Читаем без скачивания Новый русский попугай - Наталья Александрова

— Вы хотите, чтобы я сделал копию этой марки? Но зачем? Поймите, это дорогая работа…

— Это маленький розыгрыш. Сейчас, конечно, не первое апреля, но я хочу подшутить над одним приятелем…

Это прозвучало не очень убедительно, но сумма, которую предложил за работу Синеусов, была весьма значительной, и гравер дал себя уговорить. Конечно, у него были какие-то подозрения, в частности, шутка показалась ему чересчур дорогостоящей, но в конце концов, кто платит — тот и заказывает музыку.

Еще большие подозрения вызвала просьба Прохора Петровича о полной конфиденциальности задания. Но, решившись на работу, гравер усилием воли отбросил всякие подозрения, и как же сейчас об этом жалеет!

— Ближе к делу! — строго вставил Маркиз.

Антон Антонович взял аванс и приступил к работе.

Изготовить клише не составило для него труда — он действительно был мастером своего дела. Гораздо больше проблем возникло с бумагой для печати оттисков. Ведь заказчик настаивал на том, чтобы марка во всем соответствовала оригиналу.

Значит, бумага должна быть такого же цвета, такой же толщины, такого же качества, но самое главное — ее возраст должен совпадать с возрастом марки.

— Вы понимаете, — пояснил гравер, — можно, конечно, сделать бумагу вручную. Она будет очень похожа на настоящую, все будет один к одному — плотность, вес, цвет, глянец, но только не возраст. Возраст бумаги настоящий специалист чувствует осязанием, обонянием, всеми органами чувств! Время оставляет на бумаге неизгладимый отпечаток, который ни с чем невозможно спутать! Бумага, которой всего двадцать лет, так же отличается от той, которой больше ста, как двадцатилетняя девушка от столетней старухи!

— Вам бы романы писать, — проговорил Маркиз, — очень уж вы красиво выражаетесь!

— Значит, мне нужно было найти подлинную бумагу соответствующего возраста, — продолжил Антон Антонович, не обратив внимания на колкость своего собеседника. — Я обошел всех коллекционеров, перерыл антикварные лавки, но все было не то! Я подумывал уже о том, чтобы все же сделать бумагу самому — но не из обычного материала, а из бумажных денег того же возраста, что и марка. Во всяком случае, денег девятнадцатого века можно найти сколько угодно, у каждого коллекционера их полные коробки. Можно подобрать именно тот самый год. В этом случае будет соответствовать образцу по крайней мере возраст бумажной массы. Но все равно полной идентичности достичь не удастся.

И вот, когда я был в полной растерянности, я решил воспользоваться проверенным методом, который не раз помогал мне собраться с мыслями, преодолеть кризис и найти решение проблемы: я решил пойти на хороший оперный спектакль.

Лучше всего в такой ситуации помогает опера Беллини «Норма». По крайней мере мне она очень помогает. Правда, эта опера ставится на нашей сцене редко, потому что в России очень мало певиц с подходящим для главной роли голосом, но я слышал, что «Норму» ставит новый, недавно организованный театр, который так и называется — «Новая опера». Попасть на их спектакли трудно, но наша общая знакомая Римма Борисовна умеет творить настоящие чудеса.

Леня уже знал от Лолы про вырезанный кусок из форзаца старинной книги, поэтому выслушал окончание истории без особого интереса.

— Вы меня арестуете? — спросил вконец расклеившийся гравер.

— Пока нет, — медленно и весомо сказал Маркиз, — если бы вы оказали следствию содействие и сообщили местонахождение своего сообщника Синеусова…

— Но я понятия не имею, где он! — жалобно застонал Верстовский и прижал руки к сердцу.

— Верю, — со вздохом согласился Леня, — значит, никуда из города не выезжать. И никаких сомнительных знакомств.

«Ограбят ведь старого идиота подчистую, — думал он, спускаясь по лестнице, — хорошо, если не убьют…»

Выйдя от многострадального, обманутого жизнью и нехорошими людьми Антона Антоновича Верстовского, Леня Маркиз почувствовал, что настала пора как следует поразмыслить над делом. С этой целью он немедленно позвонил своей боевой подруге Лоле и не терпящим возражений тоном заявил, чтобы она немедленно озаботилась вкусным и питательным обедом.

— Может, сходим куда-нибудь в ресторан? — заныла Лола, которой ужасно не хотелось готовить.

— Нет, мне надо подумать! — строго сказал Леня.

Лола тут же присмирела и пробормотала, что она попробует.

— С десертом можешь не заморачиваться, к чаю я что-нибудь куплю, — помягчел Маркиз и отключился.

Всякая замужняя женщина знает, что муж, накормленный сытным обедом, зевает, поглаживает себя по животу и удаляется, бормоча на ходу, что ему надо срочно кое-что сделать. Его планы зависят от количества комнат в квартире. Если у мужа имеется собственный кабинет, то он сообщает, что немного поработает. Если имеется спальня, то муж заявляет, что ему необходимо проглядеть свежую прессу. Если свободен диван в гостиной, то после обеда следует посмотреть по телевизору экономические новости.

Не важно, какие комнаты есть в квартире, важно только наличие дивана, ибо послеобеденные дела кончаются одинаково: мужчина сладко засыпает при включенном телевизоре, прикрывшись газетой, с очками на лбу или с авторучкой в зубах. Бывает, что глава семейства приткнется в детской на коротеньком подростковом диванчике и сладко спит в то время, как дети самозабвенно устанавливают на папе игрушечную железную дорогу.

В этом смысле Леня Маркиз разительно отличался от других мужчин — после самого сытного обеда, невзирая на популярный закон Архимеда, он никогда не спал. Не было во взгляде Лени сытой умиротворенности, не было сонной поволоки. После сытной и обильной еды Маркиз был свеж и бодр, как после утренней пробежки в парке. Так уж устроен был Ленин организм, что после еды обострялись все мыслительные процессы, и самые остроумные и трудоемкие операции Маркиз обдумывал только на сытый желудок.

Лола прожила бок о бок с Маркизом почти два года и прекрасно была осведомлена о такой особенности его организма. В первое время она пыталась возмущаться, но компаньон в два счета доказал ей, что энергия, получаемая от еды, в его организме напрямую перерабатывается в умственную, так что чем лучше Лола станет его кормить, тем лучше он будет соображать. А в их работе требуется светлая голова, иначе на плаву не удержаться. И Лола смирилась. Она понаблюдала за Маркизом и сделала самостоятельные выводы. Когда Леониду требуется поразмыслить, нельзя пускать дело на самотек, то есть доставать из морозилки пельмени, замороженные котлеты, сардельки и тому подобные полуфабрикаты. В них нет ничего плохого, только к данному случаю они не подходят. Вот если мужчина возвращается с рыбалки, или из командировки, или на работе не успел пообедать — то есть совсем оголодал, тогда главное — это срочно пихать в него еду, как в топку паровоза, быстро и много. Качество не так важно.

Выслушав указания напарника, Лола собралась с силами и отправилась на кухню. Тотчас материализовались все звери: прискакал Пу И, неслышно, но важно ступая, явился кот Аскольд, а попугаи и так были в своей клетке, они в последнее время не разлучались.

— Грибной суп… — в задумчивости произнесла Лола, — со сметаной и зеленью… будет ли это сытно…

Лола оглянулась на зверей, ища совета. Попугаи никак не отреагировали, глупышка Пу И ничего не понял, зато кот презрительно дрогнул усами — он не любил грибной суп.

— Если погуще, то пойдет, — решила Лола, — картошки положить побольше.

Кот развернулся и направился к выходу из кухни.

— И рыбную запеканку, — сказала Лола ему вслед, — из филе морского окуня.

Кот застыл на месте как изваяние, только кончик хвоста нервно подрагивал.

— Да… — пробормотала Лола, озабоченно оглядывая содержимое холодильника, — если Ленька съест двойную порцию, то, пожалуй, обойдется без мяса.

Осторожно ступая, кот вышел на середину кухни, вспрыгнул на табуретку и уселся, выставив белоснежную манишку и укутав лапы пушистым хвостом. Лола давно подозревала, что кот прекрасно понимает человеческую речь, а Леня в этом и не сомневался. Пу И, который ничегошеньки не понял, решил, однако, держаться поближе к коту — с Аскольдом не пропадешь!

Лола поставила вариться сухие грибы и вытащила рыбу из морозилки. Кот продолжал сидеть на табуретке, как египетская статуэтка, только ноздри его затрепетали и глаза засияли нестерпимым зеленым светом. Лола вспорола ножом упаковку, и кот на табуретке переступил лапами и застонал тихонько. Стон решил дело.

— Я же не изверг, — сказала Лола и бросила в кошачью миску кусочек рыбы.

Кот поймал рыбу в полете, по дороге ловко отпихнув Пу И. Песик вовсе не покушался на лакомство, он к рыбе вообще относился равнодушно, а в данном случае просто попался под лапу. Пу И обиделся, и пришлось в качестве моральной компенсации дать ему кусочек колбаски. Видя такую халяву, попугаи на два голоса затребовали орешков и тростникового сахару. Лола отвернулась к буфету, ни на минуту не выпуская из виду рыбу, лежащую в раковине, потому что рассчитывать на благородство кота не приходилось, не тот случай.