-Или забивать рукописный текст в машину, а потом врубать транслятор. Ненамногим легче.
-Подумаем. Однако расскажи, как там вообще дела в библиотеке.
-Намекаешь, удалось ли уговорить Мастера Халида скопировать его картотеку в машинную память?
-Естественно! А что, по-твоему, меня должны волновать новые поступления журналов типа 'Russian Glamour'? Такого добра, если бы захотел, мог бы притащить целый чемодан с исторической родины.
-Могу успокоить – получилось, и без особого напряга. Так что считай, наш выигрыш уже в кармане. Пришлось, правда, немного попотеть, разыскивая неуловимого Брино.
-Ну, и кто же он?
-Увы, его формуляра там нет. Либо товарищ совершенно равнодушен к книжным премудростям, либо его вообще на свете не существует.
-А я что говорил – дерьмо вся твоя затея! Нашёл кого слушать – попугая!
-Ладно, будь по-твоему. Больше никого не потревожу своими сомнениями. Однако давай вернёмся туда, откуда начинали. Здесь ещё книга на старонемецком, и творчество какого-то учёного монаха из… забыл, какого аббатства.
-Да хоть из собора Парижской Богоматери. Нам-то какая разница? Главное, чтобы труд наш бессмысленным не оказался, обогащал, так сказать, копилку человеческих знаний, ну и заодно наши собственные карманы.
Ты ещё не знаешь, что там, а то может случиться и так, что со вторым окажется проще, чем с первым. Но лучше о том пока не заикаться, иначе отношение к дешифрации записок будет соответствующим. Перевод они сделают в любом случае, однако сроки выполнения могут оказаться отодвинутыми в неопределённое будущее.
-Как считаешь, кому из нашей компании лучше всего их препоручить?
-Ещё спрашиваешь! Если на английском, тащи Лиэнне.
-А почему не хочешь занести сам? С меня достаточно, что я забрал их из библиотеки.
-Ну, уж тебе-то она не откажет, – расплылся в скабрезной улыбке Гека.
1:1, нашёл-таки способ сравнять счёт за подтрунивание над недогадливостью в отношении топорно сделанного транслятора. Как ни старался Эрик не афишировать свою личную жизнь, предпочитая отмалчиваться в разговорах, могущих так или иначе её затронуть, в их замкнутом мирке практически невозможно надолго скрыть что-либо. Его 'любовный треугольник' наверняка не раз подвергался обсуждению – равно как симпатии и антипатии всех прочих обитателей замка, но Эрику от того легче не становилось. Ну как объяснишь остальным, что нежные чувства он реально испытывает лишь к Вин, а с Лиэнной они не более чем хорошие друзья? Чем активнее станет пропагандировать эту в общем-то нехитрую мысль, тем вернее окружающие уверятся в обратном. И он пока не видел идеального пути разрешения двусмысленной ситуации, в которой оказался: одну из сторон треугольника так или иначе требовалось принести в жертву. Беда заключалась ещё и в том, что бесконечно играть в неопределённость не сможет тоже, рано или поздно придётся делать окончательный выбор. В школьные годы ему доводилось читать романы, в которых герой или героиня после ночи безумной любви наутро равнодушно и даже холодно расставались со своими партнёрами, чтобы больше никогда не увидеться вновь. И, как ни пытался, никак не мог представить себя на их месте. По его понятиям, так могут поступать только биороботы, лишённые подлинных чувств и эмоций и подчиняющиеся заранее вложенным чужой рукой программам поведения. Ну неужели душа ничуть потом не страдает? Скорей всего, подобные типажи создаются писателями исключительно для развлечения невзыскательной публики, обожающей кипение страстей. В жизни, как правило, всё проще и спокойнее, оттого и тянет окунуться в омут нереальности, где возможности безграничны. А с другой стороны, вспомни себя – разве не по-настоящему страдал ты, оплакивая безвременную кончину первой влюблённости?
Вынырнув из водоворота мыслей и воспоминаний, Эрик обнаружил, что его приятель продолжает как ни в чём не бывало распределять обязанности:
-Книгу на немецком, так и быть, возьму на себя, Маша поможет. Придётся, конечно, и ей отстегнуть. Возражать, надеюсь, не станете? Всё равно никто из нас в германских наречиях не силён, а отказаться от перевода – так недолго вообще заказы потерять. А с рукописной латынью, на которую ругался компьютер, пусть разбираются Олаф с Фэном, у нас и своих забот хватает. Согласен?
-Вполне, – выдохнул наш герой.
Глава 15.
Кто сказал, что быть студентом легко и просто? Весело – да, тут едва ли кто-либо осмелится возразить, особенно те, у кого студенческая юность уже подёрнулась сизой дымкой ностальгии. Конечно, если вуз в твоём родном городе, и живёшь ты на всём готовом, особых проблем не возникнет, разве что с самой учёбой. Но рискнувшим получать знания в отдалённых краях – тем, кому повезло поступить и получить местечко в общежитии, – предстоит столкнуться с немалым числом житейских сюрпризов и испытаний. Придётся научиться заботиться о своей физической оболочке, дабы вовремя получала подкрепление, была прилично и по сезону одета, и поддерживалась в надлежащей чистоте. А проживание в больших городах мало того, что недёшево, так ещё и соблазнов полно. Где же взять средства, если родители твои небогаты? Придётся искать подработку, да ещё такую, чтобы худо-бедно сочеталась с учёбой, ради которой, собственно, и приехал сюда. Особенно если одержим идеей стать высококлассным (и, разумеется, высокооплачиваемым) специалистом в облюбованной тобой профессиональной сфере. Ну как тут везде успеть? Выручают лишь юмор и верные друзья-товарищи, такие же завзятые оптимисты, как и ты.
А потому на первый взгляд среднестатистического студента-трудяги, впряжённого в две телеги сразу, и не теряющего надежду не мытьём так катаньем выбиться в люди, Академия могла показаться сущим раем. Вкусная и питательная жратва три раза в день, не чета предлагаемой общепитовскими тошниловками, и главное – бесплатно; одежда, пусть стандартного фасона и без наворотов новомодных дизайнеров – по первому требованию, да ещё и занятия (не считая латыни) далеко не каждую неделю. Короче, ешь, пей, веселись в своё удовольствие, вдыхая чистый, не загаженный цивилизацией воздух, регулярно принимая солнечные и морские ванны, попутно укрепляя нервную систему, измученную постоянными стрессами борьбы за выживание в современном мире.
Но так ли оно на самом деле? Известно ведь – кому много даётся, с того многое и спросится. Колдовская наука никогда не относилась к числу тех, что осваиваются с полпинка, как говорится, между телом и делом. Можно всю жизнь грызть её гранит, обломав на нём не только зубы, но и челюсти, а научиться лишь искусству с умным видом читать манускрипты, делая вид, что понимаешь написанное, да с грехом пополам произносить простейшие заклинания. Лишь единицы рождаются с даром сразу стать Мастерами магии. Да и те подчас, не обретя возможности реализовать талант, о котором не имеют ни малейшего представления, уходят в поэзию, живопись, скульптуру – туда, куда зовёт требующая выхода жажда творчества. Остальным, увы, придётся попотеть, протирая штаны за прилежным изучением древних языков да неустанной медитацией, которая сама по себе требует немалого напряжения организма. Попробуйте-ка просидеть неподвижно перед кристаллом хотя бы пару часов! И повторяйте такое упражнение каждый день.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
