Сейчас он покачивался на воде рядом со скалой и глядел на мачты со спущенными парусами. Очевидно те, кто был на борту, решили поближе рассмотреть тушу кракена — его было трудно не заметить, особенно с учётом всех птиц, его облюбовавших.
Андрей подумал, что его, барахтающегося за тушей, могут и не заметить. Он решил, что хорошо бы попробовать взобраться на самого дохлого моллюска.
Меж тем птиц, кружащихся над тушей мертвого зверя, по какой‑то причине с каждой минутой становилось все больше и Андрей начал подумывать о том, как бы они не съели его вместе с этим осьминогом.
Наконец он решился и погрёб к покачивавшемуся на волнах моллюску.
Он слабо представлял себе, как будет забираться на него, однако мысль эта не давала ему покоя. Почему‑то он видел в этом звере единственную возможность своего выживания.
Пробравшись через щупальца, беспорядочно плававшие на поверхности, он подобрался к самому боку кракена. Над водой выступала лишь верхняя его часть, однако и она по размерам ничем не уступала яхте, сейчас покоившейся, по всей видимости, на океанском дне.
Шкура монстра вблизи оказалась не такой гладкой. Шероховатая и грубая, она была усеяна коническими выступами. Андрей поискал, за что бы уцепиться, но, не обнаружив ничего подходящего, стал хвататься за нее голыми руками. Разумеется, из этого ничего не вышло, бок слишком круто уходил вверх. Андрей потянулся за саблей, все еще висевшей в ножнах на поясе.
Клинок был достаточно острый и вполне справлялся со щупальцами чудовища в ту ночь, однако, попробовав его на шкуре молодой человек осознал всю бесполезность своих попыток. После нескольких довольно сильных колющих ударов на шкуре кракена не осталось ни единого следа.
Внезапно он осознал, что потерял из виду корабль. Туша закрывала весь обзор и он начал оплывать её. Андрей направился вдоль правой стороны и пара спутанных щупалец преградила ему путь. Он попытался поднырнуть, однако, с одетым жилетом такой номер ни к чему не привел. Тогда Андрей попробовал перелезть через них, но из этого тоже ничего не вышло.
Казалось, он утратил способность разумно мыслить. Замерев в нерешительности, он задержал дыхание. Именно тогда он и услышал звук весел, опускавшихся в воду.
— Эй! — крикнул он, осипшим голосом, — Эй! Где вы? Помогите! Я здесь!
Удары весел прекратились.
Гортанный бас прокричал что‑то на незнакомом языке. Ему вторил другой.
— Я здесь! Помогите! — вновь крикнул Андрей.
Он развернулся и поплыл прочь от кракена, намереваясь выбраться на чистую воду.
Ему казалось, что голос его не слышен за криками морских птиц.
Весла вновь ударили по воде. На мгновение Андрею показалось, что лодка удаляется, однако вскоре плеск стал громче, он доносился у него из‑за спины. Молодой человек развернулся и увидел приблизившуюся шлюпку с оранжевыми бортами. Весла поднялись в последний раз и она подошла почти вплотную. Андрей ухватился за борт и попытался влезть. Несколько сильных рук ухватили его и вытащили из воды.
— Спасибо, вы как раз вовремя.
Рослый смуглолицый парень, по виду матрос, похлопал его по спине и сказал что‑то на своем языке. На матросах, сидевших за веслами, были белые плотные рубахи и черные штаны свободного кроя, а головы были повязаны оранжевыми косынками. Помимо них в лодке сидела толстая женщина с волосами цвета полированной меди. Эта была разодета, точно собиралась на бал.
Андрей заметил, что его новые знакомые с тем же интересом поглядывают на его наряд. Между тем один из моряков, должно быть старшина — его плечо украшал золотистый шеврон — протянул Андрею фляжку, вырезанную по — видимому из какого‑то высушенного плода. Откупорив ее, молодой человек поднес горлышко ко рту.
Чуть тёплое содержимое обожгло потрескавшиеся губы и приятно согрело. Дыхание Андрея перехватило и он закашлялся.
Женщина в ярком камзоле сказала что‑то старшему моряку и все расселись по банкам. Из‑за туши моллюска показалась вторая шлюпка.
Обе лодки развернулись и полным ходом направились к кораблю. Андрей завернулся в протянутое ему шерстяное одеяло и вытянулся на дне. Весла мерно били по воде и звук этот придавал ему
спокойствие, какого он не чувствовал с тех пор, как в пятницу вышел в море. Он прислонился к шероховатому деревянному борту и закрыл глаза.
Андрей так и сидел с закрытыми глазами и слушал крики альбатросов. Наконец, весла перестали грести, а лодка дрогнула, уткнувшись во что‑то бортом. Его тронули за плечо.
Их шлюпка покачивалась возле высокого деревянного борта. Подслеповатыми глазами Андрей смотрел на доски обшивки, уложенные внахлёст.
Они были выкрашены в темно — зеленый цвет и он не смог на глаз определить породу дерева. Как и все суда, встречавшиеся ему за последние дни, оно было уродливо и прекрасно одновременно. Он уже начинал привыкать к тому, что здешние корабли больше напоминают огромные дома. Этот тоже, казалось, был выстроен вопреки всем принципам гидродинамики.
Сверху сбросили веревочную лестницу. Один из моряков помог Андрею подняться и повел его к ней. Спросил что‑то на своем языке. Андрей кивнул в ответ — хотя он и не знал слов, смысл ему был понятен. Он ухватился руками за лестницу и сделал первый неуверенный шаг наверх, за ним еще один. Дальше пошло лучше и он вскарабкался довольно высоко. Внезапно нога его соскочила и он повис на веревках — внизу предостерегающе закричали. Андрей помахал им: «все в порядке», и продолжил своё восхождение.
На полпути вдоль пузатого борта он глянул вправо, в сторону высокой кормы, украшенной башенками и балконами, и окинул взглядом ряд небольших оконец прикрытых створками. Определенно они походили на орудийные порты. Разумеется, подумал Андрей, какой же парусник без пушек.
Наверху его встретили несколько человек из команды. Среди них Андрей заметил одного отличавшегося одеждой, по виду офицера. Он внимательно смотрел на него.
Вопросы посыпались на Андрея со всех сторон, но он не понимал ни слова. Лишь качал головой. Офицер подошел к нему вплотную и задал несколько коротких и резких вопросов.
— Я… Я не понимаю, — ответил Андрей, — Не говорю по — вашему.
Как только приду в себя, подумал он, нужно будет выучить дежурную фразу на их языке. «Я не говорю по — вашему». Стоит попросить Танниу помочь с произношением. Он покачал головой, подтверждая свои слова.
Вскоре на борт взошла женщина, что спасла его. Она о чём‑то поговорила с офицером. Судя по жестам и взглядам, беседа шла о нём. После этого женщина ловко подхватила Андрея под руку и повела по шкафуту вдоль левого борта в сторону кормовой надстройки. Матросы на палубе поглядывали на него, когда он проходил мимо, хотя особого внимания ему не уделяли, то ли считая не достаточно интересным гостем, то ли опасаясь отвлекаться от работы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
