— А как же мне исполнять мои обязанности тракториста? Мне ведь необходимо явиться в университет. И судя по словам товарища майора, я выпадаю минимум на полгода.
— Ну, до этого-то мы как-то справлялись с неполным штатом. Признаться, нам и двоих трактористов за глаза. Пока техника была сырой, и детские болячки лезли косяком, приходилось конечно тяжко. Но теперь конструкторы значительно продвинулись вперед и поломки стали случаться куда реже.
— Лихо, — только и сумел произнести Виктор.
— Не забудьте сегодня после обеда посетить кассу. Добро пожаловать в нашу дружную семью, — протянул руку капитан.
Нестеров поспешил ее пожать. После чего распрощался с новым, и так уж получалось, номинальным начальством. Время прибытия в университет ему не назначили. Но он решил, что не стоит так-то уж сильно задерживаться.
Пока добирался до университета, глазел по сторонам, рассматривая городские улицы и прохожих. Виноградовск ему определенно нравился. Чистый, ухоженный, с прямыми асфальтированными улицами. Тротуары довольно широкие, мощеные брусчаткой.
Средний возраст взрослых горожан порядка тридцати лет. Дети встречались довольно часто. Но в основном дошкольники и в сопровождении родителей. Хотя попадались и школьного возраста, но уже значительно реже. Город молодой во всех отношениях, что тут еще сказать.
Пока добирался с пересадками, не раз и не два ловил на себе заинтересованные взгляды девушек. И оно понятно. Перспективный жених. Будущий офицер, это не слесарь или токарь первого разряда. Впрочем, поглядывали на него и мужчины. Но тут уж взгляды были удивленными. Похоже юнкера в этом городе и впрямь птицы редкие.
Университет представлял собой большое трехэтажное здание с высокими окнами. Фасад в современном стиле, как впрочем и весь город. Без особых изысков, хотя и не лишен изящества. Главный вход с широкими каменными ступенями, фронтоном и колоннадой. Едва вошел в высокие и широкие двустворчатые двери, как столкнулся с вахтером.
— Вам к кому, господин юнкер? — поинтересовался тот.
— Не знаю. Приказано явиться в университет, а к кому, что и как… — он неопределенно пожал плечами.
— Можно ваши документы?
— Пожалуйста, — Виктор передал ему военный билет.
Вахтер взглянул в него, и открыв свой журнал прошелся по списку. Примерно посредине страницы палец его замер. Он удовлетворенно кивнул, и вернул военный билет.
— Третий этаж, кабинет триста двадцатый, профессор Дубков Клим Юрьевич, — указывая на широкую лестницу, произнес он.
— Спасибо.
Нужная дверь нашлась легко. Постучал, получил разрешение войти. Профессор сидел за большим рабочим столом, заставленным какими-то бумагами, папками, тетрадями и книгами. При виде юнкера, он с улыбкой поднялся ему навстречу.
— Ну наконец-то, Виктор Антипович. Я уж заждался вас, — поднявшись из-за стола, и протягивая в приветствии руку, с нескрываемой радостью произнес профессор.
— Здравствуйте. Мне не сказали к которому часу нужно прийти, — растерявшись, от столь бурного приема, произнес Виктор.
— При чем тут час. Я уже шесть дней ожидаю нашей встречи. Ах, да. Прошу прощения. Дубков, Клим Юрьевич, профессор кафедры артефакторики.
Нестеров слегка растерялся. В его понимании профессор должен был быть куда старше. Но с другой стороны, Эфир проявился не так давно, и убеленные сединой старики по определению не могут заниматься артефакторикой. Да и изучением этого феномена вообще. Так чему тут удивляться. Опять же, надбавки в интеллект являются серьезным подспорьем. Это он уже успел испытать на себе.
— Нестеров… — пожимая руку, начал было представляться Виктор.
— Я знаю, — перебил его профессор.
Среднего роста, худощавого сложения, усы, бородка клинышком, очки блюдечки. Несмотря на широкое применение «Аптечек» с застарелыми болячками они все же управиться не могли. Так, несмотря на ее применение, шрамы заработанные Виктором в прошлом, и успевшие зарубцеваться, так с ним и остались. В то время как попадания от пуль исчезли бесследно, а сами они были выдавлены из тела.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
С другой стороны, Нестерову показалось, что в оправу вставлены обычные стекла, а не линзы. Так что, возможно профессор решил восполнить недостаток возраста, придав солидности вот таким нехитрым способом. Встречалось подобное среди ученых новой волны.
— Итак, вы здесь. И это радует. Присядьте пожалуйста.
Виктор опустился на указанный стул, Дубков же вернулся на свое место и снял телефонную трубку.
— Гордей Константинович, у вас все готово? Да, он уже у меня. Замечательно, сейчас будем.
Ободряюще кивнул Нестерову, и принялся что-то писать. Минут десять он заканчивал работу начатую еще до прихода посетителя. После чего отложил исписанные листы в сторону, и решительно поднялся со стула, сделав юнкеру приглашающий жест в сторону двери.
Они прошли в конец длинного коридора, спустились на первый этаж по боковой лестнице и вышли во двор. Впрочем, двора как такового не было. Имелся эдакий сквер засаженный деревьями, с зелеными газонами, с цветочными клумбами, с дорожками мощенными брусчаткой и со стоящими вдоль них парковыми скамейками. Пройдя его насквозь, они вышли к двухэтажному зданию, красного кирпича с высокими окнами. Но вместо того, чтобы пройти в двери, направились к торцу и спустились к входу в подвал. Дубков постучал и стальную дверь открыл мужчина в полувоенной одежде.
— Здравия, Клим Юрьевич.
— Здравствуйте, голубчик. Ну как, у вас все готово?
Точно, мнит себя светилом науки, или желает соответствовать образу. А иначе с чего бы говорить так с мужчиной, который если и младше его, то самую малость.
— Моя материальная часть, всегда готова. А вот что до вашей аппаратуры, тут уж увольте, — прикрывая за ними стальную дверь, ответил мужчина.
Как оказалось, они пришли в тир. Самый обычный, длинной на полсотни метров. Вообще-то, так себе дистанция. Разве только для пистолета. На огневом рубеже стоит какой-то короб, с тянущимися от него проводами. Рядом с ним стол, на котором лежат пистолет «Вепрь», ППГ-15 и винтовка ВГС-12/24.
Справа еще один стол, но этот во всю длину стены. На нем пристроились несколько громоздких приборов с круглыми матовыми стеклами имеющими клетчатую градуировку. Все это соединено проводами и довольно серьезными кабелями. Еще какие-то приборы, с рулонами разлинованной бумаги.
О предназначении всего этого богатства, Виктору оставалось только гадать. Возможно сидевшие за ними двое молодых ученых, или ассистентов, в белых халатах знали больше. Только сомнительно, что они станут информировать по этому поводу Нестерова.
Еще двое стояли у кинокамер, готовые снимать происходящее с двух ракурсов, так, что в их поле зрения оказывались все находящиеся в тире.
— Здравствуйте, господа. Готовы, Гордей Константинович?
А вот это уже молодому человеку в белом халате, который встретил свое начальство, расправив точно такой же, и помогающему ему облачиться.
— Аппаратура готова и проверена трижды. Все должно пройти штатно. Если только не случится какого форс-мажора.
— Голубчик, мы не можем уповать на везение, у нас будет только одна попытка, — вновь это обращение в покровительственном тоне.
Говори он подобным образом с Виктором, и тот не стал бы перед ним тушеваться или воспринимать это как должное. Будь перед ним офицер, то скорее всего проглотил бы. Но спускать подобное шпаку… Вот уж ничуть не бывало!
— Все, что возможно, мы сделали. Любые случайности сведены к минимуму. Но сто процентную гарантию не может дать никто, — заверил помощник. И закончил с толикой обиды, — Однако, если вы мне не доверяете, то можете проверить всю цепочку лично.
— Вот только не нужно строить из себя нервную курсистку. Вы же понимаете, что второй попытки у нас не будет и все наши усилия завязаны на успех в снятии показателей активации.
— Я это понимаю, Клим Юрьевич. Но все, от меня зависящее уже сделал. Если желаете, мы можем еще раз протестировать систему, или сделайте это лично.
