Вполне возможно, что зря все они верили традициям и недооценивали возможности полукровок. Возможно то, что стоящий перед ним воин, стал таким сильным именно благодаря тому, что не был чистокровным. Как знать? Они допускали слишком много ошибок, чтобы быть уверенными в таких суждениях до конца. В любом случае, проверить это предположение уже нет возможности.
— Видимо, мой род угаснет тут, но выживание нашей расы более важно, — после этих слов, спрашивающий опустил голову. Он понимал, что недостаточно силен, чтобы защитить портал, но надеялся, что у Главы, являющегося сильнейшим практиком их расы, найдется лучшее решение, чем самопожертвование. — Тебе предстоит возглавить переход, — его слова было тяжело слышать, но если такова воля их лидера, то воин примет ее с честью. — После того как вы покинете этот мир, я своей посмертной волей запечатаю долину вместе с проходом. Никто не сможет вас догнать. Также я верю… — сделал он небольшую паузу, внимательно посмотрев на израненного бойца, что презрев свои ранения сейчас стоял перед ним. Буквально час назад голубоглазый воин покинул защитные позиции, чтобы ответить на зов своего повелителя. — Рано или поздно, наш народ вернется и отомстит крылатым! — со сталью в голосе произнес мужчина. Именного его решения, вольно или невольно, привели к такому исходу и только история покажет, насколько он все сделал правильно. — Теперь иди, старейшины уже завершают ритуал, — сказав это, названный Главой и сильнейшим представителем расы, остался стоять на краю горы у входа в горную долину.
Ему необходимо было оберегать надежду, что его раса не будет сегодня полностью уничтожена. И делать это было нужно не только для своего народа, но и для самого себя, не позволяя себе даже мгновения слабости. Слишком это непозволительная роскошь.
Да и не стоит никому знать, что сейчас он бы и не смог сдвинуться со своего места. В последнем бою Глава смог уничтожить подосланных за его головой убийц, но все же, они сумели его смертельно ранить, что с учетом всех предыдущих ранений не давало ему шансов на выживание. Вполне возможно, если бы не это, то он сам возглавил бы переход через портал.
Да, об этом точно никому не стоит знать. Пусть лучше новая надежда ведет их расу к иной судьбе и, наверное, — это действительно было предопределено.
Поклонившись, Снор, так звали воина с голубыми глазами, окутался на миг красной дымкой и в следующее мгновение был уже в центре долины, рядом со старейшинами. Экономить на энергии он посчитал лишним, так как вступить в бой ему все равно не дадут, а дальнейшие действия и вовсе не требуют его навыков воина.
Члены совета старейшин выглядели по-разному. Кто-то предпочитал иметь внешний вид молодых практиков, кто-то, наоборот, — очень древних старцев. Всех их вне зависимости от вида объединял умный взгляд, уверенных в себе воинов. Старейшины носили одежду, особенности и детали которой зависели от выбранного ими направления развития. Делали ли они раньше упор на физические параметры и ближний бой или сразу изучали энергии и тонкости духовных материй, все это было показано в малозначительных символах, которые давали представителю их расы представление о том, кто стоит перед тобой. Такие знаки носили с гордостью и со всем уважением.
Сам воин был знаком лишь с двумя из них, но в данной ситуации это было не столь важно. Хотя получить одобрительные взгляды от них ему было, безусловно, приятно.
Заметив появившегося воина, старейшины уважительно кивнули ему, хоть и должны были поклониться, согласно его статусу. Снор являлся генералом второй армии, отвечающий за охрану столицы. В эти самые жестокие для их вида месяцы, именно его воины сдерживали агрессора, щедро проливая свою и чужую кровь. Как и основная часть старейшин осталась в столице, дабы оттянуть на себя все внимание агрессора и чтобы враг не понял раньше времени их план. Но либо Эриорен пал за одну ночь, во что никто не верил, либо в совете был предатель, а в это тем более никто не хотел верить. Да и неважно это уже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Старейшины были хранителями, как истории их расы, так и, в случае нападения, защищали столицу. Они сильнее любого из воинов, стоящих на передовой и, возможно, при их участии, врага удалось сдерживать чуть дольше, но сегодня был их последний день, так как для активации портала им потребуется отдать не только всю энергию, но и сами души.
Только это может дать надежду на выживание, в этом мире им больше места нет. Враги прекрасно постарались для этого.
Старейшины решили, что не пристало гнуть спину, пусть даже перед первым заместителем Главы. В другой ситуации Снор мог бы и проучить их, чтобы его перестали оскорблять за чистоту крови. В самом начале его карьеры приходилось множество раз унижать других зарвавшихся стариков, но это был не тот случай. Он почтительно поклонился им, так как каждый из них ни секунды не сомневался и не просил милосердия: они понимали важность ритуала и в целом были избраны старейшинами не просто так — их заслуги были признаны очень давно, ведь только достойнейшие практики могли стать старейшинами, чтобы хранить их народ. Жаль, что даже их совокупных сил было недостаточно, чтобы переломить ход войны.
Сейчас в центре долины не было никого младше десяти тысяч лет. Силы одного существа, дожившего до такого возраста, да еще и занимавшегося большую часть этого времени оттачиванием собственного мастерства, хватило бы, чтобы стереть саму материю, как минимум, в радиусе пяти километров. В данный момент таких здесь было восемнадцать.
Жалкие остатки, ведь совет всегда насчитывал минимум сто представителей. Но затяжная война забрала многих. Половина из оставшихся, должна была защищать столицу. Вот и выходило, что сегодня, впервые за последние двести тысяч лет, совет старейшин перестанет существовать.
Из восемнадцати практиков семнадцать добровольно пожертвуют собой, чтобы открыть портал в другой мир, ибо в этом их народ неотвратимо проигрывал. Есть лишь небольшой иллюзорный шанс пробиться в один из закрытых миров куда, как они рассчитывали, не будет хода крылатым, но на это требуется огромное количество энергии.
Представителей их расы, не задействованных в ритуале и сдерживании врага, осталось только пару тысяч — достаточно для выживания, но уже слишком мало, чтобы иметь силы спрятаться в этом мире. Все они были заключены в сферу — потайное измерение, способное выдержать души практиков боевых искусств не достигших ступени Отречения. Сам артефакт был одним из величайших достижений их расы, но полной проверки проведено не было и всегда оставался риск, о котором никто не хотел думать. В любом случае, вариантов у них не осталось.
Из остатков их народа, находящихся в этот момент тут и достигших начала этой ступени, было восемнадцать практиков и один, стоящий на средней стадии: Онандр — глава их клана и, по итогу войны, ставший лидером расы. И вот сегодня восемнадцать из них умрут, шестнадцать откроют проход, один защитит место перехода и, лишь один сможет уйти и попытаться когда-нибудь вернуться, дабы свершить месть. Месть, которую на него возложили миллионы мертвых.
Портал открылся через десять минут.
Не было никаких торжественных речей, слез или гневных тирад. Каждый понимал, что выбора нет и отступать в самом конце, дабы опозорить себя, нет никакого смысла.
Снор посмотрел в глаза каждого. Умирая, уничтожая свои души, старейшины продолжали улыбаться, будто для них это было обычное дело. Они провожали взглядом сильнейшего воина в своем поколении, а он просто прошел в портал, надеясь когда-нибудь снова увидеть Эидис. Мир где он был рожден.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})* * *
Как только портал, являющейся эфемерной аркой созданной из энергии, закрылся, тела всех старейшин рассыпались искрами и пеплом. Еще в момент начала ритуала телесная оболочка каждого из них была уничтожена запредельными объемами энергии, проходящими через них, и лишь стойкий дух сохранял видимость их пребывания в этом месте. Сейчас, выполнив свой долг до конца, они смогли расслабиться на миг, перед тем как стать просто энергией мира, без мыслей, без чувств, без желаний.
