чуть дальше сидел Тиль, склонившись над лежащим Карлом. Девушки бежали в нашу сторону. Лиза остановилась возле меня, и, убедившись, что со мной все нормально побежала дальше. Я попытался бежать, но грудная клетка все еще болела, и я медленным шагом направился к ковчегу.
Тиль поднял на руки Карла и понес в сторону шатра, его сопровождала Гретхен. Лиза, Рагна и я подошли к Свену, он был без сознания. Рагне удалось привести его в чувство. Идти сам он не мог, так что мы с Рагной подхватили его за руки, и помогли дойти до шатра.
В самом центре шатра лежал человек, который его соорудил. С правого бока у него, в области печени, не останавливаясь, сочилась кровь. Рагна бросилась к нему:
– Нужно остановить кровь. Попробуйте развести костер, – осмотрев рану, проговорила Рагна. Карл лежал на коленях у Тиля, который от переживаний за жизнь друга, не замечал рассечений и ран на своем лице, с которых стекала кровь.
Все остальные разбрелись в поисках сухих ветвей, чтобы можно было разжечь костер. Ничего не найдя, мы вернулись обратно.
– Нам лучше всего отнести его в хижину, – предложила Рагна, – не близко, но другого варианта я не вижу. Там есть все необходимое.
Девушки начали собирать сумки, а мы отвязывали концы шатра и сложили его так, чтобы можно было использовать в качестве носилок для Карла. Преодолев этот путь, который был тяжелее оттого, что земля под ногами превратилась в грязь, мы вошли в хижину Рагны. Я с Лизой сразу принялся топить печь, пока Рагна носилась по дому в поисках необходимых инструментов. Тиль не отходил от Карла, а Гретхен от Тиля. И только Свен, которого, судя по его виду, мучили сильные головные боли, сидел, отрешившись от происходящего и глядя в окно невидящим взглядом.
Посмотрев, что все готово, Рагна взяла нож и, нагрев металлическую сторону на огне, до тех пор, пока она не обрела немного розоватый оттенок, приложила раскаленный металл на рану. Карл вскричал от невыносимой боли. Я и Тиль держали его за руки, а Свен держал ноги. После того как удалось остановить кровь, Рагна аккуратно наложила швы. Делать такую операцию без наркоза, мне казалось дикой затеей, но люди ведь когда-то так и делали операции.
Пройдет немало времени, пока Карл снова сможет ходить, а это означает, что нам придется биться втроем против изгоев, которых мы не смогли одолеть вчетвером. Я знал, что больше у нас не будет возможности выманить их на улицу. Нужен был другой план. Я перебирал всевозможные варианты в голове, пару раз промелькнула мысль о том, чтобы забыть это все и вернуться в реальный мир, в Стокгольм. Уверен, что я бы совсем по-другому прожил оставшуюся жизнь. Я бы больше не беспокоился о тех мелочах, которые раньше казались мне очень важными. Я бы жил, пользуясь всеми преимуществами современного мира и наслаждаясь каждым прожитым днем. Я осмотрелся по сторонам: Лиза сидела рядом, прижавшись ко мне, Карл лежал на кровати, а рядом сидели Тиль и Гретхен. Тиль был в отчаянии, и не обращал внимания на то, как его жена протирала его окровавленное лицо мокрым полотенцем. Рагна сидела на второй кровати, а на ее коленях покоилась голова Свена. Я не мог их оставить. Я должен спасти их, но как?
На улице уже было темно, а дождь все также лил не переставая. Дрова в печке медленно догорали. Все уже начали засыпать, и только Тиль сидел на полу у кровати Карла, уставившись в одну точку, а на коленях у него спала Гретхен. Для нас с Лизой кровати не было, поэтому мы сидели на стульях за столом. Я сидел, прислонившись к стене, а Лиза спала в моих объятиях. Внезапно в дверь постучались.
Глава 43
Эти стуки заставили нас встрепенуться, и даже Карл попытался привстать на локтях, но боль в животе не позволила ему это сделать. Некоторое время мы все смотрели на дверь, но потом обратили взоры на Рагну.
– Я никого не жду. Никто не знает про эту хижину, – пытаясь оправдаться, проговорила Рагна, – никто, кроме изгоев, – добавила она, вспомнив, что пару раз они приходили сюда вместе с ней. Свен и Тиль вскочили со своих мест, я тоже встал и подошел к двери. Стук повторился.
– Кто там? – спросил я.
– Это я – Руди, – ответил знакомый голос за дверью.
– Что тебе надо?
– Я убежал от них, и хочу помочь вам. Мы переглянулись. В глазах Свена и Тиля я видел недоверие, они опасались того, что Руди мог привести с собой изгоев. Но я знал Руди, и я ему верил. Я никогда не считал его «настоящим изгоем», он выгодно отличался среди них. Он всегда был сдержан, тактичен, в нем прослеживались аристократические манеры.
– Я думаю, что он говорит правду. Нам стоит впустить его и выслушать, – предложил я.
– Я тоже так думаю, – поддержала меня Гретхен. – Тем более в бою против нас он не участвовал, и наблюдал за всем происходящим из ковчега.
– Ты один? – крикнул Тиль.
– Да, – ответил Руди, который все это время терпеливо ждал под проливным дождем. Я открыл ему дверь. Руди неуверенно вошел и остановился у порога, оглядываясь по сторонам.
– Входи, чего стоишь?! – сказал Тиль, – мы тебя не тронем, если ты действительно пришел с благими намерениями. Руди все еще стоял, не решаясь пройти дальше, и смотрел выжидающим взглядом на меня.
– Руди, доверие должно быть взаимным. И если ты хочешь чтобы мы поверили тебе, то ты должен сам поверить нам. Входи. И только после этого он вошел и встал напротив меня. Я жестом указал ему на стул, приглашая сесть. Он сел.
– Рассказывай, Руди. Чем ты можешь нам помочь? Как тебе удалось убежать от них?
– Они пришли очень уставшие после боя, и сразу разлеглись на кроватях. Через некоторое время я услышал, что они спят, и, вытолкнув дверь наружу, выбежал из ковчега. Пробежав немного, я оглянулся, но никто не преследовал меня.
– И? Чем это может нам помочь? Ведь дверь ковчега можно закрыть и вдвоем. Или ты думаешь, что они все еще спят, не подозревая о том, что дверь ковчега открыта? – перебил его Свен.
– Нет, я уверен, что они уже закрыли дверь, но… – продолжил свой рассказ Руди, поочередно глядя на меня и Свена. – Помните люк на крыше ковчега?
– Да, но он открывается только изнутри, – заметил я.
– Я обвязал одну сторону ремня за ручку люка на
