— Интересно, когда именно ты его планировал — до того, как он начал тебя душить, или после? — Ноа успокаивающе гладил Эйлин по голове.
Ошалевший Реннен никак не мог прийти в себя, а ориасок, который, похоже, не понимал сути обвинений, пялился на него своими мутными глазами.
— Пора убираться отсюда, — пробормотал Ноа и, взяв Эйлин за руку, помог подняться. Они сделали шаг к выходу, но впереди тут же пророс корень: ориасок явно не одобрил их намерений.
— Понятно… — без энтузиазма ответил Ноа и тяжело вздохнул: — Похоже, мы задержимся.
Глава 3
Еще одна такая ночь — и можно смело отправляться в отделение неврозов. Хотя затея почти удалась, поэтому жаловаться нет смысла.
До Реннена, видимо, дошло, что все усилия воззвать к совести ориасока — пустая трата времени, так что он в полном молчании принялся собирать останки Альтера. С каким бы скепсисом ни наблюдал за Торсом Ноэль, ему хватило ума оставить комментарии при себе.
Ориасок же оставался невозмутимо спокойным, деревянным истуканом замерев над ними: видимо, ждал дежурного ночной смены.
Эйлин пыталась осмыслить случившееся. Мертвец, лежавший в амбаре, оказался одним из телохранителей регента. «Молодость в обмен на право служить господину мира». Снова и снова прокручивала она в голове фразу, которую с таким трудом вымучил из себя мертвец.
— Если Альтер действительно работал на регента, то, скорее всего, тайно охранял принца в академии, логично? — Она не адресовала вопрос никому конкретно, скорее, размышление вслух. — И проще всего это делать, притворяясь студентом. У Альтера были такие же повреждения, как у Эйси Корро. Ноа, ты же видел!
— Угу.
— Но как?! Я имею в виду, как он мог изменить внешность? Винсент каждый день ходил в лазарет. — Она перехватила взгляд Реннена. — Там есть модификатор, специальный аппарат, который может изменять облик.
— Знаю, — нетерпеливо перебил ее Торс. — И?
— Фрог пользовался им ежедневно, — продолжила Эйлин. — Но только он один. Других имен в журнале я не заметила. — Она на секунду задумалась, и вдруг ее осенила догадка: — А что, если лекарь знал про телохранителя и велел не записывать его? Тогда почему они отмечали принца? Нет, не вяжется.
Реннен кашлянул. На лице его отражалась сложная гамма чувств, он хмурился — очевидно, тема пришлась не по душе:
— Чем дольше пользуешься модификатором, тем сильнее эффект. В теории, если десятилетиями ежедневно облучать человека, то результат может держаться…
— … годами, — выдохнула Эйлин, — ну конечно!
— Да. При этом после смерти, когда энергия высвобождается, обратный процесс протекает очень быстро.
— Если вы правы, — встрял в разговор Ноэль, — то что ждет человека, использующего модификатор наоборот? Вечная жизнь?
— Нет, — решительно отрезал Реннен, — вечной жизни не существует.
— Откуда такая уверенность? — Делагарди подозрительно прищурился. — Никак не привыкну, что ты Торс. Наверняка твои родственнички успели поэкспериментировать с этой штуковиной!
В тусклой предрассветной полутьме бледное лицо Реннена заметно порозовело, глаза гневно сузились. Он сложил руки на груди, откровенно намекая, что готов пустить их в ход. Но ему помешали…
В хранилище влетел разъяренный Флокс в сопровождении нескольких игнарусов. И снова он — да что же за невезение такое?!
Флокс не просто осматривал место происшествия, он метался, как разъяренный тигр, осыпая всех собравшихся, включая ориасока, отборными ругательствами вперемешку с проклятьями. В какой-то момент Эйлин показалось, что у него случится приступ падучей, так сильно трясло воспитателя.
После долгих и подробных расспросов Гарден вынес вердикт:
— Завтра в два часа жду у ректора. Я доложу ему обо всем заранее и буду настаивать, чтобы вас троих вышвырнули из академии немедленно!
Скорбную тишину, повисшую после приговора, нарушало лишь мерное позвякивание металлических ведер, в которые игнарусы перекладывали останки Альтера-Эйси. Эйлин снова остро почувствовала смрадный запах чужой смерти, к которому, казалось, должна бы уже привыкнуть.
— Все свободны! — сквозь зубы процедил Флокс и повторил: — В два — у ректора!
Он отправил ориасока обратно на пост, а потом грубо вырвал из рук игнаруса ведро, в котором лежала голова мертвеца. Гарден снял пальто и прикрыл им содержимое. Выйдя на свежий воздух, он быстрым шагом, едва не срываясь на бег, устремился по узкой тропинке в сторону главного корпуса.
* * *
Небо на горизонте розовело. Добравшись до общежитий, Эйлин с удивлением обнаружила, что из некоторых окошек уже лился свет белого огня. С наступлением дня случай в хранилище начинал казаться всего лишь ночным кошмаром. Одним на троих.
Обратный путь они проделали в молчании. Не осталось сил ни на перебранки, ни на взаимные обвинения. Они живы — и это главное, но расследование, увы, зашло в тупик. Да, они выяснили, что Альтер-Эйси присматривал за принцем инкогнито. И что?! Разве наличие телохранителя в академии — такое невероятное событие? Эйлин согрела ладонями холодные щеки и послала проклятия собственному отражению в застекленной двери мужского общежития. Будь она умнее, глядишь, обо всем догадалась бы раньше.
Воображение рисовало удручающую картину завтрашней… уже сегодняшней встречи с ректором. Не слишком ли превратно она истолковала его предупреждение не лезть на рожон, выписав себе самолично карт-бланш в поисках Винсента? Какой приговор ждет ее — их всех? Интуиция подсказывала, что за Ноэля нужно волноваться меньше всего: родители-меценаты наверняка замнут дело. В крайнем случае, ему грозит академический отпуск и выпуск на год позже. А вот смогут ли они с Ренненом получить диплом — большой вопрос. Ему, бедняге, сильно досталось.
— Тебе бы врачу показаться, — аккуратно заметила она, прощаясь.
Он кивнул, но не ответил — видимо, слишком подавлен тем, что породил первое в академии привидение. Или куда там теперь отправится оскверненный дух Альтера-Эйси?
— Поговорим завтра, иди спать. — Реннен протянул руку к ее волосам, но тут же отдернул.
Ноэль, стоявший за спиной, положил ладони ей на плечи, будто утверждая свои права.
— Как твоя голова? — подчеркнуто вежливо осведомился Реннен. — Болит?
Еще пару часов назад он рисковал своей жизнью, чтобы спасти ее. Чувство благодарности захлестнуло Эйлин.
— Уже лучше, спасибо.
Реннен с безразличием глянул на Ноа, который медленно переместил руки на талию Эйлин, и, сухо бросив: «Рад», развернулся и нырнул под козырек общежития.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
