По свидетельству И. А. Бенедиктова, «документ о назначении П. К. Пономаренко Председателем Совета Министров СССР был завизирован уже несколькими членами Политбюро, и только смерть Сталина помешала выполнению его воли».
Если все было так, в чем трудно усомниться (все-таки говорит член ЦК, министр сельского хозяйства), то смерть Сталина после представления им на высокий пост не Маленкова, а Пономаренко представляется неслучайной. Кстати, еще до съезда партии выдвиженец Маленкова Б. Н. Черноусов был снят с должности Председателя Совета Министров РСФСР. Это был тревожный сигнал для его покровителя.
Историк H.H. Жуков отмечает (имея в виду 1951–1952 гг.): «Могла насторожить… продолжавшаяся несколько месяцев ротация высокопоставленных сотрудников МГБ, смена республиканских министров: в июне — в Грузии; в августе — сентябре в Армении, на Украине; в феврале в Латвии. В сентябре — начальника управления МГБ по Московской области. 15 декабря — арест некогда всесильного Н. С. Власика. Наконец, событие просто невозможное — отстранение в феврале 1952 года заведующего особым отделом ЦК, личного секретаря Сталина А. Н. Поскребышева. Ясным могло быть только одно: все это делалось при прямом участии руководителя… отдела ЦК по подбору и распределению кадров H.H. Шаталина, с довоенной поры соратника Маленкова, при прямом одобрении самим Маленковым».
Вспомним вдобавок, что в 1951 году министром МГБ стал С. Д. Игнатьев, который на XIX съезде был избран в президиум ЦК КПСС. Тем самым Маленков старался укрепить свои позиции на вершине власти.
7 февраля 1953 года неожиданно скончался молодой, вполне здоровый генерал Косынкин, лично поставленный Сталиным комендантом Кремля и ответственный за безопасность вождя. Не менее интересно то, что вскоре после смерти Сталина за ним последовали начальник его личной охраны Иван Хрусталев и один из охранников (официальная версия — самоубийство). В 1954 году скончался председатель (с октября 1952 г.) Комитета партийного контроля при ЦК КПСС Матвей Федорович Шкирятов. Правда, он был не молод (71 год), но как будто вполне здоров.
Историки A.A. Данилов и A.B. Пыжиков пишут: «Как показывают документы, радикальные кадровые решения могли последовать уже в первые дни марта. Во всяком случае, журнал посетителей кабинета Сталина зафиксировал последних его посетителей перед началом болезни, среди которых был неизменный спутник падения высших партийных чиновников… Шкирятов (причем дважды)».
Примечательно, что Маленков последний раз посещал кабинет вождя 17 января 1953 года, а Молотов — только 1 октября 1952 года. Правда, Георгий Максимилианович бывал на даче Сталина, но когда и сколько раз, выяснить нельзя. Есть свидетельства, что кабинет Сталина прослушивался. В таком случае его разговор со Шкирятовым мог стать известным заинтересованным лицам, которых предполагалось сместить с должности.
Помимо всего прочего, казнь Берии без открытого суда и в результате сомнительных обвинений выглядит странно. Явно хотели избавиться от него как опасного свидетеля.
Если сопоставить перечисленные выше события, невольно начинаешь подозревать существование заговора с целью устранения Сталина. Возможно и другое: взаимная слежка между Маленковым, Берией, Хрущевым сопровождалась, судя по всему, сбором компрометирующих материалов. Их приберегали впрок, прежде всего для того, чтобы обезопасить себя от своих друзей.
Те, кто желает понять, как происходит борьба за власть, должны отрешиться от слишком примитивного, на уровне романов Александра Дюма, представления о личных мелких конфликтах и кознях. Без этого, конечно, не обходится. Но главное в другом. Любому претенденту на высокую должность необходимо иметь опору как «сверху», со стороны начальства, так и «снизу», со стороны подчиненных. Только при такой поддержке можно не только подняться по ступеням карьеры, но и удержаться на них.
Вот почему руководителям всех уровней, а особенно высшим, приходилось внедрять в органы власти своих людей. Это было, в сущности, прелюдией криминальных связей. Так формировались партийные кланы, которые окончательно окрепли в последующие десятилетия.
При жизни Сталина групповые интересы не могли возобладать над общественными. Приходилось довольствоваться сравнительно малым: присвоением части имущества репрессированных состоятельных граждан, пользоваться, подобно Берии, своим положением для того, чтобы обзаводиться любовницами. Все это было «мелкими шалостями» по сравнению с теми гигантскими потенциальными возможностями, которые предоставляли их должности.
Наблюдение над руководящими партийными работниками и сбор компрометирующих материалов осуществляли, в частности, органы государственной безопасности. Поэтому высшим руководителям было особенно важно держать их под своим контролем.
Когда в 1952 году выяснилось, что при странных обстоятельствах умерли Щербаков и Жданов — «конкуренты» Маленкова, появились определенные основания подозревать его в утаивании всех обстоятельств, связанных с их безвременной кончиной. Из врачей «выбили» показания о том, что они действовали злонамеренно. Возникал вопрос: почему они вольно или невольно содействовали возвышению Георгия Максимилиановича? Притом взаимном недоверии, которое существовала между членами негласного триумвирата (Маленков — Берия — Хрущев), каждый из них мог опасаться за свою карьеру, а то и за жизнь.
Берия давно организовал секретную лабораторию, где разрабатывали различные яды, испытывая их на приговоренных к смерти. Следовательно, он имел возможность сравнительно легко и просто получить яд, вызывающий смерть при симптомах, скажем, инфаркта миокарда или инсульта.
Правда, Ю. И. Мухин убежден, что Лаврентий Павлович не повинен в смерти Сталина, и называет убийцей Хрущева. Однако из всей упомянутой троицы лишь Берия имел доступ к ядам и умел профессионально планировать и осуществлять покушения. Он же был и наиболее уязвим в случае, если бы Сталин решил организовать новый цикл репрессий среди высшего руководства.
Для всего триумвирата ситуация приобретала тревожный оттенок и даже опасный. Было заметно, что Сталин желает обновить руководство страны и партии. Он явно разочаровался в своих ближайших соратниках. Ему нетрудно было заметить, что его многолетние помощники и охранники постепенно устраняются. Правда, основания для этого имелись. Власика, например, уличили в злоупотреблениях служебным положением. Но ведь о них было известно раньше, наказание последовало с большим опозданием, и возникало ощущение, что компромат берегли до особого случая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
