— Осторожно, — предупредил ровный голос Зэйна. Он сжал кулаки и впился в довольно сонного (но безумно разъяренного) Адама опасным взглядом. — Королева захочет допросить ее. Постарайся ее не покалечить.
Покалечить меня? Черт, если бы это было всем, о чем я волновалась в данный момент. С чувством отвращения я попыталась подняться на ноги, отдергивая юбку (которая задралась почти до самой талии и выставила на обозрение мой великолепный зад).
— Нет, нет. Не утруждайтесь помочь мне подняться, — насмехалась я над вампирами, которые стояли и глазели на мои попытки поднять свою задницу с пола. — Я сама. Честно-честно. Это проще пареной репы подняться с пола в мини-юбке и туфлях на шпильке. Без дураков.
Я услышала, как Зэйн приглушил смешок, но другие стояли молча, как истуканы с каменным выражением лица. Адам уставился на мою задницу со смесью вожделения и гнева на то, через что я заставила его пройти. Я думала, что он ничего не будет помнить, но просчиталась. Вот такой неожиданный сюрприз.
В другом конце комнаты послышалось хныканье Реми, а затем на всех нас опустилась темнота.
Прибыла Королева.
Я не могла сказать, была ли эта тьма материальным, или же ментальным трюком; все, что я поняла, это то, что я снова оказалась на коленях, не в силах вздохнуть, потому что легкие неожиданно сжались, перекрыв доступ кислороду.
Ледяные щупальца первозданного ужаса проникли в помещение, температура опустилась ниже нулевой отметки. Я ощущала мрак, древний голод, черную злобу и алчность, они окутали меня и заполонили все помещение. Я чувствовала их приближение. Мои глаза были крепко зажмурены, и я не осознавала, что прикусила губу, чтобы не закричать от ужаса, пока не почувствовала вкус крови во рту.
— Вечеринка? — Голос прошелестел сквозь мрак и зазвучал в моих ушах так громко, словно выстрел в тишине. — Вижу, вы пригласили подруг, одну из которых я раньше не встречала.
Я почувствовала, как все внимание королевы сконцентрировалось исключительно на мне, и чуть не растеклась на полу бесхребетной лужей. Я ощущала в ней что-то настолько жуткое, отчего мне хотелось с криком умчаться прочь и отныне спать только при включенном свете. Это было первобытное зло, и оно сосредоточило свое внимание на мне.
— Шлюха-дитя? Какая неожиданность. Как тебя зовут, шлюха-дитя?
Я услышала приближающийся стук каблуков и ощутила, как меня обступила злобная тьма, отчего я пригнулась к полу и тихо заскулила. К моему удивлению, за меня ответил Зэйн.
— Ее зовут Колетт. Она суккуб, как и другая.
Господи, почему он солгал королеве? Я хотела выболтать ей свои самые сокровенные тайны, хотя и знала, что она использует их против меня. Мой мозг словно превратился в кусок льда, а сама я была парализована от ужаса.
— Я… я… — пыталась я выговорить, но ничего не вышло. Мой распухший язык мне не повиновался.
Королева вздохнула, вздох оказался удивительно нежным.
— Ах, да. Я помню эту другую. Я не видела ее какое-то время, хотя мне всегда доставляет удовольствие видеть кого-нибудь из ее… рода.
Когда я снова оказалась способной думать, я поняла, что под словом “удовольствие” подразумевалось “огромные неудобства”, и мы с Реми обязательно заплатим по счетам. Неудивительно, что Реми старалась по возможности держаться от вампиров подальше, и я надеялась, что больше никогда с ними не столкнусь.
— Уже прошло столько времени с тех пор, как одна из вашего рода… — она сделала акцент на слово “род”, тем самым давая нам понять, что мы явно не ее любимчики, — украшала наши залы своим присутствием. Этому должна быть причина, — закончила она мягким и опасным голосом.
— Королева Нитокрис, — раздался в темноте голос Адама. — Рыжая погрузила меня в сон. Она спрашивала о наших планах. О том, что мы ищем. Она хотела знать подробности. — Он говорил в спешке, проглатывая слова, будто ему не терпится поделиться новостью. — Она была в моем сознании. Я не мог не рассказать ей.
Этот маленький ублюдок сдал меня! Надо было оставить его гнить в своем грязном захламленном умишке. Гнев волнами вздымался во мне, но от звонкого смеха королевы вся злость моментально испарилась.
— Зачем рабыне секса нужно знать о наших делах? — В ее голосе прозвучала веселость, а если точнее — злобная веселость, в стиле “вы-по-уши-в-дерьме-мои-хорошие”. Я съежилась. — Возможно, нам надо поинтересоваться об этом у нашей прекрасной Колетт.
Ледяные пальцы приподняли мою голову за подбородок. Я по-прежнему плотно сжимала глаза.
— Посмотри на меня, — приказала она, и я поняла, что у меня нет выбора, кроме как повиноваться ей.
Королева Нитокрис была незабываемо красива. Волосы цвета красного дерева были собраны наверх, полностью открывая ее изящное, но хищное лицо с орлиным профилем и резкими чертами. Ее лоб украшала тонкая полоска, провозглашавшая ее королевой, а сама она была облачена в простое элегантное красное платье, облегающее ее гибкий, тонкий стан, и выгодно оттеняющее золотисто-кремовую кожу. Она выглядела как кинозвезда “Золотого века” Голливуда.
За исключением глаз. Они были жуткими — сплошная чернота без зрачков; и эти глаза смотрели на меня со злорадством, скрытым за фальшивой улыбкой. Они наполнили меня ужасом. Почувствовав мой страх, она усмехнулась, продемонстрировав полный рот острых, как бритва, зубов. Акулья пасть, смертельный оскал, очерченный рубиново-алой помадой.
Я отвернулась, не в силах больше смотреть на ее лицо, меня даже затошнило от отвращения.
Она снова засмеялась, и смех разрезал на части гнетущую тишину.
— Да ведь Колетт боится. Очень проницательно с ее стороны — ведь у нее немало причин для страх, не правда ли, мой Зэйн?
— Да, моя королева. — Голос Зэйна был ровный и вкрадчивый, без тех дразнящих ноток, которые обволакивали меня ранее. Вся тьма была поглощена самой королевой; она была подобно черной дыре в комнате, наполненной сверхновыми звездами.
— Что же рабыне секса нужно знать о наших делах? — повторила королева, и я поняла, что она ждет от меня ответа. Я не могла рассказать ей о своей сделке с Уриэлем. Мой мозг категорически отказывался придумать более-менее правдоподобную ложь. Так что я тихо стояла и давилась собственной слюной, крепко зажмурив глаза и надеясь, что сейчас все кончится.
Поэтому я не видела ни того, кто бросил меня на пол, ни каблука королевы, опустившегося на мою спину.
— Она не отвечает, Зэйн. Заставь ее говорить, либо я сама заставлю.
— Лучше ответь ей, — тихо сказал мне Зэйн. — Не разумно вызывать гнев королевы.
Я кивнула, не в силах смотреть им в глаза.
