— Да ты что, и правда сошел с ума? Они могли отнять у тебя не только одну жалкую руку, но и все тело, и валялась бы твоя голова на каталке и глазами вращала. Будь доволен, что они не сразу сделали это. Похоже, ты совсем безнадежен.
Пайк понял, что если он не прекратит воспринимать все увиденное с точки зрения жителя Земли, то обязательно лишится рассудка.
— Хорошо, пусть так, — сказал он. — Но ты ведь видишь, что у меня только одна рука!
— Я-то вижу, — с сомнением произнес сосед. — Да только кто его знает, может, я и ошибаюсь. Все-таки доктор Мумм — светило.
Пайк заставил себя расслабиться и беззаботно сказал:
— Ты уже знаешь оба моих имени, назови теперь свое.
— Бублем меня зовут, — улыбнулся пациент. Его голова вновь скрылась за спинкой кровати, раздалось кряхтение, скрип и скрежет несмазанных деталей, и к Пайку на маленькой четырехколесной тележке подкатилось тщедушное безногое существо, одетое в нечто, напоминавшее полосатую распашонку, отталкиваясь от пола единственной, но очень длинной рукой. Инвалид протянул ее к ремню и ловкими пальцами отстегнул зажим, стягивавший Пайково запястье. Не показывая своего облегчения, странник освободил себе ноги и потянулся, распрямляя затекшие члены.
— А что, из фабрики теперь в одежде выпускают? — рассматривая дырявую майку пришельца, промолвил инвалид и в раздумье пощупал зеленую "ткань".
— Не представляю, как она на мне оказалась, — нимало не кривя душой, ответил путешественник. Он решил пока воздержаться от вопросов и переварить имеющуюся информацию.
В этот момент кто-то вставил ключ в дверной замок, и Бубль одним махом перекинул тело через край своей каталки. Лучезарно улыбаясь, в палату вошла сестра Фяльбе в сопровождении незнакомого Пайку санитара, сжимавшего огромный стеклянный пистолет.
— Витамины! — воскликнула сестра, и санитар, не особо прицеливаясь, с бедра всадил оживившемуся Бублю в живот и повернул ствол в сторону лежавшего Пайка.
Тот заставил себя приподняться на локте и получил свою дозу: ощущение, что его ткнули иголкой, возникло и тотчас исчезло. Когда гости ушли, он изучил предполагаемое место попадания заряда, но осмотр ничего не дал, и Пайк сделал вывод, что его защитила непробиваемая майка. Но уже через минуту его голова стала тяжелеть, непонятные, но яркие и волнующие образы стали формироваться из воздуха прямо перед его глазами, и он бессильно упал на койку, теряя сознание.
Он очнулся внезапно, в темноте, с неприятным ощущением, будто вместо мозга у него в черепе кисель, и тяжестью в теле. Окно совершенно не светилось — по всей вероятности, наступил местный вариант ночного времени суток. Ничего из своих красочных снов путешественник вспомнить не смог, однако он твердо знал, что они вызваны галлюциногеном.
"Если я не хочу превратиться в нечто подобное Бублю, то должен бежать, — так сквозь муть в сознании размышлял он. — Может, они сами меня выпишут? Все-таки я смог отцепить свои зажимы".
Тут он сообразил, что на самом деле ему помог однорукий сосед, и эта мысль стала последней каплей, заставившей его собраться и бесшумно встать с каталки. Извне не доносилось ни единого звука, и странник, стараясь не зашуметь, поставил голые ноги на прохладный пол. Бубль сопел на соседней кровати, время от времени негромко вскрикивая и что-то бормоча.
Пайк несколько секунд поразмышлял над еще одним феноменом, с которым он здесь столкнулся — его организму совершенно ничего не требовалось. Он даже заподозрил, что если бы ему не впрыснули "витамины", он бы и не подумал заснуть.
Впрочем, его видения скорее можно было бы назвать сном наяву, и все же сейчас он чувствовал себя вполне сносно. И еще одна мысль посетила тяжелую голову Пайка — а именно, что и дышит он также, видимо, только по привычке, и вполне мог бы завязать с ней, но он решил отложить этот опыт на будущее. Осмотревшись в полумраке и не обнаружив чего-либо необычного, странник поднялся и доковылял до двери. Взявшись за ручку имеющейся в наличии рукой, он попытался распахнуть дверь, но, разумеется, она была заперта на ключ. Пайк изо всех сил нажал на нее, надеясь на хрупкость преграды, но добился лишь того, что ручка с громким треском сломалась.
— Эй, ты чем это там занимаешься? — спросил его Бубль, причем почти что бодрым голосом, и путник увидел на фоне полутемного оконного проема его кудлатую голову.
— Не шуми, пациентов разбудишь, — прошептал перепуганный Пайк, подходя к постели соседа. — Скажи лучше, как мне отсюда выбраться.
— Зачем? — поразился Бубль. — Чего ты там, снаружи, не видел?
— Вот именно, что ничего, — придав голосу искренность, сказал путешественник, — совсем ничего я в жизни не видел, и ждет меня погибель, а потому помоги мне избежать ее.
— Ты ничего не понимаешь! — едва не закричал Бубль, но вовремя перешел на шепот. — У тебя нет документов, а без них тебя схватит первый же патруль, разберет на части и отвезет обратно на фабрику. И там тебя, такого, какой ты есть сейчас, просто не станет. Отсюда часто выходят в город, но такие ряженые, в майках, почти никогда, да и то потеряв свое тело.
Человечек затих и откинулся на подушку, утомленный своей речью.
— Меня и так разберут, я это чувствую, тем более я дверную ручку сломал, — хмуро заметил Пайк, вставая на колени перед его кроватью. — Или я окончательно сойду с ума от наркотиков.
— О чем ты говоришь, Спиро, какие еще наркотики? — разозлился Бубль. — Впервые слышу это слово. Сказали же, что это витамины!
Пайк выдохнул и подпер голову единственной рукой. Кряхтя, сосед лег на живот и свесился с каталки, длинной конечностью вынимая из-под нее подставку на колесиках. Пошарив ладонью под днищем, он с хрустом оторвал что-то от него и протянул Пайку, отвернулся и лег лицом к стене. Это был ключ.
— Когда-то, несколько лет назад, я тоже вышел из фабрики, и меня одолевало желание выбраться на улицу. Я видел в окно только часть внешнего мира, совсем неинтересную, но мне казалось, что за углом дома что-то необыкновенное. Я украл у Хлои из кармана ключ, но не успел им воспользоваться. Я почему-то не понравился докторам, и мне быстро оборвали все ноги.
Пайк молчал, ожидая продолжения, но Бубль сделал вид, что спит.
— Дай мне совет, как можно покинуть лечебницу, — сказал наконец странник, сжимая заветный ключик.
— Я бы попробовал для начала укрыться на складе, — ответил инвалид после некоторого молчания. — Он находится на первом этаже, а мы сейчас на седьмом. Чтобы выжить снаружи, тебе потребуется по меньшей мере удостоверение санитара. Иначе, сам понимаешь… Больше я ничем не могу тебе помочь.
2
Пайк медленно поднялся и направился к двери.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
