— Держись, Педди! Еще немного!
Джесси боролась с течением, боролась со страхом перед большой рекой, боролась с отяжелевшими мокрыми юбками и с ужасом перед быстро наступающей темнотой. Она пыталась грести из последних сил. Педди был или ранен, или не умел плавать. Если последнее было правдой, тогда она поможет ему взобраться на свой обломок. Дай Бог, чтобы он удержал их обоих. Джесси заставила себя успокоиться, она пыталась направить обломок туда, где течение было самым быстрым. Понемногу она догнала отяжелевшее тело. Голова Педди снова ушла под воду, но Джесси уже схватила его за ворот промокшего шерстяного пиджака и втащила на поверхность. Он вынырнул, отплевываясь.
— Цепляйся за этот обломок вместе со мной, — приказала она.
Педди захлебывался и выплевывал изо рта воду.
— Я не умею плавать, мэм, — он говорил со спокойным отчаянием человека, обреченного на смерть.
— Тебе не нужно плыть, просто цепляйся.
Джесси схватила его за руку, пытаясь удержать на воде, но Педди был слишком тяжел, и обломок погрузился глубоко в воду.
— Нет, мэм. У меня не хватает сил. И я могу перевернуть обломок вместе с вами, тогда мы утонем оба. Спасайтесь сами, мэм.
— Педди Фитцпатрик, — тон Джесси не допускал возражений, — до тех пор, пока я плачу тебе жалованье, ты должен точно выполнять мои приказы. А сейчас крепко возьмись рукой за обломок, и мы попробуем плыть вдвоем.
Ей бы хотелось быть такой же уверенной, как уверенно звучал ее голос.
— И не беспокойся, — добавила она, в то время как он все еще сомневался, — я умею плавать.
Педди облегченно вздохнул. Даже в наступающей темноте она видела его белозубую улыбку.
— Держитесь крепче, мэм, — из последних сил он навалился на обломок, чуть не перевернув его при этом, и взобрался на дерево. Его грудь тяжело вздымалась, он лежал на спине, переводя дыхание. Джесси надеялась, что он поможет ей тоже взобраться, но решила немного подождать, пока к нему не вернуться силы.
Как будто читая ее мысли, Педди повернулся на бок и протянул руку, но обломок опасно погрузился в воду, угрожая утопить его. После того, как он столько времени провел в воде, пытаясь удержаться на поверхности, чуть не утонув, Джесси сомневалась, что у него хватило бы сил взобраться на обломок во второй раз.
— Не нужно меня втаскивать, Педди, я поплыву так. В любом случае, для двоих там нет места.
— Вы не сможете так продержаться, пока нас не найдут. Может быть, нам придется провести в воде всю ночь.
— Я смогу, — ответила Джесси неуверенно.
Еще три раза Педди безуспешно пытался втащить Джесси на обломок. И каждый раз Джесси боялась, что он свалится в воду. Наконец, ему удалось частично втащить ее. Она грудью лежала на обломке, а ногти болтались в воде. Ее рука кровоточила, холодная вода смягчала боль, превращая ее в тупое пульсирование.
Измученная и дрожащая, Джесси была рада, что, по крайней мере, в воде у нее только ноги. Вглядываясь в сумерки в поисках спасательной лодки, она начала понимать, что они могут пробыть в воде до рассвета. Дрожа больше страха, от холода, девушка улыбалась Педди, который лежал на спине, ухватившись руками за края обломка, чтобы не свалиться. Она молилась про себя, моля Всевышнего о спасении. Джесси лежала на обломке лицом вниз и вдруг поняла, что вода стала другой на вкус, она стала соленой.
Они дрейфовали в воды залива, кишащие акулами.
В «Милом Ангеле» царили обычный шум и смех. Джейк посмотрел на часы, было девять часов вечера. Джесси уже должна была вернуться, но после такого долгого плавания она, возможно, решила сюда не приезжать. Черт возьми, он ее не винил за это. Если она себя чувствовала даже наполовину, как чувствовал себя он уже через полчаса после начала плавания, конечно, ей нужно лечь в постель и благодарить Бога за то, что она снова на берегу.
Но ведь было понятно, что она, в отличие от него, не страдает морской болезнью, и он тешил себя надеждой, что она все же заглянет и будет задавать свои бесконечные вопросы. А еще ему очень хотелось, чтобы она зашла поинтересоваться, как он себя чувствует.
Стараясь больше заниматься работой и отгоняя от себя эти мысли, Джейк направился к лестнице, но не успел сделать и шага, как кто то схватил его за руку.
— Босс, у нас беда, — лиц Руперта было перекошено от страха. Рядом с Рупертом стоял шериф Хенди, шляпу он держал в руках.
— У меня для тебя плохие новости, Джейк. Кажется, с «Кэли Сью» произошел несчастный случай. Она столкнулась на реке с «Мемфис Клауд». Шхуна пошла ко дну. Капитан Финн Энгстром погиб.
Некоторое мгновение Джейк стоял молча, не в состоянии осознать слова шерифа.
— А как Джесси и Педди? — голос его зазвенел. Сердце бешено колотилось, ему стало жарко, не хватало воздуха.
— Как они? — переспросил шериф немного смущенно.
— Они были на борту «Кэли Сью».
Шериф помрачнел и опустил глаза.
— О них я совершенно ничего не слышал. Помощник капитана добрался до «Мемфис Клауда», но там настолько все запутано и непонятно, никто не может объяснить, что же случилось. Мы думали, что помощник и Энгстром были одни на борту. Помощник сказал, что все пассажиры сошли в Бенисе.
— Все, кроме Джесси и Педди, они должны были вернуться в Сан Франциско, — Джейк повернулся к Руперту, стараясь не обращать внимания на звон в ушах, ему свело желудок. — Оставайся вместо меня, Руперт и пошли за Буртоном Джеймсом, чтобы он немедленно готовил к отплытию «Каиро Иллинойс Квин». Это наша самая быстроходная шхуна.
Перешагивая через две ступеньки, он скрылся в своем офисе. Когда он появился снова, в руках его были рулоны морских карт.
— Пошли, — бросил он шерифу.
Стараясь не поддаваться панике, он сосредоточился на предстоящих действиях. Они выбежали на улицу. Наняв первую попавшуюся двухместную коляску, Джейк с шерифом сели в нее. Джейк дал кэбмену серебряный доллар.
— Это все тебе. Гони на пятьдесят седьмой причал галопом.
— Да, сэр, — кучер хлестнул лошадь кнутом.
Пока коляска катилась к причалам, шериф рассказал Джейку все, что знал о катастрофе. Когда они прибыли на причал, им сообщили, что все уже знают об исчезновении двоих людей, и что Рене Ла Порте отправился на поиск на своей быстроходной яхте.
Джейк молча молился об их спасении. Он никогда не был особо религиозным человеком, но за то время, пока они ехали, он готов был отдать Богу все, только бы его друзья спаслись. Друзья, повторил он про себя, хотя в этот момент он окончательно понял, что Джесси Таггарт значила для него значительно больше.
— Я не должен был отпускать ее одну, — сказал он Хенди, пока «Каиро Иллийнос Квин» готовилась к отплытию.
