возглавили девятилетние братья-близнецы Джонни и Лютер Хту. А в 1975 г. под натиском красных кхмеров (коммунисты-аграрии) пала столица Камбоджи (ныне Кампучия) − Пномпень. В стране обнулилось до «нулевого года» время и воцарилась диктатура, которую называют самой кровавой и жестокой в истории. «Мускулами» новой власти выступили 12–15‑летние неграмотные подростки с мотыгами. Стержнем их идеологии был жесткий национализм и планы возрождения Кхмерской (она же Ангкорская) империи XIII века, занимавшей почти весь Индокитай. Но — этнически однородной, все меньшинства либо беспощадно вырезались, либо насильственно «окхмеривались».
Идеологически украинские «кхмеры» мало чем отличаются от своих индокитайских собратьев.
Украинскому националисту тоже, для того чтобы считаться патриотом, нет нужды забивать себе голову идеей построения нации. Им достаточно одного: бороться с Россией, чтобы создать Великую Украину «від Сяну до Дону», такие слова есть в государственном гимне Украины.
«Киевская хунта разрушила мою жизнь…»
Как искалеченной взрывом Анне Тув всем миром помогали
Элизео Бертолази, 07.03.2017
Анна Тув — жительница Горловки (ДНР), и ее история — это символ боли и страдания, это одна из многих историй пострадавших в безжалостной войне в Донбассе. Событие, произошедшее 26 мая 2015 года, разделило жизнь Анны на до и после. Украинский фугас разрушил не только ее дом, но и всю ее жизнь. Погибли ее муж и одиннадцатилетняя дочь Катя. Сама Анна осталась инвалидом, взрывом ей оторвало руку.
Первый разговор с Анной состоялся у нас вскоре после трагедии.
— Анна, расскажите, пожалуйста, о себе, о вашей семье.
— Я жительница центрального района города Горловки, где мы жили с мужем Юрием и тремя детьми. Кате было 11 лет, Захару — 2,5 года, а Милане — всего две недели от роду. У нас с мужем был счастливый брак, жили мы хорошо.
— Как это все случилось?
— Это было 26 мая. День был солнечный. Катя только что пришла из школы, мы пообедали и стали поливать огород. Когда начался обстрел, муж с двумя детьми побежали в дом (Милана была внутри), а я осталась во дворе: нужно было перенести в дом цыплят. Когда я с ними управилась, то успела только заскочить на порог, и встретилась глазами с мужем (он сидел на диване). Послышался свист снарядов, и он успел только сказать: «Это конец!» Раздался еще один оглушительный свист, и я вдруг поняла, что это летит к нашему дому. Я успела только дверь захлопнуть, муж стремительно прыгнул на меня, закрыв меня своим телом. В этот момент у нас, прямо в коридоре, взорвался фугас.
— Кто вас обстреливал?
— Украинская армия, они это делали регулярно, мы всю зиму кочевали по чужим подвалам, так как у нас не было своего. Горловка обстреливается ВСУ постоянно, с трех сторон. Именно в моем районе, где я жила, нет целых домов, все уничтожено. Все школы, садики, больницы, теплосети. Места, где люди гуманитарную помощь получают, взрывают вместе с людьми. Над нами в этот день целый час кружил украинский беспилотник, и им, конечно же, было видно, что дети по двору бегают. После этого начался обстрел, в результате чего убило моего мужа и старшую дочь Катю. 21 мая мы отметили ее день рождения, ей исполнилось 11 лет, а 26 мая ее убили… Катя была ребенок от Бога, она была отличницей, учила два языка: английский и немецкий, на дизайнера училась, занималась театром, танцами, в воскресную школу ходила. Она мечтала о такой же жизни, как у нас: со своим хозяйством, огородом, с курочками, уточками… Всегда говорила: «Мама, мы дети войны, нам будет что внукам рассказать».
В результате попадания фугаса меня выбросило взрывной волной на улицу, завалило шлакоблоками и дверной рамой отрубило до середины плеча руку. Я очнулась от детского крика. У меня сильно шумело в ушах, так как лопнули барабанные перепонки и была сильная контузия. Но я услышала крик Захара, заваленного в доме. Сосед освободил меня от рамы, я успела только заскочить в дом и откопать Захара, как тут же раздался второй взрыв. Мы успели только перебежать в дальнюю комнату, где лежала Милана, и в этот момент дом обрушился полностью. Потом еще третий снаряд упал у меня под окном, он снес гараж и разнес дом вообще, до фундамента. Потом нас откопали работники МЧС, но «скорая» долго не могла к нам подъехать, потому что продолжался обстрел с позиций ВСУ. Потом уже из-под завалов извлекли тело моей Кати, наполовину разорванное, тело мужа без рук, без ног, у него были травмы, несовместимые с жизнью. Сын Захар в 2,5 года стал инвалидом, у него сильно обожжены глаза, он не открывал их неделю. У Миланы тоже были травмы. У меня, кроме того, что отрубило руку, были посечены лопатка, ключица, и до сих пор в плечевом суставе находятся пять стальных осколков. К тому же у меня было сотрясение мозга. Позже в Сети были выложены фото командиров украинских батальонов, ответственных за убийство моей семьи. Их фамилии тоже преданы огласке…
Все это рассказала мне Анна во время нашего первого разговора. Конечно, это только капля в огромном океане страданий, но если мы не уменьшим океан на эту каплю, то страдания никогда не прекратятся.
После этой трагедии Эннио Бордато, президент ассоциации «Помогите спасти детей» (www.aasib.org), в срочном порядке попытался сделать все возможное, чтобы помочь Анне. Он организовал сбор средств в ее пользу, и благодаря откликнувшимся на эту боль многочисленным жителям Италии было собрано 25 тыс. евро, необходимых для бионического протеза, что позволило бы Анне вернуться к полноценной жизни. Теперь она имеет наконец-то возможность по-настоящему обнять своих детей…
Я хочу привести здесь слова Эннио Бордато.
«При первом посещении Анной центра протезирования клиники ИНАИЛ в Будрио врачи диагностировали отличное состояние мускулатуры и нервов культи и немедленно приступили к изготовлению слепков для создания протеза по размеру.
Проблема выявилась позже: культя была слишком длинной, и техники-протезисты были озабочены возможными осложнениями после создания локтя протеза. Но после двухдневных обмеров и размышлений проблема была решена. Протез получился отличным. Подчеркну, что процесс протезирования — всегда непростое испытание для пациента.
Отсутствие конечности порождает у человека стресс, и, помимо проблем с движением, он с волнением ждет появления новой руки. Обратившись в клинику ИНАИЛ в Будрио, я, надеюсь, выбрал самое лучшее, что могла предложить система протезирования в Италии и во всей Европе. Помощь Анне Тув подтвердило мои надежды. Ее счастье — это и наше счастье!
Также я нахожу невероятно важным тот факт, что
