От Бьяджио не укрылось раздражение, прозвучавшее в этих словах.
– Я обещал вам горючее для огнеметов, Касрин. Я ничего не говорил о его погрузке на борт. Капитан здесь вы. Разве порядок на корабле – это не в вашей компетенции?
– Да, но…
– Давайте взойдем на борт, – сказал Бьяджио. Осмотревшись, он заметил сходни у носа корабля. Там уже собралось несколько человек команды. Не дожидаясь приглашения, он направился туда, жестом пригласив Касрина идти следом. – Пойдемте.
Касрин поспешил за Бьяджио, тяжело прошагав по сходням на нос дредноута. Бьяджио осматривался, оценивая состояние военного корабля. Повсюду сновали моряки, которым не терпелось посмотреть на императора. Их возбужденное гудение заставило Бьяджио кивнуть: он остался доволен увиденным.
– Очень хорошо, – объявил он. – Похоже, дела идут нормально.
– Что вы знаете о кораблях?
– Больше, чем вы думаете, капитан. – Император усмехнулся. – «Владыкой ужаса» командуете вы. Но экспедицией командую я. Не забывайте об этом.
В словах Бьяджио послышалось предостережение, которое Касрин прекрасно понял. Он кивнул.
– А теперь, – объявил Бьяджио, потирая руки, – скажите: вы будете готовы отплыть на рассвете?
– Если сможем погрузить горючее – то да. Чтобы отойти от причала, нам не нужно заправлять огнеметы. Это мы сможем сделать уже под парусами. До Кроута плыть примерно два дня. Так что у нас должно хватить времени на то, чтобы привести в порядок все остальное. – Он вздохнул, обводя взглядом корабль. – Джелена не встретит нас с распростертыми объятиями.
– Надо полагать, – согласился Бьяджио. – Но она не станет нападать, когда узнает, что я на борту. И ее капитаны тоже. Мы будем в относительной безопасности, Касрин. Не тревожьтесь.
В последнее время Касрина тревожило все, и уверенность Бьяджио не рассеяла его страхов. Перегнувшись через фальшборт, он смотрел, как Лэни с матросами медленно втаскивают ящик на борт. Неудобный груз был всего одной из многочисленных проблем, которые Касрин не предвидел заранее. Плавание в пасть льва внезапно показалось ему удивительно глупым предприятием.
Бьяджио спал.
Касрин отвел его вниз и показал ему отведенную ему каюту: тесный закуток чуть больше шкафа. В нем помещались конторка, масляная лампа, койка – и больше ничего. Бьяджио предвидел спартанские условия, так что этой каюты было вполне достаточно. Увидев койку, он упал на нее и провалился в глубокий сон. Он проспал два часа подряд, не слыша шума работ, продолжавшихся на палубе, и даже не видя снов. А потом ему на веки внезапно упала тень – и он резко проснулся. На него смотрел капитан Касрин.
– Я стучал, но вы не отозвались, – сказал капитан. Полусонному Бьяджио его слова показались невразумительными. Он встряхнул головой и откашлялся, прочищая горло.
– Уже утро?
– Нет, – ответил Касрин. – Вы проспали всего пару часов.
– Возникли какие-то проблемы?
– Проблем нет. Я просто подумал, что вы захотите на несколько минут подняться на палубу и обратиться к команде.
– Обратиться к команде? Это еще зачем? Капитан Касрин нахмурился.
– Государь, мои люди ради вас отправляются в опасное плавание. Я сказал им, что от них ожидается, но если бы вы поговорили с ними сами, это подняло бы их дух.
Такая просьба показалась Бьяджио невероятно мелочной. Сам он испытывал бесконечную усталость. Он собрался, было накричать на Касрина, но резко остановил себя, поняв, что капитан прав. Он вспомнил те моменты, когда вызывал своих Рошаннов на инструктаж, вспомнил, как высоко ценились его слова. Действительно, команде полезно будет услышать несколько ободряющих слов.
– Да, – устало согласился Бьяджио. – Ну, хорошо.
Он лег одетым, и даже не сняв ботинок, так что послушно вышел за Касрином из каюты и поднялся на палубу, где команда все еще готовила дредноут к плаванию. Бьяджио заметил, что гигантский ящик, наконец, затащили на корабль. Он стоял в центре палубы, и одну его стенку отодрали, так что видны, стали четыре высоких металлических баллона, переложенных соломой. Узнав Бьяджио, матросы прекратили работу, с любопытством глядя на него. Им овладело чувство ужасной неловкости. Ему лучше всего удавалась работа за сценой, планы, которые строились в тени. А еще он умел разговаривать с людьми самого благородного происхождения, такими, как он. В ходе своей карьеры ему никогда не приходилось иметь дело с простолюдинами. Пока Касрин собирал людей, Бьяджио беспокойно дергался. Матросы спускались с мачт, чтобы послушать Бьяджио. Офицеры оправляли форму и подходили ближе. Бьяджио почувствовал, что у него потеют ладони.
«Спокойно, – укорил он себя. – Они же просто слуги».
Со слугами ему уже случалось разговаривать. На самом деле он посылал сотни людей на смерть. Но это было в пьянящие дни Аркуса и снадобья Бовейдина, и эти два фактора делали его руку железной. Теперь он был просто человеком, как и окружающие его моряки.
– Ну ладно, – неловко начал он. – Капитан Касрин решил, что мне следует поговорить со всеми вами, сказать, что нас всех ждет. Первое, что мне, наверное, следует сказать, это то, что мне очень приятно оказаться на вашем корабле. Вы все оказываете мне огромную услугу. – Он помолчал, оценивая реакцию слушателей. К его глубочайшему изумлению, некоторые из них ободряюще ему улыбались. – А еще вы оказываете огромную услугу всей империи, – добавил он, и голос его окреп. – Я не могу обещать вам, что мы все останемся, живы, но дело, за которое мы сражаемся, благородное и справедливое. Я понимаю, что вам, возможно, будет трудно в это поверить, поскольку это говорю я. Но у вас хватило силы, чтобы стать на сторону капитана Касрина, выступившего против Никабара. Вы понимаете, что война с Лиссом не нужна и что ради империи ее следует прекратить.
Раздался хор одобрительных возгласов. Касрин и его первый помощник Лэни пристально смотрели на Бьяджио. Как и остальная команда, они хотели проверить, не ошиблись ли, решив довериться своему нечестивому пассажиру. Сейчас они как никогда нуждались в вожде. Бьяджио картинно распростер руки.
– Вы все – участники великого поворота в жизни империи! – провозгласил он. – То, что мы будем делать в ближайшие недели, решит судьбу ваших детей. Мир с Лиссом совершенно необходим: это краеугольный камень спокойного будущего. Но одного его будет мало. От команды этого корабля потребуются и другие дела. Я уже говорил об этом капитану Касрину, и он мне верит. Вас я только прошу выполнять свой долг, оставаться верными Касрину и мне и верить моим словам: эта наша тайная работа необходима как воздух.
Экипаж «Владыки ужаса» молча смотрел на Бьяджио. Император кашлянул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
