Малый тираж большинства дореволюционных изданий делает их по недоступности равными рукописным материалам, на долю которых приходится значительная часть архивных документов. Это, прежде всего разнообразные обзоры путешествий по Кавказу, воспоминания, исследования, работы российских учёных, имеющие непосредственное отношение к истории и краеведению Северного Кавказа. Несомненный интерес представляют труды по экономике, военному и статистическому обозрению Кавказского края и Терской области415. С падением государственной социалистической системе во всех библиотеках и архивах страны для читателей открылись материалы, ранее засекреченные. Так, в Библиотеке иностранной литературы им. М.И. Рудомина стал доступен целый спец. фонд, содержащий не только запрещённые иностранные книги, но и издания на русском языке, например, редкий экземпляр Корана. Все эти источники можно с успехом применять для дальнейшего исследования темы.
II. Источники
Данное историческое исследование опирается на обширный и разнообразный корпус источников. Цельность и единство этого корпуса определяется не только приращением научного знания, но и значимостью для научного сообщества, общественности. Плачевное состояние источниковедческой основы некоторых работ давало повод к искажению или незнанию действительного хода исторического процесса, поэтому автор особое внимание в своей работе уделил привлечению нового, не исследованного научным миром массива архивной базы. С позиции структуралистской методологии, степень доверия к историческим оценкам, концепциям трактуется в связи с приближенностью исследователя к источнику, а источника – к событию. Длина цепи рассуждений, присутствие вне источникового знания усиливает вероятностную природу, т. е. гипотетический характер рассуждений, негативно воздействует на истинность заключений и выводов416.
В трудоемком, и мучительном поиске источников информации не обойтись, очевидно, без попыток постигнуть истоки, причины и черты своеобразия в формировании дошедшего до нас наследия – всего корпуса источников, глыбам разностороннего материала, в целостном виде – со всеми его изломами. И что тут выяснилось? Сокровища открыты и доступны, «а историки, – как подметил К.Ф. Шацилло, – туда не идут. Люди отвыкли работать в архивах!» Добывать там информацию по уцелевшим осколкам минувших веков трудно – задача со многими неизвестными, для решения которой нужно перевернуть тонны руды, чтобы получить что-то поистине ценное. А потому иные и предпочитают делать свои сенсационные «открытия» умозрительно. Переоценку судеб народов и лиц в давние и нынешние времена строят не на новом документальном материале, а на «субъективных умозаключениях», вследствие чего одну крайность судорожно подменяют другой. Нас должен насторожить тот факт, что «многие историки забыли, – по справедливому замечанию журнала «Вопросы истории», – дорогу в архивы, утратили вкус и навыки работы с историческими документами». В результате широкое распространение получили компилятивные сочинения, в которых материал излагается по заранее заданной схеме»417.
Известия о вайнахах (чеченцах и ингушах) отражены в русских архивных фондах с 80-х годов XVI в., когда в царствование Федора Иоановича и Бориса Годунова начала оживленный обмен между посольствами между Москвой и Кахетией и, когда в 1588 – 1589 гг., была основана в устье р. Терека русская крепость – Терский город, просуществовавший до 20-х годов XVIII в. Документы Посольского приказа о сношениях России с Кавказом в 80-е – 90-е годы XVI в. и в начале XVII в. (по 1613 г.) были изданы еще в 1888 – 1889 гг. С.А. Белокуровым. В них имеются ценные сведения о чеченцах и ингушах. В литературе первым документом, в котором упоминается этноним «чеченцы» обычно считаются договорные статьи 1707 г. калмыцкого хана Аюки418.
Для разработки вопросов, вытекающих из изучаемой проблемы, нами был использован большой фактический материал, в том числе, архивные документы, опубликованные источники и периодика. Самая большая и наиболее значимая группа источников – неопубликованные материалы, хранящиеся в ряде центральных и местных архивов и музеях. Только из-под седых покровов архивной пыли мало – помалу возникают образы, сочетанием и группировкою которых восстанавливается истинный смысл, определяется правдивая характеристика событий. Работа в архиве весьма привлекательна. Сравнить ее можно разве что с проведением археологических раскопок, ибо в обоих случаях в душе исследователя постоянно гнездится ощущение возможного чуда (чуда необычайной находки), и даже если этого не происходит, многочисленные найденные факты, в конце концов, складываются в интересную и незнакомую до этого систему, рисующую канувшее в Лету времени, что доставляет автору истинное удовлетворение419.
Архивные документы по исследуемой теме извлечены из фондов: Российского государственного исторического архива в Санкт-Петербурге (РГИА – 68 дел); Российского государственного Военно-исторического архива Российской Федерации (РГВИА – 50 дел); Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ – 15 дел); Архива внешней политики Российской империи (АВПРИ – 25 дел); Архива Российского этнографического музея (А РЭМ – 5 дел); Государственного Центрального музея современной истории России (ГЦМСИР – 1 дело); Российского государственного архива кинофотодокументов (РГА КФД – 1 дело); Архива Востоковедов Петербургского филиала Института Востоковедения РАН (АВ СПб. ФИВ РАН – 2 дела); Архива Российской Академии наук (А РАН – 1 дело); Государственного архива Ставропольского края (ГАСК – 7 дел); Отдела письменных источников Государственного исторического музея (ГИМ ОПИ – 9 дел); Государственного Политехнического музея (ГПМ – 2 дела); Отдела Кавказа Музея антропологии и этнографии им. П. Великого РАН. (ОК МАЭ РАН – 3 дела); Отдела рукописей Российской государственной библиотеки (ОР РГБ – 7 дел); Отдела рукописей Российской национальной библиотеки (ОР РНБ – 4 дела); Отдела рукописных фондов Северо-Осетинского института гуманитарных и социальных исследований им. В.И. Абаева Владикавказского научного центра Российской Академии наук и Правительства Республики Северной Осетии – Алании (ОРФ СОИГСИ – 31 дело); Российского государственного архива древних актов (РГАДА – 55 дел); Российского государственного архива литературы и искусства (РГАЛИ – 6 дел); Российского Федерального геологического фонда (РГФ – 14 дел); Северо – Осетинского государственного объединённого музея истории, архитектуры и литературы (СОГОМИАЛ – 1 дело); Центрального государственного архива республики Северной Осетии – Алании (ЦГА РСО – А – 43 дела); Центрального исторического архива г. Москвы (ЦИАМ -1 дело). В течение 16 лет была проведена исследовательская работа в 22 архивохранилищах Российской Федерации, расположенных в городах: Москве, Красногорске, Петербурге, Владикавказе и Ставрополе. В ходе научной работы было использовано в общей сложности 350 архивных дел. Большая часть указанных документов впервые вводится в научный оборот. Для исследования представленной проблемы было привлечено к работе 99 фондов. Эти фонды содержат исключительно важный и интересный материал, полнее раскрывающий избранную тему.
Все имеющиеся в нашем распоряжении источники можно разделить на следующие группы: 1) актовые; 2) материалы текущего делопроизводства; 3) статистические; и 4) описательные.
1) Актовые документы
К актовым источникам относятся государственные законы и указы, законоположения Сената, распоряжения Главного управления казачьих войск, наместника на Кавказе, Министерства земледелия и государственных имуществ, начальников областей, постановления областных правлений, решения начальников округов, приговоры сельских сходов. Ценность актовых документов в отражении ими действительного положения. Они характеризуют политику царизма, центральных и местных органов власти в отношении горского населения420. Самыми содержательными, интересными, наиболее полно раскрывающими тему работы оказались фонды, хранящиеся в архивах: РГИА, ГА РФ, ЦГА РСО-А. Уникальным и единственным в своём роде для кавказоведов является Центральный государственный архив Республики Северной Осетии – Алании (ЦГА РСО-А). Исключительность его заключается, прежде всего, в том, что здесь собраны не только материалы общего, всероссийского значения – в силу того, что Владикавказ являлся центром самого стратегически важного после Кавказской войны региона Терской области, но и в том, что в этом архиве, под одной крышей помещены уникальные региональные источники, повествующие о жизни, быте, нравах чеченцев, кабардинцев, осетин и других народов. Из всех Российских архивов, только ЦГА РСО-А и РГИА обладают достаточным количеством документов по чеченской истории второй половины XIX века. Из фондов РГИА, прежде всего, следует назвать Ф.1268 (Кавказский комитет). Актовые источники – дела Кавказского комитета содержат проекты всех законоположений, сведения об их подготовке и обсуждении на самом высоком уровне. Однако по своему характеру эти источники в основном проективны, то есть, будучи изданы к исполнению, проекты далеко не всегда осуществлялись в соответствии с первоначальными замыслами их авторов.
