Наган нашли, — тихо проговорил я.
— Серьезно? — следователь замер с сигаретой, которую так и не донес до рта.
— Серьезнее некуда, — я приблизился к шефу и прошептал. — Похоже, что мы наткнулись на погреб Холодильщика.
Горохов дернулся и отшвырнул только что зажжённую сигарету.
— Тише, Никита Егорович, — я взял его за локоток. — Не привлекайте к себе внимания. Нужно попа взять. Где он?
— Да тут только что молился, — кивнул следователь на угол здания, где скучала парочка милицейских водителей в форме старшины и сержанта.
— Сейчас пойдем туда, будто уточнить у попа что-то хотите, а я его на землю положу.
Незаметным движением я расстегнул под ветровкой кобуру и снял пистолет с предохранителя. Патрон, вопреки мерам личной безопасности, уже был загнан в патронник, и дергать затвор не было необходимости. Я так часто делал, когда шел на ответственные (а проще сказать — опасные), вот как сейчас, мероприятия.
— Понял, — кивнул шеф, озираясь. — Может, остальных позовём?
— Нет. Так будет слишком заметно, спугнем. Неизвестно, на что он способен, — прошептал я, улыбаясь, будто мы с обсуждали с начальником прекрасную весеннюю погоду, футбол и прочих красивых девок.
— Тогда пошли, — еле заметно кивнул Горохов и шагнул первым туда, где в последний раз видел отца Арсения.
Я за ним. Мы приблизились к беспечным водителям. Те сразу вытянулись по струнке, выйдя из позы загорающих опоссумов, и поправили портупеи.
— А где богомолец? — спросил Никита Егорович.
— Так ушел, — ответил старшина.
— Куда?
— Сказал, что в город ему надо срочно. Вон там, в леске по тропке скрылся.
— Как — ушел? — рявкнул Горохов. — Какого рожна вы его отпустили?!
— Так не было приказа удерживать, — пожали плечами служивые, пятясь к своим машинам.
— Твою дивизию! — плюнул Горохов. — За ним! Быстро!
Глава 14
Услышав команду Горохова, шоферюги кинулись вслед за попом. Мы с шефом вскочили в машину и рванули в объезд, чтобы встретить беглеца на выходе из леса. Если он в город собрался, то там,
