Читаем без скачивания Путь тьмы - N&K@

но один неверный шаг — и острые клыки вонзятся в горло, лишив жизни.

«Ты у меня здесь, в кулаке. Не забывай». — словно бы говорил он.

В таком же режиме прошли и еще несколько дней.

Принц поддерживал тело Малема в должном состоянии, медитировал, упражнялся с не прекращавшим светиться Люминистиллом. К некроманту не лез, демонстрируя свойственные прилежному ученику покладистость и смирение.

Сам же повелитель смерти намеренно не обращал на Никаниэля никакого внимания. Только на Тени задержал долгий задумчивый взгляд, но все равно не произнес ни слова. Пока что учитель из него получался не ахти. Совсем не в пример наставникам школы Меча и Магии.

Впрочем, там Ник был всеми любимым и почитаемым наследником престола, а здесь… Здесь новосозданным личам немертвый колдун уделял больше времени. Он починил их тела, и провел какой-то обряд, сути которого принц не уловил. Однако в результате и без того могущественная нежить явно стала еще сильнее.

Да, Никаниэль однозначно пришел по адресу. Если кто и сможет научить его, как воскресить Элен, то только этот некромант. Главное чтобы тот к нужному моменту окончательно не развалился. Видок у него, прямо скажем, оставлял желать лучшего. Ник надеялся, что самом у ему не придется прибегать к подобным метаморфозам. Насколько он знал, повелители смерти все-таки оставались живыми существами.

Более или менее усыпив бдительность Леса Погибели, принц решил немного его исследовать. Не то чтобы эльфа сильно интересовала местная флора, изменившаяся в угоду немертвому магу, но вот видневшиеся на фоне гор шпили башен определенно вызывали любопытство. Черными клыками они торчали над верхушками деревьев, невольно привлекая взгляд.

З а мок? Обсерватория? Форпост дварфов или драконидов? Кто или что умудрилось возвести строение в этом богами забытом месте? А главное как они там выживали?

Запомнив направление по компасу, Никаниэль углубился в чащу. Покореженные стволы деревьев с немым укором взирали на дерзнувшего вступить под их сень путника. Гулкая тишина, едва нарушаемая бесшумной поступью, давила на разум. Даже ветер, резвясь в вышине, не смел спуститься, чтобы потревожить редкие островки палых листьев.

Ник крался, ориентируясь по устройству подгорных коротышек, и с каждым шагом ему все больше и больше становилось не по себе. Словно и не нашел он общий язык с охраняющим покой хозяина чудовищем.

Но принц, стиснув зубы и держа ладонь на рукояти меча, продолжал идти к своей цели. Тайна башен манила его, затронув давно позабытые струны любознательного юноши. А ведь, по эльфийским меркам, Никаниэль им и оставался. Даже если успел пережить больше, чем некоторые седовласые старцы, никогда не покидавшие пределов города.

Однако, в тот раз добраться до цели Нику не удалось.

Сперва он уперся в невидимую упругую стену, похожую наощупь на застывшее желе, а когда принц попытался проникнуть внутрь, на него обрушился такой шквал удушающего гнета, что разум эльфа не выдержал, отдав власть Зверю. И уже тот, скалясь и огрызаясь брехливым псом, увел их общее тело подальше.

Цепной страж ясно дал понять куда гостю ходить не следует.

Но и на это происшествие некромант никак не отреагировал.

Глава 29

На седьмой день пребывания Никаниэля в Лесу Погибели повелитель смерти впервые обратил на ученика свой взор.

— Ведьма по лесу бродит. — проходя мимо, проскрипел он. — Спасать пойдешь?

— Какая ведьма? — не понял Ник.

— Обычная. Не из последних, но и не самородок. Вторая жизнь в ней.

Вторая жизнь? Юла?

— Малема зовет какого-то. — буркнул некромант. — Ты что ли, ученичок?

Принц отрицательно покачал головой.

Значит Юлланай действительно выждала отпущенный срок и сразу же пустилась следом. Даже не стала терпеть еще день-другой. А может почувствовала что.

— Она в опасности? — помолчав, спросил Никаниэль.

Колдун пожал плечами.

— Если глубоко не полезет, то нет. Сам уже знаешь. — с намеком ответил он.

Сперва Ник подумал действительно сходить к Юле. Объяснить, выпроводить, отослать в безопасное место. Но что он мог ей сказать? «Прости, я убил Малема. Позже воскрешу, если получится»? Волшебница или попытается прикончить эльфа на месте или… кфхан ее вообще знает, что выкинет. Этих людей пойди разбери. Особенно женщин.

К тому же это могло быть очередной проверкой Учителя. Пойдет или нет? Как расставит приоритеты? А выбор свой принц сделал уже давно и менять его не собирался. Даже ради друга.

Юлланай — девушка умная. Не станет лезть куда не следует. Тем более, что ей надо заботиться не только о себе, но и о здоровье ребенка. Может быть удастся объяснить ей все позже. Или это сделает Малеммил. В какой-то степени он сам виноват в своей смерти. Никаниэль предпочел бы видеть его, как и прежде, надежным другом, а не предателем и уж конечно не хладным трупом. Ступня Лаода!

Понаблюдав за реакцией Ника, некромант удовлетворенно кивнул. Он воткнул посох в податливую землю, сделал вращательный жест кистью, щелкнул пальцами и в его иссохшейся ладони появился сочащийся тьмой хлыст.

— Показывай чему научился. — велел колдун.

Напрягшись, принц сформировал в руке точно такую же плеть, использовав для этого искаженную ману Леса Погибели. Мысль о подобном эксперименте пришла ему в голову буквально накануне утром и попытки с пятнадцатой увенчалась успехом.

Если Учитель и удивился, то вида не подал.

Маг заставил свой кнут раздвоиться — Никаниэль повторил. Добавил третий жгут — Ник, сосредоточившись, сумел и это. Тогда некромант разом увеличил количество хвостов до шести, а когда принц попробовал вырастить хотя бы четвертый, надорвался, и заклинание с тихим хлопком исчезло.

— Слабовато. — скрипнул повелитель смерти. — Но хотя бы некроэнергию освоил. Тренируйся дальше. Когда сделаешь восемь — скажешь.

Некромант хотел уже уйти, но Никаниэль его остановил.

— Учитель, а это тогда что? — задал он давно вертевшийся на языке вопрос, формируя еще один хлыст. На сей раз ядовито-зеленый.

Немертвый колдун замер, размышляя ст о ит ли отвечать.

— Фиульити называл это эссенцией естества. — процедил он, не оборачиваясь. — Ни разу не видел, чтобы кто-то пользовался магией естества кроме него. Фиультити творил с ее помощью великие вещи. Он хотел сделать мир лучше. Жаль, что его не поняли.

Повелитель смерти скрылся в своем жилище и закрыл дверь.

— Тренируйся, юнец. — крикнул он изнутри. — Тренируйся…

А больше ничего, собственно, Нику и не оставалось. Поэтому день за днем он проводил, медитируя и совершенствуя навык обращения с некроэнергией. Настоящей. А не той зеленой, что научился добывать по указке Ванессы.

Эссенция естества.

Учитель наотрез отказывался говорить на эту тему. Собственно даже не то чтобы отказывался — он просто игнорировал все вопросы принца, связанные с фиульити и его магией. Да и на большинство прочих ответы не давал, лишь изредка подбрасывая тощие щепки информации в костер обучения.

Так что единственным кто мог бы хоть как-то прояснить ситуацию, оставалась сбежавшая из леса кендер. И уж при следующей встрече принц собирался вытрясти из нее все до последней крупицы.

Тем не менее, от некроманта Никаниэль узнал, что магия смерти базируется на жестах. Особый поворот руки, движение кисти, сложенные в хитрую загогулину пальцы — все это, подкрепленное некроэнергией, позволяло создавать и контролировать нежить, а также применять другие темные заклинания.

Похоже немертвый колдун не обратил внимания, что в первый раз Ник призвал хлыст одним лишь усилием воли. В дальнейшем же принц старательно щелкал пальцами, хоть и продолжал творить как прежде. Сам он связывал подобную странность со своей предрасположенностью ко всей существующей на Альйоне магией. Никаниэль к ней так привык, что даже удивляться перестал.

На покорение восьмихвостой плети ушел примерно месяц. Ничто. По эльфийским меркам, естественно. За это достижение Ника вознаградили новой порцией информации. В частности он узнал, что некроэнергия представляет собой нечто вроде силы страдания или печали мира. Она формируется и скапливается в местах массовых смертей и захоронений. Вроде кладбищ, полей сражений или тюрем.

А вот пытками ее наоборот не добыть. Иначе каждый темный маг таскал бы с собой двух-трех рабов, терзая которых получал бы возможность в любой момент пополнить запасы. Поэтому мощь некроманта определялась не только количеством энергии, которую тот мог нести в себе, но и искусностью ее использования.

К счастью, Никаниэлю с этим было попроще. Пластины его брони с выбитыми на них дварфийскими рунами служили прекрасным вместилищем. А уж королевская печатка