академию приедет главный столичный судья. На место тэйта Стельмана еще неизвестно.
Пока я переваривала информацию, девушка, что пришла с Гессом села возле меня.
— Привет. Я Эльза Альтус, ты сидишь на моем месте.
— Прости, я не знала, что тут есть определенные места у студентов. Если хочешь, после этой пары освобожу его тебе.
— Не нужно, можем сидеть так как сидим, если ты не против моей компании.
— Нет. Я Габриэлла Ка…
— Студентки Кассано и Альтус, вы можете повторить, что я только что сказал? — ух, вы какой, профессор Гесс. Злой и сердитый. Только я тоже так могу.
— Вам дословно повторить или в общих чертах? — даже не поднимаясь с места, а наоборот развалившись на нем, спрашиваю и слежу за реакцией. Ох и нарываешься ты, Тесса, вторит внутренний голос.
— Вы хамите, Габриэлла?
— Что вы, профессор. Даже в мыслях не было. Так как?
— Достаточно в общих чертах.
— Вы говорили о магии звуков. Магическая энергия может трансформироваться не только силой слова, но и звука. А еще о том какие предметы можно использовать для того, чтобы создать эту магию, ведь горло человека чаще всего неприспособленно для создания всей гаммы звуков.
— Студентка Альтус, любой может использовать данную магию?
— С помощью правильного заклинания — да, но если мы говорим о первичной, естественной магии, то нет. Только те, кто наделен таким даром.
— Пример приведет студент Майклус.
Парень стал называть самые известные примеры использования магии звуков в чистом виде, и кажется, Гесс успокоился. Только какого черта он вообще взрывается? Отсутствие секса на него так влияет? Ну, извините, я не для его личного пользования.
И без того хреновое настроение, стало еще хуже. Но новая одногруппница оказалась очень интересным собеседником и человеком. Во время пары нам мало удалось поговорить, но даже за это время о ней уже сложилось впечатление.
После двух пар, мы с Эльзой решили пообедать вместе. Только вот не все были согласны с этим планом.
— Габриэлла, задержитесь.
— Простите, профессор, но я спешу.
— Не задержу вас надолго.
— Иди, я догоню в столовой. — говорю девушке, которая меня ждет и она выходит из аудитории. Дверь закрывается и мы остаемся вдвоем.
— Что это было?
— О чем Вы?
— Не прикидывайся дурой. Зачем ты огрызаешься? Знаешь же, что это бесполезно. Я может и пропущу это мимо ушей, но вот остальные студенты явно не идиоты.
— Они нет, а я да. Поэтому простите, профессор Гесс, но как вести себя на занятиях с Вами я буду решать сама. Если вы беспокоитесь о своем имидже, то постараюсь недопустить его крушения. Это все? Я могу идти?
— Тесса, прекрати вести себя как ребенок. Я хотел извиниться за вчер…
— Не нужно. Где-то я слышала уже это. То я веду себя как ребенок, то глупо и инфантильно, то вообще я не больше, чем увлечение для вас. Так подумайте же хорошенько, господин профессор, нужно ли Вам иметь что-то общее с инфантильной глупой девочкой, которая к тому же не может дать ничего серьезного? — он молчал и смотрел так, что любой другой уже был бы испепелен на месте, но не я. Я же вывернула его молчание в свою пользу. — Вот и ответ. Всего вам доброго. Считаю, что вот сейчас можно поставить точку и забыть обо всем. И не упоминайте моего имени в стенах академии. Я уже не раз просила.
Выхожу из кабинета и стараюсь отдышаться. «Ага, забыть… Смешная ты, Тесс. Ты же будешь страдать, а не он. Ему плевать, а ты реально маленькая глупенькая дура, раз позволила себе влюбиться в него». Мне вообще нужно думать о том, как вернуть себе империю, а не о любви.
Я отрываюсь от стены и иду в направлении столовой, когда слышу незнакомый голос мужчины. Оборачиваюсь. На меня смотрят три мужчины, двое из которых одеты в полицейскую форму.
— Габриэлла Кассано? — я киваю.
— А вы? — полицейский подходит ко мне и достает наручники.
— Начальник имперской специальной службы Виктор Андерс. Вы арестованы по подозрению в убийстве Августина и Габриэллы Майнингтон, а также сокрытии члена императорской семьи — Тессы Майнингтон. Все, что вы скажете может быть использовано против вас в суде.
Шок. Только сейчас я замечаю, как у этого представления появились зрители, во главе с ректором академии и множеством преподавателей, которые только и могут, что открывать и закрывать рот, не в силах ничего сделать.
Меня выводят из здания под руки пока я ничего не могу сообразить. Когда сознание проясняется я запоминаю какие-то неважные мелочи, мешающие мне сосредоточиться на главном.
МЕНЯ ВСЕ-ТАКИ АРЕСТОВАЛИ. И как бы Теобальд Гесс, подлетевший к полицейским, когда те уже запихали меня в вертолет, не старался что-то сделать — у него не вышло. Взлетевший транспорт оставил под моими ногами акдемию, Тео, Оли, Дена и даже Дариана. Оставил меня ни с чем.
И это, по всей видимости, конец
Конец первой книги
