Читаем без скачивания Почтальон - Дэвид Брин

Но он чувствовал теперь настоятельную потребность проверить правильность своих подозрений. Он не сможет сомкнуть глаз, пока не разберется во всем этом раз и навсегда.

— Простите! — окликнул он одного из фермеров. Тот широко улыбнулся ему беззубым ртом и вскочил, сдергивая с головы шляпу.

— Чем я могу вам помочь, господин инспектор?

Гордон ткнул пальцем в точку на карте не более чем в десяти милях от Буэна-Виста по прямой.

— Знаете, как проехать сюда, в Сиотаун?

— А-то нет, босс! Если поторопитесь, успеете туда еще засветло.

— Уж я потороплюсь! — заверил фермера Гордон. — Голову даю на отсечение, что медлить не стану!

10

— Сейчас, черт возьми! — крикнул мэр Сиотауна. Однако стук в дверь сделался еще громче прежнего.

Герб Кейло любовно зажег свой новый масляный фонарь, изготовленный мастерами городка в пяти милях к западу от Корваллиса. Он недавно обменял двести фунтов лучшей сиотаунской глиняной посуды на двадцать таких вот чудесных ламп и три тысячи спичек из Олбани. Мэр не сомневался, что столь удачная сделка обеспечит ему этой осенью переизбрание.

Стук превратился в грохот.

— Ну, держитесь там! Если дело окажется ерундовым...

Он отодвинул задвижку и распахнул дверь. В проеме стоял Дуглас Ки, дежуривший этим вечером у ворот. Кейло насупился.

— В чем дело, Дуг? Что за нелегкая...

— Тут к тебе посетитель, Герб, — не дал договорить дежурный. — Я бы не впустил его после наступления комендантского часа, но ты рассказывал нам о нем, когда вернулся из Корваллиса, вот я и постеснялся держать его под дождем.

Из сырой тьмы выступила рослая фигура в накидке. В свете лампы блеснула кокарда на фуражке. Гость протянул руку.

— Рад снова встретиться с вами, господин мэр. Могли бы мы поговорить?

11

Прежде Гордон и вообразить не мог, что ему придется пренебречь предложенной постелью и горячим ужином ради того, чтобы мчаться во весь опор на коне — на ночь глядя, под проливным дождем, — однако на сей раз у него не было иного выбора. Ему подвели лучшую лошадь, какая только сыскалась в сиотаунских конюшнях, но не будь ее, он бы не отказался преодолеть расстояние бегом.

Кобылка легко мчалась по старой проселочной дороге к Корваллису. Она была способна и на большую скорость, но Гордону приходилось сдерживать ее прыть, чтобы она не споткнулась в темноте. К счастью, вскоре набухшие от влаги тучи раздвинулось, выпустив из плена полную луну, которая залила безрадостный пейзаж призрачным светом.

Гордон не исключал, что поверг мэра Сиотауна в полнейшее замешательство с первой же минуты, как переступил порог его дома. Не тратя времени на формальные любезности, он сразу перешел к делу; послал Герба Кейло в кабинет за аккуратно сложенной компьютерной распечаткой.

Поднеся распечатку к свету, он стал, пожирать взглядом строчки текста, ничего не объясняя ошарашенному Кейло.

— Во сколько вам обошлись эти рекомендации, господин мэр? — поинтересовался он, не прерывая чтения.

— Сущая мелочь, инспектор, — нервно отозвался мэр. — Чем больше деревень присоединяется к торговому пакту, тем больше Циклоп снижает цены. Я к тому же получил скидку: уж больно туманен совет.

— Сколько? — поднажал Гордон.

— В общем, так... Мы нашли десяток старых ручных видеоигр и штук пятьдесят старых батареек, которые можно перезарядить, из них десяток оказались работающими. Да, еще домашний компьютер, почти не тронутый ржавчиной.

Гордон не сомневался, что этим находки сиотаунцев не ограничивались, так что впереди их ждали столь же выгодные сделки. Сам он поступал бы на их месте точно так же.

— Еще?

— Прошу прощения?

— Вопрос поставлен предельно ясно! — свирепо прорычал он. — Что еще вы заплатили?

— Больше ничего. — Кейло растерялся. — Разве что фургон еды и посуды для этих служащих. Но по сравнению с остальным это ерунда! Так, наш подарок, чтобы ученые не померли с голоду, помогая Циклопу.

Гордон тяжело дышал. Сердце колотилось как бешеное, не желая униматься. Все сходится! Как тут не схлопотать инфаркт? Он стал зачитывать взятые наугад отрывки:

— «...Начальная инфильтрация из участка соприкосновения тектонических пластов... Вариации в удержании грунтовых вод...» — Слова, которые семнадцать лет не попадались ему на глаза и не посещали его мозг, сейчас приобретали вкус стародавних деликатесов, и он вспоминал их с любовью. — «Различия в соотношении наполненности водоносных слоев... Относительность анализа, обусловленная телеологическими колебаниями...»

— Кажется, мы улавливаем, что подразумевает Циклоп, — неуверенно пробормотал Кейло. — Как только начнется сухой сезон, мы примемся рыть на двух лучших участках. Естественно, если мы не сумеем правильно истолковать его рекомендацию, то винить, кроме самих себя, будет некого. Попробуем в других местах, на которые он тут намекает...

Мэр перешел на шепот, видя, что инспектор стоит неподвижно, уставясь в пространство.

— Прямо дельфийский оракул, — выдохнул Гордон еле слышно. — Гадание на кофейной гуще.

И вот после этого последовала ночная гонка.

Годы, проведенные в скитаниях, закалили Гордона; все это время жители Корваллиса, напротив, относительно процветали и отнюдь не набирались ловкости. Проскочить мимо постов, выставленных для порядка при въезде в город, не составило ни малейшего труда. Он помчался по пустым боковым улочкам к университетскому кампусу, а оттуда — к давно заброшенному Морленд-Холлу. Там он потратил десять минут на то, чтобы обтереть лошадь и набить для нее травой мешок. Он хотел, чтобы лошадь была готова снова выдержать скачку, если в этом возникнет острая необходимость.

Добраться бегом до Дома Циклопа Гордон сумел, несмотря на морось, за пару минут. Когда цель была уже совсем близка, он принудил себя перейти на шаг, как ни хотелось ему разобраться со всем одним махом.

Он спрятался за развалинами здания, где раньше помещались генераторы, пропуская двоих охранников в накидках, с накрытыми от дождя ружьями. Присев на корточки под обугленной доской, Гордон умудрился учуять — через столько лет! — запах гари, исходящий от бревен и спутанного кабеля.

Что там плел Питер Эйг насчет сумасшедших дней в самом начале, когда исчезло последнее подобие власти и вспыхнули бунты? Им якобы пришлось тогда для спасения суперкомпьютера довольствоваться энергией воды и ветра, поскольку бунтующие спалили генераторы, питавшие установки охлаждения.

Гордон не сомневался, что могло получиться именно так, будь все сделано вовремя. Однако в последнем он испытывал нешуточные сомнения.

Дождавшись ухода охраны, он поспешил к боковой двери Дома Циклопа и с одного маху сорвал замок прихваченной специально для этой цели монтировкой. Прислушавшись и убедившись, что вокруг пусто, Гордон проскользнул внутрь здания.

В задних помещениях Лаборатории искусственного интеллекта Орегонского университета было еще мрачнее, чем там, куда допускалась публика. Повсюду валялись магнитные пленки, книги, бумага, присыпанные густым слоем пыли. Он добрался до главного служебного коридора, дважды споткнувшись о какой-то хлам и чудом не расквасив в падении нос. Заслышав чьи-то шаги и негромкое посвистывание, Гордон спрятался за дверной створкой и пропустил свистуна. Едва тот прошел мимо, он приник к щели.

Человек в толстых перчатках и белом с черным халате служащего остановился у дальней двери и грохнул об пол запотевшим коробом, точь-в-точь как коробка для пикника.

— Эй, Элмер! — позвал человек и постучал в дверь. — Пошевеливайся, там! Я притащил для нашего повелителя сухого льда! Должен же Циклоп кушать!

«Сухой лед...» — отметил про себя Гордон. Из-под крышки короба выбивался белый туман.

Искаженный дверью голос ответил:

— Ладно, придержи лошадей! Ничего не случится, если Циклоп потерпит минуту-другую.

Затем из открывшейся двери хлынул поток света и низкое уханье старого рок-н-ролла.

— Чего это ты задержался?

— Играл! Набрал в «Управляемых ракетах» сто тысяч очков и никак не хотел...

Дверь захлопнулась, заглушив конец объяснения. Гордон толкнул створки двойной двери и торопливо зашагал по коридору. Чуть дальше его внимание привлекла еще одна приоткрытая дверь. Из щели просачивался свет, слышались обрывки разговора. Он остановился, узнав голоса собеседников. Спор шел о нем, Гордоне.

— Я по-прежнему считаю, что его надо было убить, — ворчал кто-то — кажется, доктор Гробер. — Этот субъект загубит все, что мы тут успели создать.

— О, ты преувеличиваешь опасность, Ник. Я, наоборот, полагаю, что он почти безвреден. — Говорила самая пожилая среди женщин-служащих, имени которой Гордон так и не запомнил. — Честный и безобидный парень.

— Вот как? Разве ты не слышала, какие вопросы он задавал Циклопу? Не то что эта деревенщина — я имею в виду нашего среднего жителя, каким он стал после всех этих несчастий. Нет, этот человек проницателен! И к тому же отлично помнит былые времена.