А тут, говорят, еще «Справедливая Россия» (СР) хочет последовать коммунистическому примеру. Правда, депутат от СР Илья Пономарев, только что создавший со своими коллегами, отцом и сыном Судковыми, движение «Анти-ГУЛАГ», вроде как Чирикову поддержал. Но партия в целом дала понять, что еще из какого-то нафталина, наполненного куклами Карабаса Барабаса и наследника Тутти, извлечет своего собственного кандидата на мэрский пост. И только для того, чтобы не создать единого оппозиционного кандидата и не дать ему победить.
Правильно. Так статусная оппозиция в РФ и должна действовать. Иначе зачем она вообще на фиг нужна? И если «Яблоко» умудрилось поумнеть, то другие партии должны это дело как-то конструктивно компенсировать, неправда ли? Ведь можно было бы, объединив оппозицию, выиграть выборы в Химках и показать, что с властью можно совершенно реально бороться. А так.
Тьфу! Ну ладно.
Кстати.
В последнее время я услышал от некоторых людей, которых весьма уважаю (и это не ирония, видит Бог), целых две довольно конспирологических версии на тему «Почему посадили девушек из Pussy Riot».
Версия один. Посадили Надежду Толоконникову, Марию Алёхину и Екатерину Самуцевич, чтобы страшно запугать основные народные массы интеллигентским экстремизмом и еще больше сплотить русский народ вокруг Кремля.
Версия два. Президент РФ Владимир Путин неожиданно убоялся Патриарха Московского и всея Руси Кирилла Гундяева как потенциального общественного лидера. Особенно же уязвил Путина Пояс Богородицы, который на финише 2011 года привел к столичному храму Христа Спасителя (ХХС) сотни тысяч, а то и миллионы простых россиян и тем самым продемонстрировал возможности мобилизации широких народных масс вокруг православной темы. И тогда было Кремлем решено: придумать что-нибудь, чтобы РПЦ МП лишить ее влияния на народ, а как следствие — возможности играть в русской жизни хоть сколько-нибудь значимую общественно-политическую роль.
М-да.
Я давно заметил, что никто так не умеет безупречно возвеличивать Кремль и лично Владимира Путина, чем их номинальные противники и враги.
Вот, помню, в 2004 году отставной, но все еще более чем влиятельный политический старик Збигнев Бжезинский опубликовал статью, в которой уподобил Путина Бенито Муссолини. Видимо, представив себе на одну историческую минуту, как Путин ведет себе марш своих верноподданных сторонников на Москву, а потом яростно выступает во имя вечной власти с балкона гостиницы «Метрополь».
Я даже тогда ответил великому Бжезинскому в одной газете. После чего оттуда сразу уволился главный редактор. Впрочем, он и так собирался увольняться, так что ничего страшного не произошло.
Так и с Pussy Riot. Мое мнение: Кремль — ни при чем. Ибо есть на свете силы, куда более могущественные, чем все управления по внутренней политике РФ, вместе взятые. Например, Господь Бог. И Господь Бог просто нашел способ, как совершенно легко, иронично и ненавязчиво отправить Русскую православную церковь Московского патриархата (РПЦ МП) в исторический утиль. Для того и понадобился прославленный панк-молебен. Остальное — детали, не заслуживающие научно-аналитического разложения.
И в этой ситуации меня по-прежнему беспокоит только одно.
Так называемая российская оппозиция, не способная даже выдвинуть единого кандидата на пост мэра Химок (через которые, между тем, лежит дорога на «Шереметьево», откуда мы все из этой страны, если что, драпать будем), затеяла выборы в Координационный совет протестных действий.
В прошлой колонке Белковского в «МК» мы поставили перед Координационным советом (КС) и его затевателями несколько проклятых вопросов. От ответов на которые более-менее зависит: стоит ли вообще участвовать в процедуре или лучше посчитать ее очередным радостным балаганом?
Сегодня — продолжим вопросы.
На каких правах, спросят зажравшиеся, буквально как власть, оппозиционеры? На правах обычных, простых, банальных и примитивных избирателей. Вы же, правильные оппозиционеры, не станете утверждать, что избиратель — клинический идиот, которого надобно беспрекословно игнорировать? Вы же пока еще — слава Тебе Господи — не власть?!
Итого, дополнительные вопросы. Время пошло.
1. Координационный совет (КС) — это некая структура, у которой есть некоторые общие идеи? То есть КС — это скорее оппозиционное правительство, чем парламент, где кто в лес, кто по дрова?
2. Если верно утверждение, сформулированное в п. 1, готов ли КС взять на себя ответственность за формирование базовых аспектов курса оппозиции, она же — страшно подумать! — будущая власть?
3. Поддержит ли КС преобразование России в парламентскую республику (точнее, парламентскую демократию, которая может существовать и в форме/формате конституционной монархии)? Или мы навсегда будем обречены привычному российскому вождизму, как бы он теоретически ни назывался?
4. Есть ли уже у ключевых фигур КС концепция, она же программа слезания с сырьевой иглы, т. е. смены модели российской экономики? Или обо всем этом оппозиция подумает завтра, когда повезет?
5. Вот говорят — «люстрация». И имеют в виду при этом чаще всего советских еще партработников и кагэбэшников, которые к политике последних 20 постсоветских лет ни малого, по большому счету, отношения не имеют. А будет ли люстрация всех тех — министров, начальников департаментов, ректоров лицеев и академий, — которые строили так называемый «кровавый режим» непосредственно при Ельцине и Путине?
6. Что думает КС про перспективу отделения от РФ мусульманских регионов Северного Кавказа, которые давно превратились в коллективного паразита, распространяющего кровососущее влияние на самый что ни на есть федеральный уровень?
7. Будет ли КС призывать к бессмысленному/беспощадному суду над Владимиром Путиным? Или найдет в себе силы для морального (не более) суда над всеми иными, виновными не меньше, но отчасти и больше «национального лидера»?
Если мы получим ответы на все эти вопросы, тогда есть смысл идти (сидеть) и голосовать. Если нет — значит перед нами очередной обман. Чтобы получить от нас «добро» на некий вариант оппозиционной диктатуры. Которая получит неформальный мандат торговаться с Кремлем, подписанный нашими (трудящихся) потом и кровью.
А нам-то это все зачем?
Не лучше ли подождать, пережить и выжить?
Помните закон Белковского: в истории всегда своевременно происходит именно и только то, что должно произойти. А каким образом — вопрос десятый.
Оно и произойдет.
Как все запуссено…
В жизни каждого человека — или иной оживленной сущности — всегда бывает главное и второстепенное. Так уж устроено, как ни крути.
Объединитель Германии «железный канцлер» Отто фон Бисмарк (1815–1898) считал, что всякий мужчина должен служить или Венере, или Вакху, но не одновременно. Грубо говоря, или уже выпивать, или заниматься чем-то совсем иным (понятно чем). Свой выбор Бисмарк сделал своевременно: его полноценный рабочий день начинался после второй бутылки шампанского.
Следуя заветам Бисмарка (который успел хорошо поработать послом в России и потому что-то представлял и про наши вечно-бесконечные снега), российские оппозиционеры тоже тщательно ищут в своей жизни главное.
Как ведущий специалист по теории и истории РФ-оппозиции постсоветского периода, я возьмусь утверждать, что всякий оппозиционер тяготеет к неизбежному, как смерть, выбору между двумя категориями:
а) скромными деньгами;
б) дешевой славой.
Если Кремль (оно же так называемая власть) готов на определенных условиях купить оппозиционера и интегрировать его в свою систему типа управления государством, то изучаемый нами объект, скорее всего, принадлежит к категории «а» или, того гляди, окажется в ней.
Если Кремль еще не сообразил, насколько выгодно и почетно ему приобрести по сходной цене данного конкретного борца за народное счастье, то оппозиционер вынужденно и на неопределенный срок остается в категории «б» (в хорошем смысле).
Заставить же оппозиционера — как, впрочем, и классического, как русская литература, представителя власти — говорить, а главное, думать о судьбе страны и будущем измученного народа почти невозможно. Поверьте, если сможете.
В последнее время наши оппозиционеры умножали и развивали свои представления о главном.
Для начала они почти в полном составе явились в Хамовнический суд г. Москвы на завершающее разбирательство дела Pussy Riot. Помогать трем девицам, приговоренным в итоге к двум годам обычного режима, понятно, никто не собирался. Хотя бы уже потому, что помочь ничем было невозможно.
Явку борцов в суд стимулировало иное. За время, прошедшее с начала самого скандального процесса-2012, популярность бренда Pussy Riot превысила известность всех российских оппозиционеров, вместе взятых. Девочек вовсю/открыто поддержали народные артисты Вселенной Пол Маккартни и Мадонна — кто из профессиональных борцов с кровавым режимом им. В. В. Путина мог бы о таком хотя бы мечтать? Юные заключенные явились человечеству на обложках ведущих политических еженедельников мира — опять же.
