Лишь 500–350 тыс. лет назад позднеашельские орудия проникли через Ближний Восток на просторы Евразии (Деревянко, 2005). Скорее всего, это был не просто культурный обмен, а новая волна расселения выходцев из Африки. Причем это были уже не эректусы, а их более продвинутые потомки, которых сейчас классифицируют как «гейдельбергских людей (Homo heidelbergensis) в широком смысле». К сожалению, археологи находят каменные орудия на много порядков чаще, чем кости их производителей (камни лучше сохраняются), поэтому часто бывает трудно понять, кто какие орудия изготавливал. Но можно заметить, что время позднеашельской экспансии совпадает со временем разделения популяций предков сапиенсов и неандертальцев, которое определили недавно на основе анализа неандертальского генома (см. главу «Другое человечество»). Может быть, люди, принесшие позднеашельские технологии с Ближнего Востока в Европу, как раз и были представителями той предковой, еще не разделившейся популяции, от которой впоследствии произошли в Европе неандертальцы, а в Африке сапиенсы? Впрочем, если и так, то они, скорее всего, смешивались и с другими популяциями, то есть не были единственными предками двух «высших» видов людей.
Первые европейцы
В раннем палеолите[36] Европа никак не могла претендовать на статус центра цивилизации. Она была скорее задворками Ойкумены, «медвежьим углом». Но все же и сюда добирались отголоски прогресса, ковавшегося в те времена в основном в Африке.
Древнейшим бесспорным свидетельством присутствия человека в Европе на сегодняшний день являются, по-видимому, человеческие кости, обнаруженные недавно в пещере Сима-дель-Элефанте («Слоновая яма») в районе Атапуэрка на севере Испании. В 2008 году большая группа исследователей из Испании и США сообщила в журнала Nature о найденных здесь 32 примитивных каменных орудиях и части нижней челюсти человека с несколькими сохранившимися зубами (Carbonell et al., 2008).
Самое замечательное в находке — это, конечно, ее возраст: 1,1–1,2 млн лет. Для определения возраста ученые сумели применить три независимых метода: биостратиграфический, палеомагнитный и радиометрический[37].
Высота пещеры Сима-дель-Элефанте составляет около 16 м, и в настоящее время она заполнена грунтом до потолка. Глина, песок и обломки камней заносились в пещеру с дождевыми потоками в течение нескольких сотен тысячелетий, пока не забили ее целиком. В пещерных отложениях выделено 13 последовательных слоев. Следы присутствия человека обнаружены в третьем слое снизу, примерно в четырех метрах от каменного дна пещеры. В одном слое с человеческой челюстью найдены кости мелких млекопитающих, в том числе мышевидных грызунов и хищников из семейства куньих. Среди этих зверьков есть виды, вымершие более миллиона лет назад. Значительно выше — на высоте и метров, между слоями 10 и 11 — удалось провести надежную магнитостратиграфическую границу, возраст которой составляет 0,78 млн лет. Человеческая челюсть, следовательно, намного древнее указанной даты.
Кроме того, удалось использовать сравнительно малоизвестный радиометрический метод, основанный на распаде «космогенных» радиоактивных изотопов 26Аl и 10Ве. Эти изотопы образуются с постоянной скоростью под воздействием космических лучей в кристаллах кварца, находящихся на поверхности земли. Если камень попадает в пещеру, изотопы 26Аl и 10Ве перестают образовываться и только распадаются. По содержанию этих изотопов можно определить время, проведенное данным кусочком кварца в защищенном от космических лучей месте. При помощи этого метода ученые определили возраст двух образцов, один из которых был взят на 40 см выше человеческой челюсти, а другой на 4 м ниже, у самого дна пещеры. Возраст захоронения этих камней оказался равен 1,22 ± 0,16 и 1,13 ± 0,18 млн лет. На основании всего комплекса данных авторы заключили, что наиболее вероятный возраст человеческих останков из Сима-дель-Элефанте — от 1,1 до 1,2 млн лет.
Вместе с человеческой челюстью найдены примитивные каменные орудия олдувайского типа, а также кости крупных млекопитающих из семейства полорогих, расколотые, чтобы извлечь мозг, и несущие характерные царапины от каменных орудий.
До сих пор древнейшими ископаемыми остатками людей на территории Европы считались кости Homo antecessor возрастом около 0,8 млн лет, найденные той же бригадой ученых в том же районе Северной Испании в 1995 году (Carbonell et al., 1995). Правда, в других районах Южной Европы найдены каменные орудия, которые, возможно, являются еще более древними, однако возраст этих археологических находок не удалось определить с той же степенью точности, как находку из Сима-дель-Элефанте.
По единственному обломку нижней челюсти трудно определить видовую принадлежность находки. По некоторым признакам эта челюсть напоминает эректусов и даже более примитивных людей из Дманиси. Другие признаки, напротив, являются более продвинутыми. В целом, по мнению авторов, лучше всего челюсть соответствует характеристикам вида Homo antecessor, описанного ими же в 1995 году. Впрочем, назвать этот вид «одной из популяций поздних, продвинутых эректусов» тоже не будет большой ошибкой. Не под запретом и версия «ранние Homo heidelbergensis».
Ученые предполагают, что поздние эректусы, скорее всего, пришли в Западную Европу с востока. К тому времени, когда в Испании появились первые люди (1,1–1,2 млн лет назад), эректусы, по-видимому, уже были широко распространены в южных районах Азии. Кто-то из них мигрировал в Западную Европу, и здесь, на дальних задворках тогдашней Ойкумены, дал начало новому виду (расе, популяции?) людей — H. antecessor.
Череп H. antecessor демонстрирует необычную смесь черт неандертальцев и сапиенсов. Крупные надбровные дуги, длинная и низкая черепная коробка, массивная нижняя челюсть без подбородка и крупные зубы сближают его с неандертальцами. Лицо, напротив, было относительно плоским и не выдавалось вперед, что сближает антецессоров с сапиенсами. Объем мозга около 1000 см3 — скорее как у эректусов и гораздо ниже средних значений для сапиенсов и неандертальцев.
Ископаемые остатки животных, найденные вместе с костями H. antecessor, говорят о том, что эти люди были умелыми охотниками на крупных зверей. Кроме того, они, несомненно, были каннибалами. Человеческие тела разделывались теми же приемами, а кости так же раскалывались для извлечения мозга, что и кости диких животных. Те и другие свалены древними обитателями пещеры в Атапуэрке в одну мусорную кучу. Это древнейшие бесспорные свидетельства каннибализма у людей. Детальный анализ находок привел исследователей к выводу, что каннибализм у H. antecessor, по-видимому, не был связан с какими-либо ритуалами. Людей свежевали и разделывали теми же методами, что и другую добычу. Это не было и крайним средством выживания в голодные времена. Каннибализм был обыденностью и служил целям чисто гастрономическим. Среди съеденных были и дети, и взрослые. Вероятно, группы антецессоров конкурировали друг с другом и при случае с удовольствием пополняли свой рацион мясом соседей. Такое поведение иногда встречается и у шимпанзе (см. раздел «Обезьяньи войны» в главе «Эволюция альтруизма», кн. 2).
Может быть, антецессоры впоследствии внесли вклад (наряду с носителями позднеашельских технологий?) в становление европейских популяций гейдельбергского человека, а те, в свою очередь, дали начало неандертальцам. Homo antecessor, судя по его морфологии, мог бы претендовать и на роль предка H. sapiens, однако необходимо помнить, что первый вид жил в Европе, а второй родом из Африки.
—————
Вперед, на север
Недавно выяснилось, что и север Европы был заселен людьми гораздо раньше, чем принято было считать. Об этом свидетельствует находка, сделанная археологами в Пейкфилде (Восточная Англия) в 2005 году. В речных отложениях возрастом около 700 тыс. лет обнаружено 32 обработанных кремня. Орудия уже не олдувайские, а скорее ашельские, значительно более совершенные (Parfitt et al., 2005).
Это самые древние следы присутствия человека в Северной Европе. В то время Британия соединялась с материком, а климат там был мягче, чем сейчас. В одном слое с орудиями обнаружены кости гиппопотама, льва, гигантского большеротого оленя Megaloceros dawkinsi, вымершего слона Palaeoloxodon antiquus, ископаемые остатки многих других млекопитающих, насекомых и растений. Обильный палеонтологический материал вкупе с рядом других независимых источников данных (стратиграфических, палеомагнитных) позволил достаточно надежно определить возраст пейкфилдской находки. Помимо прочего, авторы применили аминокислотный метод определения возраста, основанный на том, что «левые» аминокислоты, из которых состоят белки всех живых организмов, стечением времени рацемизируются, т. е. превращаются в смесь «правых» и «левых» форм.
