Человек, назвавший себя отцом Тениеля, отвез его в мрачный темный замок, стоявший на вершине высокой скалы, и упиравшийся шпилями башен в низкое сумрачное небо.
С того дня жизнь юноши кардинально изменилась. Больше Тэлю не приходилось думать о хлебе насущном и мечтать о тепле, всего этого у него теперь было с лихвой.
Вечно дрожащий от страха старичок, обучавший Тэля, при виде Дениэля (так звали отца, как впоследствии узнал юноша) еще больше съеживался и старался слиться с мебелью. Его кожа бледнела, а нижняя губа начинала непроизвольно тряслась. Тэль никогда не интересовался чем мог так сильно напугать ученого мужа отец, такие вопросы не были приняты, да и не волновали юношу. Старательно постигая грамоту и этикет, а также умение пользоваться столовыми приборами, выросший практически на улице он не привык задавать лишних вопросов. И даже когда старичок исчез, Тэль спокойно воспринял этот факт и продолжил обучение, самостоятельно извлекая полезную информацию из книг и манускриптов.
Окунаясь в мир отца, и познавая уклад его жизни, Тэль все больше недоумевал, зачем тому понадобилось забирать сына с улицы. Мужчина совершенно не проявлял интереса к нему, они встречались только в столовой по противоположным сторонам длинного стола, все остальное время юноша был предоставлен себе.
После исчезновения старика обитателей в замке Дениэля осталось двое: он да сам хозяин.
Слуг Тэль не считал, - молчаливые и угодливые, они напоминали скорее теней, чем существ из плоти и крови.
Единственное, в чем проявлялась забота отца, так это в том, что Тэль иногда находил нужные фолианты у себя в комнате. Отец запретил Тениелю покидать пределы замка, пока тот не овладеет необходимыми познаниями в том, как усмирять демона внутри себя и дружно сосуществовать с ним.
Продуваемый насквозь ветрами, старый угрюмый замок был большим и неуютным, слуги - немыми призрачными тенями, но Тэля это вполне устраивало. Все же это был дом, которого у него никогда не было, а одиночество утоляли книги, ставшие его постоянными и единственными спутниками, учителями и друзьями. И юноша со всем пылом погрузился в чтение.
Поначалу Тэль перечитал все, что только можно узнать об устройстве мира, в котором он прожил, буквально проглатывая содержимое толстенных огромных книг в кожаных переплетах. А затем перешел к изучению старинных рукописных фолиантов, описывающих привычки и повадки обитателей иной, темной стороны реальности. Перелистывая пожелтевшие от времени хрупкие страницы, юноша внимательно изучал иллюстрации и пояснения к ним, написанные кровью. Тогда он впервые узнал, что книги о потустронних обитателях мира написаны так называемыми видящими, - людьми, способными узреть истинную природу демонов, прячушихся внутри оболочки из плоти.
Также он узнал, что вполне может обрести бессмертие, если только будет своевременно подкармливать своего демона. А это означало близкие, очень близкие отношения с противоположным полом. Поначалу юношу выворачивало наизнанку при одной только мысли об этом. Нет, конечно же, он был не против физической близости как всякий нормальный мужчина, но рабская зависимость от своей второй демонической составляющей неимоверно унижала Тениэля.
Однако демон внутри него не дремал, и с каждым днем все увереннее чувствовал себя в теле юноши, заставляя того испытывать адские приступы голода плоти, после которых сознание Тэля отказывалось вспомнить, что он делал.
***
Когда Дениэль, наконец, решил что Тэль достаточно обучен и обладает необходимыми познаниями, он впервые вызвал сына к себе в покои.
Морозным декабрьским утром они появились в мире людей. В том самом городе, где некогда жил юноша.
Впервые Тениэль оказался среди людей уже не в рваных одеждах и не как вор, а как потенцильный хозяин этих жизней, ведь одной только силой мысли он мог уничтожить любого человечишку. Отец и сын стояли под гигантскими часами у городской ратуши, а толпа текла мимо, даже не подозревая о том, КТО стоит на главной площади города. Власть опьяняла и кружила голову.
Тэль ощущал ее каждой клеточкой тела, и демон внутри него солидарно облизывался, урча, и нервно бил хвостом в нетерпеливом ожидании. Он мог. Мог подчинить себе любую девочку, девушку, женщину и даже старуху, какую только пожелает.
-Эту, - показал отец на темноволосую девушку, спешащую по улице.
Незнакомка была как две капли воды похожа на ту высокомерную богачку, что некогда сначала зачаровала Тениэля, а потом облила его презрением. Возможно, действительно, это была она, но юноша не мог поклясться себе в этом с большей долей вероятности. Тэль все еще помнил брезгливый взгляд, окативший его, и тем сильнее было желание сделать так, чтобы темноволосая незнакомка выпрашивала у него каждую ласку, чтобы молила о прикосновении и униженно выклянчивала поцелуй. И странное дело, Тэль знал, что так оно и будет. Он многому научился за время пребывания в замке отца. Тениэль хотел доказать, что, хотя он и рожден всего лишь женщиной, он достоин своего отца.
Юноша быстрым шагом направился вслед за девушкой.
Первый шаг состоял в том, чтоб проникнуть в мысли жертвы, что Тэль выполнил с блеском. Девушка думала о своем поклоннике, младшем сыне городского главы, а также о том, когда он сделает ей предложение.
Второй шаг заключался в том, что жертва должна была познать вкус желания и ощутить запах плотского влечения. Таким образом, демон пометит свой подарок. Слюна Тениеля содержала своеобразный фермент, действующий на человека как наркотик, и нужно было подобраться к темноволосой незнакомке как можно ближе.
Девушка почти потерялась в толпе, когда Тэль начал охоту. Стремительно врезавшись в гущу людей, он быстро догнал ее, пристроившись за спиной, а потом как бы случайно толкнул незнакомку. Не удержавшись на ногах, она начала падать. Тэль, схватив девушку за руку, дернул ее на себя, тем самым предотвратив падение. С негромким вскриком незнакомка очутилась в его объятьях.
-Камилла, дорогая! - Тениэль сознательно назвал девушку чужим именем, и прижав ее к себе, припал к нежным атласным губам. Демон внутри взвыл от восторга. Но не зря же юноша учился обуздывать его порывы!
Девушка, не ожидавшая подобного натиска, на мгновение замерла, а затем начала неистово отбиваться от наглеца.
Наконец, отпустив незнакомку, Тэль испуганно посмотрел на нее:
- Ой! Извините, мисс, я обознался.
И... получил затрещину.
-Наглец!
Тэль развернулся и быстро ретировался от горящего гневом взгляда, - все, что ему было нужно, он уже сделал.
