Все наши встречи и обсуждения, проходившие в крайне не приятной атмосфере, заканчивались одинаково: земельный участок следует изъять. Нам сообщали, что ряд должностных лиц и муниципальных служб получили предписания как можно активнее вставлять палки в колеса.
Например, от организации, которая перерабатывала мусор на нашей территории, потребовали повысить сумму выставляемых нам счетов на 20 тысяч долларов в месяц. Кроме того, нам выставили счет на приобретенный администрацией мусоровоз и предлагали его оплатить. Эту организацию возглавлял человек, которого мы окрестили Дулитлом, как отца Элизы в фильме «Моя Прекрасная леди». Дулитл, который в целом нам симпатизировал, отказался повышать расценки и посоветовал не оплачивать счет за мусоровоз. Вообще за годы работы в России я встретил немало таких, как он, кто не вписывается в существующую бюрократическую систему. Эти люди обладают настолько цельным характером и таким авторитетом, что могут позволить себе действовать вопреки предписаниям чиновников, не подвергаясь при этом с их стороны особым репрессиям.
Кстати, опыт показывает: чем более открытую и гибкую позицию мы занимали, выражая готовность пойти навстречу или согласиться с предложенными условиями, тем скорее мы сталкивались с проблемами. Если же, наоборот, на переговорах мы вели себя жестко и бескомпромиссно, не особо церемонясь и не заискивая, тональность высказываний противоположной стороны сразу менялась на более дружелюбную и готовую к диалогу. Однажды подмосковные чиновники, курирующие строительные вопросы (встреча проходила у нас в офисе), совершенно неприкрыто и бесцеремонно стали на нас давить. Руководитель отдела строительства и недвижимости ИКЕА Андерс Биннмюр, известный своим крутым нравом, был так этим взбешен, что вскочил из-за стола, пнул ногой дверцу шкафа и закричал на перепугавшихся представителей администрации: «Да по вам всем тюрьма плачет, и я все сделаю, чтобы именно там вы все и оказались!» После чего встреча продолжилась как ни в чем не бывало, а наши гости стали вести себя максимально вежливо и подчеркнуто корректно.
Нашей главной проблемой был проходивший по границе участка газопровод. Пока на этой территории располагался один магазин ИКЕА, нам было достаточно двух уже существующих путей подъезда. Для большого торгового центра потребуются новые съезды с трассы и специальная дорога для строительной техники. Однако нам объяснили, что по границе участка проходит газопровод высокого давления, над которым вообще не может быть дороги, поэтому нельзя не только строить новую развязку, но и продолжать использовать старую, которой уже несколько лет пользовались наши посетители. Когда мы поинтересовались, почему эта дорога вдруг стала непригодной, нам, как и следовало ожидать, ответили, что это решение вне компетенции химкинской администрации и подмосковного правительства. Значит, нам до последнего не будут давать открыть торговый центр. Потому что, как только МЕГА откроется, транспортный поток возрастет настолько, что препятствовать строительству развязки никто уже не сможет.
Я пытался связаться с другими компаниями, работающими в Химках, чтобы посоветоваться, как действовать в сложившихся обстоятельствах. В частности, я встретился с новым руководством крупного мебельного центра «Гранд», расположенного по соседству. Я знал, что там недавно сменился директор, и новое руководство не сразу согласилось на встречу.
Я поведал директору «Гранда» о наших планах и спросил, как у него складываются отношения с местной администрацией. Поначалу собеседник не был настроен на беседу, но, кода я подробнее рассказал ему о наших проблемах, он понемногу разговорился и рассказал, что на него тоже оказывали давление, вынуждая исполнять прихоти местных властей. По его словам, и другие городские предприятия испытывали схожие трудности. На мой прямой вопрос, как они думают с этим бороться, директор «Гранда» ответил не сразу. «У нас нет выбора, – сказал он, – все равно придется принять условия, которые предлагает город». О том, что это за условия, он говорить отказался.
Помнится, еще во время нашего разговора вся эта история со сменой руководства «Гранда» показалась мне какой-то подозрительной. Впоследствии я связался с прежним директором магазина, и он подтвердил мои подозрения, но к этому я еще вернусь.
Через несколько дней после этой встречи меня срочно вызвали к мэру. Переступив порог кабинета, я сразу понял, что он вне себя от злости. Он чуть не кричал, что я должен прекратить распространять по городу нелепые слухи и сплетничать и что вообще российское законодательство запрещает возводить поклеп на должностное лицо. Я объяснил, что имею право на собственное мнение, которое хотел бы оставить при себе, и намерен делиться этим мнением со всеми, кому оно будет интересно. Никакой российский закон, настоящий или воображаемый, не может мне запретить высказывать свою точку хения. С этими словами я вышел из кабинета.
Вернувшись в офис, я попросил ассистента сообщить директору «Гранда», что я был у мэра, но не передал ни слова из того, что было сказано между нами на прошлой встрече. Стоит ли говорить, что после этого наши контакты с «Грандом» полностью прекратились.
Этот инцидент еще больше обострил отношения с химкинской администрацией. Количество и интенсивность придирок к ИКЕА многократно возросло. Становилось все очевиднее, что открыть торговый центр в намеченные сроки будет очень и очень проблематично.
Теперь администрация мешала строить мост над Ленинградским шоссе, который она еще совсем недавно обязала нас соорудить. Оказалось, что возводить его может только определенная компания, имеющая разрешение на проведение работ на стратегических объектах. Пришлось согласиться и на то, что торговый центр не откроется до тех пор, пока мост не будет полностью готов и сдан госкомиссии.
Однажды я получил по почте копию письма Стрельченко к губернатору Московской области Громову. Письмо прислал аноним думаю, химкинская администрация рассчитывала нас этим напугать.
И письме перечислялись восемь пунктов, по которым деятельность ИКЕА не соответствует требованиям российского законодательства.
И частности, мы начали строить без полного комплекта разрешительной документации, мы заплатили за землю цену ниже рыночной и – самое ужасное – без разрешения сгружали на этой земле грунт со стройплощадки. Администрация города оценивала шансы отобрать наш участок через суд как довольно высокие и обращалась к правительству Московской области с просьбой инициировать соответствующее судебное разбирательство, а так же довести информацию о деятельности ИКЕА до сведения прокуратуры. Губернатор положительно оценил это письмо, и вице-мэр Антон прислал мне уведомление о том, что намерен приступить к действиям.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
