Откуда ему взяться?
Подходя к покоям шайсары, я невольно уставилась на дверь в спальню повелительницы, сглотнув плотный ком. Вдруг он сейчас там? Что они делают? О чем говорят? Или не говорят…
— Нам нужно поговорить, — хмуро ответила я, кивнув Тихие, которая стояла за порогом. — Ты можешь идти.
Служанка поддерживающе на меня посмотрела, и плотно закрыла дверь, оставляя нас с шайсарой наедине.
— Ну раз нужно, то давай, — легко согласилась она, разворачиваясь на пуфике перед зеркалом. — Выкладывай.
— Что сделала Эрида? Я должна знать, Ис.
Шайсара тяжело вздохнула и поднялась, пересаживаясь на край кровати и похлопав ладонью по месту рядом с собой, приглашая меня присесть.
— Я знала, что ты скоро захочешь узнать это. И я расскажу, но ты объяснишь мне, почему ты в таком состоянии. Договорились? — согласно кивнув, я села рядом с ней, готовясь выслушать то, что мне вряд ли понравится. — Ты дочитала книгу о правящем роде шайсаров?
— Да, не особенно интересно, если честно, — ответила, вспомнив не точные портреты.
— Как ты уже успела заметить — о девочках там не упоминается. Все сестры моего отца, моего деда и дальше, даже не были упомянуты в книге рода, — я только нахмурилась.
Частая практика. Многие правители нашего мира пренебрежительно относились к отпрыскам женского пола, считая, что они пригодны только для выгодных браков. Шайсаров это тоже не обошло стороной.
— Несмотря на это, женщин у нас почитают, сколько бы их не было, и от кого бы они не были рождены. Наан знает это не понаслышке, ведь его сестра рождена от эфе, бывшей лиреи — любимой женщины его отца.
Я смогла только бесшумно открыть рот, глядя на шайсару, что немного смущенно отводила глаза:
— Мы сводные. Да, это так. И хоть прав на трон я никогда не имела, Наан всегда был мне братом, родным человеком, и поддерживал мою неординарную натуру, — она тепло улыбнулась, намекая на отсутствие платьев в своем гардеробе. — Он поддержал меня с выбором мужа, и я поддерживаю его в выборе тебя.
— Исшин, я не понимаю…
— Дослушай. История длинная, — перебила она. — Когда я выходила замуж за Шая, Наан только-только обручился с Эридой. Из свадьбу назначили через два года, после нашей. За это время он успел заметить, как искренне иногда люди могут любить друг друга, и захотел так же. Хоть брак и считался договорным, Наан хотел настоящую семью, крепкую, и пошел на сближение с Эридой еще задолго до свадьбы. Помнишь, я говорила тебе, что она хочет стать последней в его жизни и постели?
— Да, помню.
— Так вот это змея, почему-то решила, что если Наан так к ней относиться, то он полностью от нее зависим, — зло бросила шайсара. — Она крутила им как хотела, и брат позволял, до последнего веря, что оно того стоит. А потом… — она замолчала, тяжело вздохнув. — Шай умер. Заболел. Он тогда уезжал на юг, и там подхватил Красную Чахотку, сгорев буквально за несколько месяцев.
— Мне жаль, — искренне сказала я, сжав в ладони теплые пальцы шайсары.
— Свадьба Наана и Эриды была почти сразу же после похорон моего мужа. Я должна была поддержать брата, порадоваться за него, но я все празднество простояла у окна, с желанием прыгнуть в него и разбиться. Мой мир был разрушен, и единственное, что держало меня на земле это мой брат. Совсем скоро они объявили о том, что ждут наследника.
Холодная волна пота спустилась с головы до ног, заставляя меня застыть каменной статуей.
Ребенок? У них был ребенок?!
— И все было хорошо, — продолжила Исшин, теперь сжимая мою ладонь. — Но когда прошла половина срока, Эрида узнала, что у нее будет девочка. Ее первенец будет девочкой, которую даже в книгу рода не занесут как недостойную этого. Наана это не волновало, он бы любил свое дитя несмотря ни на что, но Эрида… Это не было в ее планах.
— И что она сделала? — шепотом спросила я, боясь услышать подтверждение своей догадки.
— Она скинула. Купила какие-то травы, пила отвары из них, и результат не заставил себя ждать. Наан был в отчаянье. Он корил судьбу, думая, что это случайность, страшное стечение обстоятельств, но потом одна из служанок призналась ему, что готовила для госпожи специальные отвары.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— И что было дальше?
— Наан не простил, — сурово сказала Исшин. — Он отрекся от нее. Развестись он не может, у нас это не в ходу, но полностью изолировав себя от нее, он просто позволил ей жить рядом, запретив даже касаться себя. Это стало для него ударом, понимаешь? Он уже любил ту девочку, что Эрида носила под сердцем, а она вот так расправилась с ней, разрушив его веру в семью.
— Ты говоришь страшные вещи, Исшин, — шокировано выдохнула я, пытаясь причесать разбегающиеся мысли.
— Я говорю тебе правду. После тех трав, Эрида стала слаба здоровьем, и повитухи в один голос сказали ей, что больше наследников она подарить не сможет. И до твоего появления мы все жили в немой войне. Я так же не простила ее за этот поступок. Если бы она тогда не сделала это, я могла бы спокойно уйти за грань, к моему Шаю, но я люблю брата, и осталась с ним.
— Не говори так!
— И вновь я говорю правду, маленькая луна, — она грустно улыбнулась, бросив короткий взгляд на портрет супруга, стоявший на туалетном столике. — Мы шайсары любим всем, что у нас есть. Душой, телом, верой, надеждами. Всем! И когда близкий тебе покидает этот мир, он перестает существовать. Я уже несколько лет нахожусь в вечной агонии, в полном одиночестве, без смысла ходить по этой земле. И сейчас, когда ты полна яда Наана, ты меня поймешь. Он стал ближе, чем ты сама себе. Все перестало иметь значение.
— Так это из-за яда я влюбилась!? — подскочив на ноги, вскрикнула я, но Исшин тут же усадила меня обратно.
— Нет, глупая. Яд дает ответы на вопросы, он пускает тебя в чужую душу, позволяя увидеть эмоции. Ты же чувствуешь, когда Наан зол, или расслаблен, верно? — улыбнулась шайсара. — Вспомни, его эмоции такие яркие для тебя, будто свои собственные. Это и есть связь.
— Но он же меня не чувствует, я его не кусала.
— Именно, Лу. Он открылся тебе, зная, что не получит взамен ни-че-го.
— Исшин, — простонала я. — Я не знаю, чему верить. Что из того, что я чувствую — мое? Как мне поступить?
— Для начала расскажи мне что случилось с тобой.
Шайсара вновь закинула ногу наверх, поджимая колено к груди, и приготовилась слушать.
Глава 44
Исшин выслушала меня от начала и до конца. К финалу моего рассказа, она устало прижала пальцы к вискам, закрывая глаза и глубоко дыша, едва сдерживая пугающей силы гнев.
— … и он ушел.
— Тварь, — прорычала шайсара, вскидывая взгляд к потолку. — Просто тварь. Она и так едва не убила его, и сейчас… Падаль!
Слушая резкие высказывания в адрес повелительницы, я могла только мысленно согласиться.
После всего, что вылила на меня шайсара, я уже не могла относиться к Эриде, как к личности. Алчная стерва с ледяной душой, которая готова идти по головам, лишь бы достигнуть целей. Безжалостная и беспощадная змея, не способная на сострадание.
За душу повелителя было вдвойне больнее. Едва представив, что ему пришлось пережить, мне хотелось завыть, будто это я хоронила свою надежду о будущем. Об отношениях, о взаимопонимании, потеряв все это в предательстве.
— Она хочет вызвать тебя на Архен, — временно урезонив злость, сказала шайсара. — Ничтожная! Жалкая тварь!
— Что это?
— Мы не вступаем в бой просто так, Лу, — вспомнив о том, как шайсары отбивали лишь свои территории, я кивнула, согласившись. — Тем более между собой. Но и у нас есть такой день, когда ты можешь решить спор в честном бою — день солнцестояния Архена.
— С любым?
Шайсара рвано дернула головой:
— С любым. Даже с повелителем. Но его не вызывают — Наан очень силен как воин.
— Но я человек! — ткнув себя пальцев в грудь, сказала я.
— Не совсем, — лицо Ис погрустнело, и она кивнула, указывая мне на ожерелье. — Ты часть нашей семьи, а значит уже ровня нам. Она имеет право это сделать. Это расценят как оскорбление повелителя, вызвать его любимую на бой — немыслимо! Но Эрида…
