Читаем без скачивания Эксперимент продолжается - Виктор Шаталов

При подготовке к проведению контрольной лабораторной работы в экспериментальном классе члены комиссии выставляют на столы одновременно до 30 комплектов приборов для проведения 30 разных работ. В класс заходят ребята, и каждый выполняет совершенно самостоятельно одну лабораторную. Разъяснений - никаких. Консультации запрещены. Наименование работы, приборы и - больше ничего. Измерения, вычисления, выводы и расчеты погрешностей школьники выполняют сами. Сколько человек в обычном классе справится с такой работой? Практика показывает: не более 5-6 ребят. Это или самые лучшие, одаренные учащиеся, или те, кому случайно попалась работа, которую выполняли совсем недавно, и они еще не успели забыть ее вчистую.

Десятиклассники 17-й школы (контрольной) справились с работой отлично: 68% правильно выполненных работ!

У девятиклассников 13-й школы - 72%.

В принципе, результаты одного порядка, но 17-я - спецшкола с физическим уклоном!!

Стоит ли теперь удивляться, что комиссия АПН СССР и Минпроса СССР, приехавшая в среднюю школу No 5 весной 1987 г., начала свою инспекционную проверку именно с контрольной лабораторной работы. Писали ее пятиклассники, изучившие физику VI класса, и шестиклассники этой же школы.

- Вот таких,- говорили лаборанты,- мы еще в кабинете не видели. У некоторых только носы над столами торчат. Такие они маленькие.

А "маленькие" выполнили работу в 4,5 раза лучше, чем большие!

Контрольными классами при проведении тестовых работ по кинематике и динамике были десятиклассники 13-й школы. И снова победа была за девятиклассниками!

За 20 лет открытых экспериментальных исследований ребята, работавшие на новой методической основе, не проиграли ни одной сопоставительной контрольной работы. Результаты иногда достигали отношения 22 : 1.

Валерий Козловский на всех экзаменах получил одни только отличные оценки. Сейчас ему 35 лет. Высокий, спокойный, сильный.

- А помнишь, как от экспериментального класса за газовую плиту прятался?

- Сколько буду жить, столько будет стыдно... Потом был новый VIII класс. Потом...

Снова беседа с заведующим облоно, но теперь совсем о другом.

- Если это система, то пора включать другие учебные предметы. Есть три предложения: или биология, или география, или оба эти предмета одновременно.

- На оба одновременно не хватит ни времени, ни сил. А если речь вести только об одном, то начинать лучше с географии.

- Почему?

- За плечами школа топографов. И 7 лет военной службы сначала в разведке, а потом, после войны, старшиной топографической службы.

Школа капитана Ширяева

То была зима 1946 г. Пригород Владивостока. Шестой километр. Школа военных топографов. Курсанты - вчерашние ученики VIII-IX классов. Мальчишки. Немало трудностей приходилось тогда преодолевать, постигая основы картографии, геодезии, астрономии, но едва ли не самые большие были связаны с задачей Потенота. Для получения конечного результата необходимо было решить задачу в 86 действий, связанных с применением логарифмических и тригонометрических функций. Задача Потенота преследовала во время марш-бросков, не отпускала в короткие часы самоподготовок, снилась на жестких лежаках. И вдруг однажды, теперь уже и не припомнить, как это произошло, неожиданная догадка: а нельзя ли решить эту задачу графически? Сначала были попытки предварить построения математическими выкладками, затем - геометрическими накладками... Не получалось. Где-то в глубине сознания пульсировала все время ускользающая догадка, но никак не удавалось ее перенести на все случаи задачи. Частные варианты один за другим воплощались в чертежах, но общее решение пришло только к концу второй недели, и на бумаге наконец появился чертеж прибора. Теперь уже можно было идти к капитану Ширяеву, начальнику школы. Добродушному, умному, наделенному удивительно доброй улыбкой.

В кабинете капитан что-то просматривал в своих бумагах, и в течение нескольких минут можно было неторопливо осмотреть все, что лежало на открытых полках нескольких шкафов. Секстанты, астролябии, кипрегели, мензулы, транспортиры, параллельные линейки... И вдруг!.. Между моделями военных кораблей - прибор для решения задачи Потенота! Прибор был практически таким же, каким он был изображен на свернутом в рулон листе полуватмана.

Еще на что-то надеясь, с трудом выдавливаю слова...

- Вот здесь, на полочке, лежит прибор для графического решения задачи Потенота?

- Да, но мы с вами еще этого не проходили. Вы сами догадались?

Догадался... Слезы тугим комком подступили к горлу, как будто вот здесь, сейчас совершилась величайшая несправедливость. И не стоит, право, удивляться - ведь было то в 18 лет.

Капитан Ширяев внимательно изучил чертеж и неожиданно улыбнулся.

- Но это же здорово! Сегодня ты пришел к открытию, которое несколько десятков лет назад сделал другой человек. Чтобы не тратить напрасно время и силы на поиск уже готовой конструкции, тебе не хватило только одного знаний, но главное у тебя есть! Твой мозг запрограммирован на поиск, ты умеешь преодолевать трудности неизведанного и можешь находить пути решения весьма нелегких задач. Значит, твои открытия еще за тобой. Важен ведь не прибор. Ты приобрел несравненно большее - уверенность в том, что ты можешь! Не отчаивайся. Пройдет еще немного времени, и ты найдешь решение задач, каких не решил еще никто. Непременно. Вот только - учись. Чем больше ты будешь знать, тем меньше будет таких случайностей, тем вероятнее ты будешь приходить к своим новым открытиям.

И все сбылось. Через год была получена первая награда за решение сложной задачи о безбуссольном методе привязки железнодорожных орудий на участках кривизны железнодорожного полотна. Еще через год во всей системе береговой обороны была распространена система разбивки морских планшетов без нанесения сетки Гаусса-Крюгера. А в 1950 г. курсанта назначили начальником школы топографов вместо демобилизовавшегося к тому времени капитана Ширяева.

Значит, география...

Начинать нужно было с V класса. На пустом месте. И никого вокруг, кроме 10 верных помощников. По 5 на каждой руке.

Опорные конспекты были сделаны довольно быстро. И даже распечатали их на хорошей плотной бумаге. Но начинать одному не хотелось. К тому времени уже успешно работали по опорным конспектам учителя астрономии в школах No 33, 7, в ясиноватовской No 1, в марьинской No 1.

Нужно было подключать учителей географии. По наивности это казалось делом нетрудным. Ранним утром автобус No 30 отвез до самой последней остановки. А это более 15 км. Но почему Ар° 30? Смешно сказать - просто первый попавшийся на глаза. Теперь нужно было пройти по всем школам, располагавшимся вблизи маршрута автобуса No 30, и в каждой предложить учителям географии начать работать вместе. Разрешение облоно есть. Отпечатанные опорные конспекты есть, Опыт есть. Сколько человек согласятся начать: 2? 5? 10? Пусть хоть все 15. Чем больше, тем лучше.

Не согласился ни один!

Каких только отговорок не довелось наслышаться в тот день! Но причина-то была одна: никому ни до чего нет дела. Всех вполне устраивает бесконтрольная работа. Тем более - по географии. Оценки можно ставить какие душе угодно. Контрольных проверок не бывает. Разве только изредка кто посидит на уроке. Так ведь эти редкие случаи погоды не делают - можно и пережить минутную неприятность. А дальше снова тишина и покой.

Тягостно об этом думать, но и не думать нельзя. Горестно все это сознавать, но и уходить от правды нельзя. Нужно действовать. Но как? И все нужно было начинать сначала на следующий день, но только уже маршрутом другого автобуса - No 19. И снова школа за школой от Донецка до Макеевки около 15 километров. Десятки остановок. Десятки школ. И ни одного отклика. Ни единого! Сегодня, когда в Донецк приезжают тысячи людей, когда попасть на семинар по географии - дело архисложное, все это кажется невероятным, ирреальным, но - только кажется. Так было. И когда уже не осталось никаких надежд, А. Д. Богаев, учитель астрономии 33-й школы, вдруг вспомнил: есть энергичная учительница географии в восьмилетней школе No 28. Может быть, она?

Это была М. С. Винокур. Эксперимент по географии начался в двух школах, отстоявших друг от друга на 8 километров. Да что за беда! Главное - все получалось! И в 13-й и в 28-й. Правда, не счесть было вопросов, на которые приходилось отвечать,- в работу-то Майя Семеновна пришла без семинара, и все ей приходилось постигать по ходу дела. А это не просто: ведь она вела уроки географии не только в своей, но и в VI и VII классах 13-й школы. Это было невероятно: из другой школы приезжал учитель, чтобы вести уроки географии, а два учителя географии 13-й за все годы даже не побывали ни на одном уроке в экспериментальных классах. Тысячи учителей приезжали со всех концов страны, чтобы посетить хотя бы несколько уроков, и не могли понять, почему не подключаются к работе два географа этой же школы.