Виновниками всеобщего оживления были Фелисити и ее знакомый. Мебель в два счета была вынесена из комнаты, и эта пара взялась показать знатокам рок-н-ролла — студентам колледжа — один-два оригинальных поворота. Вертясь волчком среди танцующих пар, развевающихся шелковых платьев, Фелисити выглядела так, будто испытывала высшее наслаждение. Вторя смеху партнерши, щеки которой разрумянились, разошедшийся вовсю Билл Сондерс даже не обратил внимания на укоризненный взгляд Рейн.
Аплодисменты танцующим то затихали, то вспыхивали вновь, смех усиливался, и это нагнетание опасной ситуации подводило Рейн к мысли, что это веселье надо как-нибудь приостановить.
— Нельзя ли немного сдержать накал страстей? — сказала она. — Если нас арестуют, кто завтра вспомнит о магазине?
— Не бери в голову, Рейн, — бросила Фелисити, неестественно улыбнувшись. — Скоро эта забота останется только на твоих плечах.
Рейн осеклась, так как поняла это замечание лучше других. Вопрос о дальнейшем совместном владении магазином у них обсуждался давно, но три дня назад Фелисити предупредила, что останется в нем лишь до конца месяца. Разумеется, она не выразила восторга и по поводу проживания в одной квартире с маленьким ребенком, к тому же открыто отказалась от предложения Рейн высказаться в ее пользу перед агентом по усыновлению. Словом, Рейн знала, что как только схлынет наплыв покупателей, Фелисити начнет искать новое место. Поэтому ее сегодняшнее поведение, видимо, было переломным моментом всего образа жизни.
В эту минуту мимо Рейн прошла Джил Кэссиди, удивительно красивая в своей шелковой блузке и сатиновых брюках. За ней с усмешкой шел муж.
— Подождите минутку. — Она, смеясь, попросила Рейн подержать ее полупустой бокал. — Ян и я собираемся показать, как это все делается.
Рейн беспомощно посмотрела на бокал с шампанским, затем на супружескую пару, которая вышла в круг. Действительно, их не слишком модный танец был намного лучше любого, который танцевали до этого. Даже Фелисити и ее друг обменялись печальными взглядами, поняв, что их превзошли.
— Мы оба стали хуже танцевать, — сказал Джил, задыхаясь, когда Ян, подбросив ее на руке, эффектно закончил последнюю фигуру.
Крики «браво» почти заглушили резкий звонок в дверь. Следующая пара уже начала свой танец, когда Рейн стала пробираться к выходу мимо передвинутой мебели и валяющейся обуви, чувствуя какой-то испуг. Неужели миссис Флэннери, что живет наверху, позвала полицию? Или, может быть, Фелисити пригласила ее гостей? Где она, черт возьми, разместит их?
Оснований для дурного предчувствия было более чем достаточно. Широко распахнув дверь и держа в руках бокал с шампанским, который она не успела вернуть Джил, Рейн столкнулась лицом к лицу с Луизой Стейси, своим агентом по усыновлению.
— О! — почти беззвучно прошептала Рейн — так велики были ее изумление и ужас. Ей с самого утра было впору молить бога, чтобы посещение Стейси состоялось когда угодно, только не сегодня. Только не сегодня! Но это произошло именно сегодня.
Мисс Стейси долго смотрела мимо нее своими маленькими птичьими глазками, затем посмотрела на Рейн, неодобрительно усмехаясь. Она бросила красноречивый взгляд и на сверкающую жидкость в бокале, которую никак не удалось бы выдать за имбирное пиво.
Рейн ничего не сказала. Она будто онемела. Уверившись, что судьба ее и Стивена решилась в одном этом обвинительном взгляде. Все остальное будет теперь пустой формальностью.
— Добрый вечер, мисс Джекобс, — сказала женщина напряженно. — Видимо, я пришла не вовремя. — Этот тон сильно встревожил Рейн, а Разительно сморщенные тонкие губы Стейси начали еще сильнее. — Я могу спросить, кто все эти люди?
Дрожащим голосом Рейн попыталась объяснить происходящее.
— Это служащие магазина «Рейн Бо Шоп». — Она сделала рукой беспомощный жест. — А также другие работники из сферы торгового бизнеса. Каждый год мы проводим небольшую Рождественскую вечеринку… в знак благодарности нашим людям за их упорный труд.
— Я понимаю, — сказала Луиза Стейси, но Рейн засомневалась, действительно ли она понимает это.
— Заходите, пожалуйста, — предложила Рейн. Она не знала, что сказать дальше, ведь она представляла себе этот визит по-другому. Думала, что к ней прядут как-нибудь с утра или днем, предупредив об этом по телефону, вначале осмотрят квартиру, потом состоится обычная пустяковая беседа о Стивене, возможно, за чашкой чая. Теперь все ее планы очаровать эту женщину провалились. Вместо этого — кошмарное непонимание.
— О, нет! — мисс Стейси покачала головой, серьезно сжав губы. — Нет, я не думаю, что это необходимо. Я уже видела достаточно, чтобы сделать вывод.
— Как вы можете так говорить? — начала Рейн, еще больше расстроившись, когда краешком глаза увидела приближающуюся к ним сердитую Фелисити. Рейн повернулась вполоборота, незаметно делая своей подруге знаки, чтобы та исчезла, но Фелисити уже с любопытством вперилась в тощую мисс Стейси, застывшую, как столб, в коридоре, в своем вязаном берете.
— Мы вряд ли встречались, — небрежно сказала Фелисити, адресуясь к вошедшей, и голос у нее был надтреснутым, хотя она достаточно контролировала себя, чтобы не казаться «перебравшей». Рейн внутренне застонала, когда ее партнерша протянула Луизе Стейси руку, унизанную золотыми украшениями, и проскрипела:
— Я Фелисити Бойан, подруга Рейн по комнате. А вы кто? Одна из наших соседок?
Мисс Стейси отвела взгляд от лица Фелисити, посмотрев на ее красную руку, которую она и не собиралась пожимать.
— Едва ли, — произнесла она и холодно взглянула на Рейн. — Я не знала, что у вас есть подруга по комнате.
Фелисити воспользовалась молчанием Рейн, стараясь приспособиться к ситуации.
— Это лишь временно, — заявила она. Черные глаза ее сузились, а рука уперлась в бок. Рейн почувствовала, что, не сможет прервать ее. Когда же Фелисити продолжила уже другим, почти вызывающим тоном, ей очень захотелось сделать это, но было поздно. — Мы с партнершей пригласили наших друзей. Ну и что? Надеюсь, шум вам не помешал? У нас обычно очень скромная компания…
— Сомневаюсь, — резко оборвала ее Стейси, и как бы в подтверждение ее мыслей Билл Сондерс появился за спиной Фелисити, обнял ее за талию и ласково поцеловал в шею.
— Куда ты пропала, любимая? — Он повернулся лицом к Луизе Стейси. — А это кто, незваная гостья? Неужели ты не пригласишь ее к нам?
— Не беспокойтесь, я собиралась уходить! — отрезала Стейси. Если бы небеса могли услышать, Рейн помолилась бы, чтобы она провалилась сквозь землю. Из-за притворяемой двери послышалось язвительное: «Спокойной ночи!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
