– Соображаю. Это своеобразная игра и страховка с твоей стороны. Слух пробежал, что Буран из тюрьмы вышел и заручился поддержкой Серого. Ты знал, что возмездие неизбежно. Подстраховался. Решил перекинуть деньги компании в другое место и отдал приказ моему мужу, чтобы он это сделал. После того как он выполнил задание, ты его и убрал. Ни к чему лишние свидетели твоих тайн и махинаций. И не вздумай отпираться. Только тебе известно, где деньги компании. Надеешься, что тебя отпустят, и ты сохранишь капитал. Именно поэтому валишь всё на меня. Думаешь, меня грохнут, а тебе подарят жизнь.
– Слышишь, ты, коза, что несёшь?! – Олег побагровел, и я увидела, как у него затряслась нижняя губа. – Да у меня семья, дети! Неужели бы я рисковал ими из-за денег?!
– Рисковал, – твёрдо ответила я. – Для таких, как ты, нет больше ценностей, чем деньги.
– Буран, эта сука врёт. Деньги у неё.
– Буран, это он врёт. Я вообще не знаю ни о каких деньгах. Если они есть, то у него. Я о них только в этом доме услышала.
– Что за шум, а драки нет?!
Мы все обернулись и увидели Сергея Сергеевича.
Глава 21
– Сергей Сергеевич, рассуди, кто из этих двоих врёт. – Буран встал и нервно заходил по комнате. – Деньги компании либо у Насти, либо у Олега.
– А может, деньги у Настиного мужа? Может, он сам из морга сбежал? – холодно усмехнулся Сергей Сергеевич.
От этих слов я вздрогнула и ощутила, как спина покрылась холодным п?том.
– Вы хотите сказать, что, может быть, мой муж жив?
– Такое тоже не нужно сбрасывать со счетов, – почесал затылок Сергей Сергеевич. – Перегнал деньги. Имитировал свою смерть и испарился.
– Но моя мама видела его мёртвым. Приезжали медики… Разве живого человека могли отвезти в морг? Да мой муж на такое не способен. Он очень честный и порядочный.
– Деточка, ты недооцениваешь мужчин. Не знаешь, на что они способны. Все мы с виду честные и порядочные, особенно когда спим зубами к стенке.
– Я отработал и эту версию, – вновь дал о себе знать Буран. – И я её исключаю.
– Почему? – спросили мы почти хором.
– Потому что я лично беседовал с бригадой, которая увозила Настиного мужа из квартиры с простреленной головой. Поверьте, я умею беседовать с людьми так, что им ничего не остаётся, кроме как рассказать всю правду. Эти люди ставят на карту всё, что имеют, и даже свою жизнь, но клянутся, что действительно зафиксировали смерть. Настин муж был мёртв. Огнестрельное ранение в голову. Мгновенная смерть. Ни одного шанса выжить. Я также беседовал с врачом-патологоанатомом, который лично вскрывал труп. Он убедил меня в том, что смерть наступила в результате огнестрельного ранения в голову. Если честно, в моей жизни это было первое знакомство и общение с врачом подобной специальности. Он патологоанатом, но ещё выполняет и обязанности судмедэксперта. Мужик с крайне устойчивой психикой. Работа ему нравится. Не понимает, как работают врачи других специальностей. Мол, ведь у них намного больший стресс, они имеют дело с живыми людьми. Он считает, что это более напряжённая работа в плане нервной нагрузки. Интересный мужик. Говорит, никогда в жизни не вскрывал бы человека, которого знал. Ладно, что-то я от темы отвлёкся. Короче, этот врач показал мне фото трупа и документы вскрытия. У меня есть все основания ему верить. Врач сам в шоке, как подобное могло произойти. У них никогда такого не было. Морг – не место для воровства.
– Так может, у Вадима был сообщник? – выдвинул свою гипотезу Олег.
– Может, он не в одиночку действовал? Сообщник и утащил труп из морга.
– А смысл?
– Да сейчас уже не поймёшь, где есть смысл, а где нет. В любом случае, нужно хорошенько потрясти Настиного любовника. Он явно имеет непосредственное отношение к деньгам, впрочем, как и она сама.
Я обожгла Олега разгневанным взглядом и не смогла больше сдерживать гнев:
– Послушай, это тебя нужно хорошенько потрясти. Заставил моего мужа перекинуть деньги компании, а затем его грохнул. Не захотел делиться с Бураном, так и скажи. Если тебя оставят живым и выпустят, я не удивлюсь, что в скором времени твой след простынет. Ляжешь на дно со своей семьёй и любовницей, и дело с концом. – Выдержав небольшую паузу, я перевела дыхание и продолжила: – Если бы я имела хоть какое-то отношение к этим деньгам, то какого чёрта за тобой бегала по офисам, бассейнам и магазинам с требованием докопаться до истины? Да я бы к твоему офису близко не подошла. И ты это хорошо понимаешь. Именно поэтому и переводишь на меня стрелки.
– Дура, даже не думаешь, что несёшь?! – возразил Олег. – На хрена мне воровать деньги у своей же компании?!
– Чтобы не делиться с Бураном! – выпалила я.
– Да я и так не думал делиться. У меня же куча охраны… Я и подумать не мог, что когда-нибудь попаду в подобную ситуацию.
– Заткнитесь оба! – рявкнул Сергей Сергеевич и закурил сигарету. – Утомила ваша болтовня. Короче, если в течение трёх дней кто-то из вас не признается, где деньги, хлопнем обоих.
Олега вновь увели в подвал, а я пошла в свою комнату и стала готовиться к свиданию с Джоном. Я красила ресницы дрожащими руками, с трудом сдерживала слёзы и думала о том, что жизнь не оставила мне другого выбора, только как уехать с Джоном в Австралию. Даже не уехать, а сбежать, в полном смысле этого слова.
Только бы они Тимура не трогали… Господи, как жаль, что я не могу его предупредить об опасности. Одно радует: он всегда и везде ходит с охраной. Хотя и у Олега были охранники. Не помогло… В любом случае, чем быстрее уеду из страны, тем лучше. Пусть Джон заберёт мой загранпаспорт у меня дома. Хотя нет, это опасно. Лучше пусть сделает новый. Думаю, с его деньгами это не составит труда.
Загранпаспорт, самолёт, побег из страны и от ситуации, в которую я влипла. Господи, сколько же лететь до Австралии? Чертовски долго. И это с моей аэрофобией… Да какая разница, сколько лететь. Главное, я останусь жива и Джон не даст ни себя, ни меня в обиду. Просто нужно найти подходящий момент и рассказать ему о том, что нам обоим угрожает опасность. Он меня поймёт и простит. Он хороший, добрый парень. Даже если узнает, что я познакомилась с ним совсем не потому, что люблю лошадей, он поймёт и не осудит. Только нужно его не спугнуть. Сначала сбежать, а потом рассказать правду. И то не сразу, а только когда пойму, что Джон по-настоящему меня любит.
Буран подошёл к зеркалу и оглядел меня с ног до головы:
– Готова?
– Готова.
– Смотри, австралийцу не дай прямо на конюшне, а то завтра он вряд ли вспомнит о твоём существовании. Раздвигай ноги с умом, а не так, чтобы просто раздвинуть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
