— Марсель, ты спишь? — тихо позвала она.
— Нет, просто оказываю тебе неоценимую услугу.
— Ты мне тогда так и не сказал, что ответил тебе Винченцо.
— Винченцо? О чем это ты?
— О том, что сегодня у банкомата ты порывался дословно пересказать мне ответ Винченцо на твою выдумку.
— Ах это… — небрежно протянул Марсель. — Вообще-то он говорил какую-то чушь, я даже не помню точно, что именно.
— Не валяй дурака! Все ты прекрасно помнишь! — рассерженно проговорила Ева.
Марсель обреченно вздохнул.
— Хорошо, если ты непременно хочешь услышать пересказ его пустой болтовни, пожалуйста. Он сказал: «Я заранее знал, что все именно так и получится». Теперь ты довольна?
— Я ничего не поняла, — растерянно ответила Ева. — Что именно получится? Что он имел в виду?
Марсель пожал плечами.
— Ваше расставание, наверное.
— Но откуда он мог знать? Он ведь наверняка объяснил. Просто ты опять темнишь. Опять не хочешь рассказывать мне правду.
Марсель замялся.
— Да ничего он не объяснял. Сказал только, что его представление сорвалось и он увидел в этом дурное предзнаменование.
Ева недоуменно покачала головой.
— Ерунда какая-то, — словно обращаясь к самой себе, проговорила она. — Не очень-то я верю в подобное объяснение. Признайся, что ты сам его выдумал только что.
Она умолкла в ожидании ответа, но услышала только тихое мерное дыхание, сообщавшее о том, что ее собеседник уже спит.
Притворщик, подумала Ева, опуская голову на подушку. Ну ничего, утром я все равно выясню правду. Не надейся, что тебе удастся так просто уйти от разговора.
Ей вновь снилась площадь Испании, но на этот раз она блуждала по ней среди шумной толпы, пытаясь понять, почему же Винченцо до сих пор не начинает свое шоу. И вдруг возле фонтана она увидела Марселя, который держал в руках лампу-апельсин, переливавшуюся ярким солнечным светом.
— Мы забыли о подарке для твоей мамы, — виновато улыбнувшись, проговорил он.
— Это все из-за тебя, — с упреком напомнила ему Ева и тут же проснулась, увидев рядом с собой маму, которая сидела на краешке постели, задумчиво глядя на нее.
Ева потерла ладонями глаза, прогоняя остатки сна.
— Который час? — недоуменно спросила она.
— Без четверти девять, — тихо ответила синьора Паола, погладив ее по всклокоченной челке. — А ты всегда спишь вот так: в одежде, поверх одеяла? — поинтересовалась она.
Ева капризно сморщила нос.
— Мама, давай не будем сейчас об этом… — И вдруг вспомнила. — Я же не привезла тебе светильник. Он остался дома.
Синьора Паола мягко улыбнулась.
— Я знаю. Марсель уже извинился за тебя. Ничего страшного, привезете его в следующий раз.
— Перестань наконец говорить о нас во множественном числе, — проворчала Ева, поднимаясь с постели.
— По-твоему, единственное число куда лучше для девушки твоего возраста? — как можно более спокойно проговорила синьора Паола.
— Мама, пожалуйста, перестань, — со стоном протянула Ева. — Не начинай утро с неразрешимых вопросов, их достаточно наберется в течение дня.
Синьора Паола тяжело вздохнула.
— Сколько помню, ты всегда старалась отложить на неопределенное время трудные для тебя решения. Ну что ж, приводи себя в порядок и спускайся завтракать.
— А Марсель, он что, продолжает завоевывать ваше доверие, помогая папе на кухне? — спросила Ева, кивнув на аккуратно сложенное покрывало, висевшее на спинке стула.
— Думаю, он с удовольствием бы принял участие в приготовлении завтрака. Но ему пришлось уехать, — разочарованно развела руками синьора Паола.
— Так он уехал?! Когда?! — стремительно обернувшись к ней, воскликнула Ева.
— Полчаса назад. Он сказал, что ему позвонил ваш шеф, который сообщил о своем возвращении.
— Шеф? — удивилась Ева. — Выходит, синьор Манчини возвращается уже сегодня?
— Видимо, так оно и есть, потому что Марсель торопился приготовить какие-то документы к его приезду.
Ева прошлась по комнате, о чем-то напряженно размышляя.
— Значит, теперь он уедет, — озвучила она через несколько секунд свои размышления.
— Кто, синьор Манчини? — недоуменно поинтересовалась мать.
— Нет, Марсель, — машинально ответила Ева и, чмокнув ее в щеку, побежала к двери.
— Я не останусь на завтрак. Мне нужно кое-что уладить до приезда синьора Манчини! — прокричала она, бегом спускаясь по лестнице.
Синьора Паола понимающе улыбнулась.
— Не сомневаюсь, что это не терпит отлагательств, — тихо проговорила она.
Несколько минут Ева лихорадочно пыталась открыть не желавший в этот день впускать ее в квартиру замок, потом, распахнув наконец дверь, влетела словно вихрь в коридор и сразу же бросилась к телефону. Нажав нужную кнопку, она приготовилась услышать голос Марселя, но его телефон был отключен. В сердцах стукнув ладонью по лакированной столешнице, на которой минуту назад лежал мобильный, она набрала номер отеля.
— Добро утро, соедините меня, пожалуйста, с номером двести шесть, — скороговоркой произнесла она. — Да, совершенно верно, синьор Вернье. Как покинул отель? Насовсем? Понятно, — ошеломленно протянула она и, обессиленно опустив руку, все еще сжимавшую телефон, уставилась невидящим взглядом на свое отражение в зеркале.
Она стояла так некоторое время, пока мобильный не запрыгал в ее ладони, сообщая громкой мелодией о чьем-то звонке. Взглянув на дисплей, Ева увидела имя своей подруги.
— Я, конечно, понимаю, что ты не обязана каждую ночь проводить в собственном доме, сидя возле телефонного аппарата, но игнорировать мои звонки на мобильный, это уж чересчур, — даже не поздоровавшись, принялась за упреки Джемма.
— Где ты сейчас? — пропустив мимо ушей ее слова, нетерпеливо поинтересовалась Ева.
— В офисе, откуда пытаюсь тебе дозвониться уже битый час, — вновь с упреком сообщила Джемма. — Я вернулась в Рим еще вчера вечером. А ты, между прочим, даже не удосужилась поинтересоваться результатами моей поездки.
— А Марсель, он тоже там? — лихорадочно перебила ее Ева.
— Марсель? — удивленно переспросила Джемма. — Кто такой Марсель? О ком ты говоришь?
— Тот самый, из Лиможа, — изнывая от нетерпения, объяснила Ева.
— А, ты имеешь в виду того фарфорщика, которого поручил твоим заботам шеф, — догадалась Джемма.
— Да-да, его. Он там? Позови его к телефону.
— Он ушел несколько минут назад.
— Ушел? Куда?
— Сказал, что в аэропорт. Он, видимо, очень торопился, потому что не стал ждать шефа. Просто просил передать ему, что заранее согласен на любые его условия заключения контракта. Честно говоря, мы были очень удивлены, услышав такое заявление.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
