Ситуация складывалась очень серьезная! Если все силы объединятся, то получится больше десяти тысяч. При нашей численности в тысячи четыре остается только уповать на крепкие стены Риги, но тогда только начавшееся восстановление региона, при засеянных только частью полях, только наметившихся связях с окружающими племенами, все пойдет прахом. Так что бить нужно крестоносцев сильно и в поле, на подступах. Я же со всей информацией отправил два десятка ратных во Владимир одвуконь. Если Ярослав придет с дружиной можно будет показать кто в доме хозяин. Причем очень желательно для имиджа князя победа именно под руководством Ярослава. Будем из него делать всеобщего любимца и главного защитника Руси и православной веры.
В трудах и заботах, провел еще несколько дней, а потом уже встречали передовой отряд второй части войска. Теперь пора считать все наличные силы и обдумывать дальнейшие действия. Враг близко!
Глава 13. Корсары
За последние дни стало очевидным, что Ермолай выкарабкается. Вот только от былого мускулистого, мощного мужчины осталось мало чего. Создавалось впечатление, что организм использовал все свои возможности для исцеления, выжимая силы из мышц. Тем не менее, друг жив и уже не впадает в беспамятство. Теперь, после десятидневного курса антибиотиков я опять размышлял, нужно ли их заканчивать, или стоит продолжить.
Вот почему так мало уделял внимания медицине? Сейчас мог бы такое прогрессорство осуществить, что и пушки покажутся незначительным фокусом. Важнее прогресса в создании средств убийств себе подобных, является сознание средств спасения от убийств.
А Ермолай, смочив свои ноги в реке Смородины, сменил отношение к жизни. В глазах пусть и не было блеска, но и ушла пустота. Пусть и еще очень плохо говорит друг, но уже смог заверить, что жить будет и не станет больше искать смерти. Пришлось рассказать про улыбки сына Богдана, первые его слова, как глаза наследника похожи своей проницательностью на глаза Белы. Прослезился кум и я понял, что волноваться не стоит — этот человек вновь обрел смыслы в своей жизни.
— Ну, говори, что там за шептуны такие? — просил я после обеда Филиппа.
Еще вчера Филипп привел остатки войска в Ригу, но поговорить в более-менее спокойной обстановке не представлялось возможным. Да и не было и минуты свободного времени как у меня, так и у Филиппа. Предстояло расселить чуть ли не две тысячи человек, разместить пять тысяч лошадей, телеги с трофеями, провиантом, пленными — далеко не легкая задача. Это еще спасло решение отправить большинство пленных в поместье. Представить себе, как еще расселять и кормить больше тысячи человек, да тратить людские ресурсы на охрану пленных, их снабжение. Нет, не рационально, пусть работаю в поместье, там дурной мужской работы хватает.
И только то, что купцы разъезжались, или даже бежали из города позволило занять оставленные дома, склады и амбары, используя их как казармы, конюшни, оружейные комнаты. Корабельные команды и их охрана располагались непосредственно на своих кораблях. Были некоторые подразделения, которым пришлось ставить прямо в городе шатры, но таковых оказывалось уже меньше всего. Так что с размещением проблема решилась.
Потом нужно было проследить за организацией питания, выставлением охранений, согласование с ратниками Вячко о патрулировании города и дежурстве на стенах, график и направления разведки окрестностей и многое другое. Конечно, большинство работы делали другие люди, в основном на уровне старших сотников, иногда и десятников, но контроль над процессами был необходим. Поэтому поговорить получилось только сегодня за обедом.
— Говори! — уже в нетерпении попросил я. Любит Филипп затянуть интригу.
— Мстислава то люди. Вон и трем ратникам серебра дал. Это те ратники, якия баяли, что з Перемышля бегли, — Филипп взял паузу, выжидая, что я вспомню, о ком идет речь.
— Те, что перед зимой пришли? Молвили, что ведают дело ратное? — вспомнил я о ком идет речь.
— Так, воны давали вести трем людям Мстислава Удатного, — начал рассказывать об операции по отлову шпионов Филипп.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Все было достаточно интересно, что еще раз доказывает, что люди в этом времени и мудрые и смекалистые. Мстислав озаботился некоторыми моментами в процессах великого княжества владимирского, которые смог сопоставить и сделать выводы. Первое, что его заинтересовало — это посольство к Субедею-богатуру, которое было организовано еще тогда, когда Удатный после поражения на Калке закрылся в киевском детинце, и намечалось противостояние с князем Василько. Не верил Мстислав, что можно будет договориться со степняками о мире, когда те вкусили сладость победы над русичами. Напротив, умудренный князь морально был готов сопротивляться монголам уже за стенами Киева. А тут завоеватели собираются и по результатам работы посольства, уходят от русских земель. Очевидно, киевский князь оценил результаты и уход монголов.
Следующее, что привлекло внимание Мстислава — это проход генуэзцев. Он приказал не трогать наемников по пути следования, но сопровождать вооруженный отряд. Любопытство взыграло у князя, как смог большой отряд латинян пройти на территорию Руси и спокойно, как лично прикрашенные киевским князем, гулять по русским просторам. Сотню, что дежурила на порогах у Перемышля и подчинялась перемышльскому князю, но при посредничестве киевского князя, расформировали и направили людей в разные сотни на перевоспитание. Эти средневековые таможенники взяли элементарно взятку не только за то, чтобы пропустить, как представились наемники «торговцев», но и за то, что русские ратники не досматривали вещи генуэзцев.
Дальше — больше, Мстислав узнал, что еще и венецианцы проходят по Днепру, направляясь не столько во Владимир, сколько в дальнюю Унжу. А потом Мстислав узнает, что генуэзские стрелки примыкают к войску, собранному в основном из воинской школы того же дальнего города, о котором ранее Мстислав слышал только пару раз в своей жизни, да еще к ним присоединяются два отряда булгар. И это войско громит крестоносцев и берет Ригу. Эти же отряды громят марийцев, осуществляя месть за их набег на Унжу и близлежащее к городу поместья, набег, впрочем, был отбит при помощи, что удивительно, вооруженных поселян. Но месть язычникам была жестокая. И после невиданное на Руси — марийцы платят дань не князю, не его наместнику, а всего лишь одному из бояр.
Из разведчиков войска Мстислава были отобраны пять человек, троим из которых удалось внедриться в воинскую школу. Они и стали источником информации для князя. Узнал от своих агентов Мстислав о том, что в поместье некого боярина есть секретные производства, подробнее расспросить о которых толком не получилось, несмотря на то, что три ухаря, шпионившие на киевского князя, дежурили и в стекольной мастерской и в кузнечной. Просто все процессы для воинов, никогда не сталкивающиеся с ремеслом, по крайней мере, такого высокого уровня, были не понятны. Дважды внедренные агенты уходили в самоволку и обстоятельно все рассказывали связным Мстислава. Интересным является и то, что в лесу шпионы видели еще до нашего обнаружения растерзанное хищниками тело стекольщика Вацлава Яндака, которого мы так усердно искали и который был моей головной болью.
Когда Мстислав уже устал удивляться всем сказкам о поместье, росказням о несметных богатствах боярина Корнея, в этом году собирается уже в два раза большее войско, возглавляемое практически отроком. И боярин Корней, став воеводой великого князя, идет на превосходящие силы датчан и бьет их практически без потерь, берет богатую добычу и уже на трофейных кораблях отправляется в Ригу. Причем, использует оружие, «до сели неизвестное» и крайне эффективное против любой армии. И именно эту информацию шпионы признали крайне важной и отправили двух человек к своему князю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Услышав полный рассказ о целой системе слежки и шпионажа, я задумался. Факт, что Мстислав Удатный узнает о победе и использовании нового оружия, принцип действия которого объяснить шпионы не смогли, вначале меня сильно обеспокоил. Однако, поразмыслив, пришел к выводу, что это к лучшему. Ярославу рано или поздно нужно организовывать разговор с князьями, прежде всего со своим тестем. И пусть у князя, которого я поддерживаю, будут свои весомые козыри. А Мстислав перестанет получать информацию и на фоне прежних сведений, его это явно обеспокоит, что в свою очередь подвигнет главного соперника Ярославу Всеволодовичу за первенство на Руси, на переговоры
