— Ты хочешь, чтобы я ждал эти два года? — осторожно начал он. — Я случайно узнал, что Рей хочет обмануть страховую компанию и получить драгоценности в свои руки. Если я стану ждать два года, пока Хотта выпустят из тюрьмы, кому-нибудь другому сможет прийти в голову такая же гениальная мысль помочь Рею и получить за это хороший кусок. Если я хочу заработать эти деньги, я должен действовать быстро; и я буду так действовать, даже если это станет моим последним делом. Полмиллиона долларов! Ева, ты только подумай об этом!
Нет, Ева не хотела этих денег. Даже если бы их подарили, она не притронулась бы к ним. Она была заодно с Адамом и помогала ему только потому, что боялась потерять его, единственного родного человека в этом мире. Никакой другой награды девушка не ожидала и не желала получить, принимая участие в этом опасном деле, кроме признательности брата и того, что он разрешает быть рядом с ним, а не в разлуке.
— Но… к сожалению, это будет не полмиллиона, — заметил Адам. — Ведь часть денег я должен буду отдать Хотту. Черт его знает, не потребует ли он половину? Но сомневаюсь…
Ева догадывалась о том, что собирается делать Адам.
— Ты не намерен что-то давать ему, да? — спросила она.
— Ты имеешь в виду Хотта? Он ничего не скажет нам, если мы ему не заплатим хорошо. Конечно, он не получит половину, но и то, что ему достанется, будет немалой суммой.
— Нет, я говорю о Килле. Он ничего не получит?
— М-да. Возможно, что-то придется бросить ему, чтобы он сидел тихо… Увидим. Однако ты у меня — трусиха и паникер. Думаешь только об одних трудностях. Твоя беда, Ева, в том, что ты все слишком близко принимаешь к сердцу. Все дальнейшее руководство делом я беру в свои руки, чтоб ты меньше знала о нем и меньше волновалась.
— Ты не ответил на мой вопрос. Что ты намерен делать с Килле? И что будет, когда о полумиллионе узнает Вид?
Гилис снова зажег сигарету, а спичку выбросил в окно.
— В соответствующий момент я решу все эти вопросы. Ты тем временем постоянно держи глаза и уши открытыми. Я имею в виду нашего друга Килле. Он попытается что-нибудь скрыть, но это ему не должно удасться. Малышка, а не хочешь ли ты им заняться поближе. Если бы нам удалось найти на него какой-нибудь крючок, легко можно было бы поставить его на место.
— Я не стану шпионить и шантажировать, — сказала Ева.
— Зачем ко всему приклеивать ярлыки. Ну; допустим, что это будет шантаж? Ну, и что же из этого? А может, ты хочешь остаться с Килле до старости? Только рано или поздно он бросит тебя, моя милая.
Девушка встала.
— Адам, послушай меня. Возможно, ты перехитришь Килле, но Вида — никогда. Килле не в счет. Он стар, болен, вообще конченый человек. Но Вид! Это совсем другое дело! Он опасен и не глуп. И если он все узнает…
— Знаю, знаю, — сказал Гилис, одаривая сестру очаровательной улыбкой. — Я все понимаю, но уверяю тебя, что абсолютно не боюсь этого Вида. Думаю, что во мне достаточно ума и ловкости, чтобы справиться с любым человеком. Я знаю, что Вид — убийца, и с меня этого достаточно. Один умелый удар может убить любого зверя, и в этом случае Вид не явится исключением. Он не пугает меня, сестренка.
Ева схватила брата за руку.
— Дорогой, прошу тебя, не делай этого. Я знаю, что Вид достанет из тюрьмы Хотта, но все твои неприятности и начнутся от этого. Умоляю, брось это дело! Оно принесет тебе такое несчастье, которого ты никогда не знал. Откажись от своих планов, пока еще не поздно!
Гилис похлопал сестру по плечу.
— Я думаю, что ты сегодня, несмотря ни на что, будешь крепко спать, — сказал он, демонстративно зевая. — Я смертельно устал. Отправляйся и ты спать, Ева, и запомни: заботься о своих делах, мои пусть не волнуют тебя никогда!
Расстроенная девушка посмотрела на Адама с печалью.
— Хорошо, — примирительно произнесла она.
— Не найдется ли у тебя десяти долларов, — спросил брат, провожая сестру до двери.
— Возьми, — сказала девушка, отводя взгляд и подавая сумочку.
— Я возьму только десять, чтобы ты не говорила, что я тебя разоряю.
Ева снова посмотрела в глаза брату.
— Адам, в последний раз прошу тебя, остановись! Неужели ты не понимаешь в самом деле, на что ты идешь?
— Прекрати! — прикрикнул на нее Адам, открывая дверь. — У меня может кончиться терпение. — И он не сильно, но поспешно вытолкнул сестру в коридор. Дверь за спиной Евы тут же захлопнулась.
Глава 12
Джек Бурус сидел в машине с сигаретой в зубах и с нахмуренным лбом. Время от времени он выставлял руку в окно, чтобы в свете недалекого фонаря посмотреть на часы. Была уже четверть второго, а Эндсвит, который должен был подменить Буруса, все не появлялся. Джек зевнул и ругнулся по адресу коллеги.
«Пошел бы и я спать, — думал он. — Но пусть сначала заснет эта скотина Вид, только тогда можно будет снять наблюдение. Пока же этому типу не спится и у него горит свет, оставлять пост нельзя». Джек закурил еще одну сигарету, проклиная про себя свою собачью жизнь. Время от времени он замечал тень Вида на занавесках. Тот ходил взад и вперед по комнате, и не было похоже, чтобы он собирался спать. Джек снова посмотрел на часы: без пяти два… зевнул в который уже раз. По тротуару шел полисмен, постукивая своим жезлом по ноге. Он бросил взгляд на сидевшего в машине Буруса, сошел на проезжую часть и подошел к машине.
— Ждешь кого-нибудь? — спросил полицейский Буруса, разглядывая его подозрительным взглядом.
— Конца света жду, — заметил подошедшему саркастически Бурус.
— Ты что, выпил малость? — с надеждой в голосе спросил тот.
— Видишь, я занят. Иди и смотри за своим участком, и отцепись от меня, — сказал Джек.
Полисмен наклонил в сторону голову, подумал немного, потом заявил:
— Я думаю, приятель, что должен задержать тебя. Уже неделя, как я никого не арестовывал и думаю сделать это сегодня. Поехали в участок.
Разозленный Бурус вытащил свое удостоверение и сунул его под нос полисмену.
— Если ты умеешь читать, идиот, то посмотри вот на это. Мой старик и лейтенант Олин между собой вот так, — и детектив показал два сложенных между собой пальца.
— Да, я мог бы догадаться, — примирительным тоном сказал полицейский. — Забудем, друг.
Джек увидел, как в комнате Бада погас свет.
— Спокойной ночи, до утра, — сказал Бурус. — Тип, которого я сторожу, улегся спать.
Полицейский поднял голову к верхним этажам.
— Ты имеешь в виду Вида? — спросил он.
Вдруг дверь дома открылась и какой-то человек быстро вышел на улицу.
— Черт возьми! — буркнул Джек. — Этот гад идет на прогулку.
Именно Бид вышел из дома, В руке он нес чемоданчик. Одинокий прохожий безразличным взглядом посмотрел на полицейского и автомобиль и удалился.
— Слушай, приятель, — сказал Бурус полицейскому, — один из моих коллег с минуты на минуту придет сюда.
Он должен сменить меня. Не скажешь ли ты ему, что Бид с чемоданчиком ушел и что я погнался за этим парнем.
— Ничего не выйдет, если я от этого ничего не буду иметь, — спокойно ответил полицейский.
— А еще говорят, что полиция в этом городе не подкуплена, — с горечью констатировал Бурус и вытащил из кармана пять долларов. — Но помни, что ты не должен отсюда никуда уходить, пока не придет мой парень. Только человеку из нашего бюро передай автомобиль и мои слова. Смотри не ошибись. Даю приметы: у него плоскостопие и галстук разрисован от руки.
— Согласен, — сказал полицейский, пряча деньги. — Приятно было познакомиться, сэр, — сказал он шутливо.
Джек проворчал что-то неразборчивое и поспешил за удалявшимся Видом. Было совсем нелегко догнать его, потому что Бид шел быстро. Дважды Джек должен был пуститься бегом, чтобы не потерять его из вида. Между тем обостренный и подозрительный слух Вида уловил чьи-то шаги сзади, но парень даже не обернулся, продолжал так же быстро идти, полагая, что, может, ошибся. Но совсем прогнать подозрение не смог. «Видно, все-таки кто-то из полиции», — решил про себя Бид. Ему пришлось свернуть на боковую улицу. Так как времени было совсем мало, то парень был недоволен появившейся помехой, даже выругался вполголоса. Поезд уходил в три, а надо было еще купить билет. В первую очередь следовало удостовериться, что за ним никто не следит.
Когда парень дошел до темной улицы, то резко обернулся. Маленький, невзрачного вида человек шел по улице, не прячась. Он не был похож на шпика. И Бид, успокоившись, пошел дальше по улице, ведущей к вокзалу. До отхода поезда осталось десять минут. Бид остановился в тени и опустил чемодан на землю, замер невидимый для преследователя. Но Бурус был достаточно опытным агентом, чтобы попасться в такую ловушку. С момента, как он перестал слышать шаги Бида, он знал, что тот остановился и ждет где-то неподалеку, укрытый в тени. Джек медленно перешел улицу, чтобы дать понять Виду, что идет своей дорогой. Затем остановился за углом и прислушался, решив, что провел Вида, что тот теперь выдаст себя. Но как ни осторожничал детектив, как ни был ловок в преследовании, Вида ему обмануть не удалось.
