Читаем без скачивания Шанель №007 - Александра Романова

— Кстати, — вспомнила я, — а как выглядит Вадик? Он высокий?

— Довольно-таки, — подтвердила удивленная Света, — но до Темочки ему далеко. А что?

— Просто думаю про перчатки. Может, его?

— Такие большие? Вряд ли, — машинально ответила подруга, однако тут же поправилась: — Хотя вполне может быть! Однако мотивы последней фразы были мне слишком ясны, и я строго потребовала сообщить мне Вадикин адрес. Как ни странно, Света его знала, и я решила при первом удобном случае туда наведаться с легендой о знакомых, которым требуется охранник. Наведаться и изучить подозрительные руки.

Как бы там ни было, наутро Света достала из почтового ящика письмо от шантажиста. Оперативно работает, подлец! Впрочем, как бы оперативно он ни работал, наша почта должна была вставить ему палки в колеса. Чтобы за ночь доставить письмо, пусть даже в пределах города, — держи карман шире! Я, например, неоднократно получала поздравление с Новым годом примерно к Восьмому марта. Точно, конверт без штемпеля!

— А прошлые послания шантажиста тоже были без штемпеля? — поинтересовалась я.

— Не знаю, — покаянно ответила Света. — Я не смотрела. А конверты выкинула.

— Между прочим, во всех детективах сыщики в первую очередь изучают конверты, — менторским тоном поведала я.

— Вот и сказала бы мне об этом раньше!

Упрек был заслужен, и я лишь кивнула. Итак, конверт с адресом и фамилией, но без почтовых штемпелей. Все отпечатано на принтере. В мой принтер тоже можно совать конверты, это я знаю. Письмо короткое. «Объяснение оставьте в следующем месте. На Моховой, 24, во дворе на мусорном бачке. В девять часов вечера. И уйдите ».

— Темочка ни за что бы не полез за письмом в мусорный бачок, — обрадованно заметила Света. — Он очень гигиеничный. И заботливый. Представляешь, у него в каждых брюках в кармане пакетик презервативов!

— И что из этого следует? Наденет резиновые перчатки и полезет в бачок. А тем более — на бачок. Или мальчишку какого наймет. Скажи лучше, кто из наших подозреваемых живет недалеко от тебя?

— А зачем тебе это?

— Ну, раз шантажист успел лично принести тебе письмо, значит, ехать было недалеко.

— Глупости! За целую ночь можно хоть из Москвы добраться, — фыркнула на меня подруга, и я догадалась, что недалеко живет не кто иной, как заботливый и гигиеничный Артем. — И вообще, что нам теперь делать? План встретиться с этим гадом провалился. Кто вообще в наше время пишет письма? Еще электронные, ладно, но бумажные…

— Да, странно, что он не попытался связаться с тобой по электронной почте. Получается, он знает твой домашний адрес, но не знает электронного?

Света обиженно засопела.

— Ага, Артем не знает твоего электронного адреса? — уточнила я.

— Между прочим, — заметила подруга, — я на новой квартире еще не подключила Интернет. Он есть только на работе, а там сисадмин все строго отслеживает. Вот так-то!

И она посмотрела на меня с таким торжеством, словно я на ее глазах волокла Темочку в тюрьму, но ей удалось беднягу отбить.

— Ладно, какая разница! — махнула рукой я. — Мы сделаем так. Ты положишь на бачок письмо и уйдешь, а мы с Настей притаимся и покараулим. Шантажист увидит, что тебя нет, полезет к бачку, и мы его увидим. Довольно просто. А еще хорошее место для засады — твой почтовый ящик. Телефона у тебя теперь нет, на мобильный он звонить боится, так что преступник будет вынужден вступить в переписку, а почте он явно не доверяет…

Короче, в семь вечера мы втроем — Света, Настя и я — отправились изучать плацдарм будущих действий. Погода стояла прекрасная, и мы с удовольствием гуляли по старым улочкам, приближаясь к Моховой. Однако удовольствие наше было скоро испорчено наблюдательной Настей.

— Я не хочу вас пугать, — сообщила она, — но, похоже, за нами следят.

Я обернулась. Редкие прохожие, редкие автомобили. Ничего подозрительного.

— С чего ты взяла?

— Вон, видишь ту красивую машину? Я давно обратила на нее внимание. Тонированные стекла и все такое. Так за нами и плетется!

— Это не «Мерседес», — просветила нас опытная Света, — это «Лексус». Ты уверена, что он не просто так?

Настя пожала плечами. «Лексус» тихо и невинно стоял у обочины. Номера я разглядеть не могла.

— Света, у тебя хорошее зрение. Номер не видишь?

Света задумчиво покачала головой и пошла по направлению к подозрительному автомобилю. И он, представьте себе, задним ходом скрылся в переулке! Мало того! Послышался дикий грохот, из-за тополя выскочило нечто и сигануло в ближайший двор. Судя по размерам — не кошка и даже не собака. Человек!

Машину догонять не имело смысла, и мы бросились за человеком. Двор, разумеется, оказался проходным. Вздохнув, мы уселись на лавочку и начали обсуждать сложившуюся ситуацию. Она была, мягко говоря, странной.

— Это был шантажист, — твердо заявила Света. — Он решил проследить, не веду ли я с собой соглядатаев. То есть вас. Раз я вас веду, он за письмом не придет. Значит, либо мне надо идти дальше одной, либо избавляться от слежки.

— Какой из них — шантажист? — скептически осведомилась Настя. — Пеший или конный… в смысле автомобильный? И кто в этом случае второй? Нет, я подозреваю, что доверчивый шантажист работает не только с тобой, и не только ты хочешь узнать, кто он. За тобой следят, чтобы выйти на него. И это хорошо. Они с ним расправятся, и ты вздохнешь спокойно. Пусть следят!

— А если шантажист — Темочка? — вскипела Света. — Я не позволю с ним расправляться! Как хорошо, что мы заметили слежку раньше, чем пришли на Моховую. Теперь нам надо хорошенько поплутать по проходным дворам.

Я не знала что и подумать.

— Понимаете, ведь слежка-то началась раньше, чем шантаж, — объяснила я подругам. — А может, за нами следит милиция?

Почему-то это предположение вызвало всеобщий гнев, и в результате мы пререкались до тех пор, пока не обнаружили, что уже без четверти девять, так что о блуждании по проходным дворам речь идти не может. Если Света намерена нести письмо на помойку, мы должны срочно бежать. А поскольку мы заранее настроились на то, что его необходимо доставить по назначению, мы и побежали, и даже успели к положенному часу. Бачок красовался недалеко от парадной и жутко вонял. Света водрузила на положенное место свое послание и отступила на несколько шагов, чтобы взглядом ценителя обозреть получившуюся картину. И в этом миг произошло непоправимое. Откуда ни возьмись возникла человеческая фигура, хапнула с таким трудом составленную нами записку и вихрем ворвалась в ближайший подъезд. Света — рванулась следом. А мы с Настей, как две дуры, заметались по двору, не зная, куда правильнее направиться — вперед или назад. Потом решили — конечно, туда, где скрылась любимая подруга, пробежали через сквозную парадную и успели заметить лишь быстро удаляющийся «Лексус». Света исчезла. Как корова языком слизнула! И ведь уже во второй раз!

— Ты не заметила, — грустно спросила я, — она была в этой мерзкой машине или нет?

— Там тонированные стекла, — нервно напомнила Настя. — А ты успела рассмотреть гада, который стащил записку?

— Не очень. Только это не Артем. Артему пришлось бы сложиться вдвое. Кто-то низкорослый.

— Ребенок?

— А кто его знает…

Настроение было — хуже некуда. Неужели Свету похитили? Может, вся эпопея с письмом была придумана исключительно ради этого? Но зачем ее похищать? И что теперь делать нам? В милицию заявлять? О чем? О том, что наша подруга, возможно, села в машину? Детский лепет!

— Я не могу поехать домой и спокойно лечь спать, — призналась я. — Нервы у меня уже не те. Я поеду в засаду.

— Какую засаду?

— У Светиного почтового ящика. Если письмо забрал не шантажист, то шантажист должен потребовать со Светы разъяснения, почему он не получил этого письма. А как он потребует? Подкинет свое письмо в почтовый ящик. Другого выхода у него нет. А я подкараулю.

— Если Свету похитили, этим ты ей не поможешь, — резонно заметила Настя.

Однако я не желала прислушиваться к голосу разума. Душа требовала, чтобы я хоть что-то предприняла для любимой подруги, а другого варианта я не видела. Поэтому в гордом одиночестве я отправилась в засаду. И была совершенно права. В первом часу ночи в мою засаду попалась самая желанная дичь — Света собственной персоной.

— Жива! — только и смогла выдохнуть я, сама не своя от счастья.

— Разве что жива, — раздраженно сообщила мне она. — Теперь я наконец поняла, отчего люди спиваются. Идем, у меня есть бутылка мартини. Здорово шибает, зараза!

— Где же ты была? — Я после перенесенных мук считала себя вправе требовать ответа. Попробуйте сами простоять больше часа в подъезде! Ноги просто отваливаются. Подростки, торчащие вечерами в моей парадной, теперь никогда не будут вызывать у меня ничего, кроме уважения к их физической кондиции.