К важным научным результатам, которые принесли на Землю эти тысячи бит телевизионных сигналов, нужно добавить еще один, ему вообще нет цены — мы видели Венеру.
Алло, Аэлита!
Успехи современной радиоэлектроники делают реальным прием сигналов с огромных расстояний. Поиск внеземных цивилизаций из чисто умозрительной проблемы становится научной и дате технической задачей. Ученые пытаются строго оценить вероятность зарождения жизни и появления цивилизации в далеких звездных мирах, глубоко задумываясь при этом о путях развития жизни на Земле.
Небольшого формата тоненькая брошюрка — программа научного симпозиума. На титульном листе, как всегда, названы его организаторы, сроки, место работы и в середине сравнительно крупным шрифтом наименование темы. И вот здесь вместо привычных словосочетаний, спокойных и важных, таких, скажем, как «Совещание по электронным явлениям на поверхности полупроводника» или, скажем, «Конференция по применению математических методов обработки результатов спортивных соревнований», на вас неожиданно обрушивается:
Академия наук СССР
Национальная Академия США
Академия наук Армянской ССР
Симпозиум Связь с внеземными цивилизациями
Именно так — без всяких оговорок, без каких-либо смягчающих «к вопросу о…», четко и определенно. Тема, еще вчера считавшаяся монополией фантастических романов, стала поводом для серьезного международного собрания ученых. Причем ученых, как сейчас принято говорить, экстракласса — физиков, математиков, астрономов, биологов, историков, социологов, химиков с мировыми именами Ученых, представляющих науку в самом высоком и чистом смысле этого слова.
Что же изменилось? Что произошло? Может быть, появились какие-либо новые факты? Зарегистрированы обнадеживающие сигналы? В космосе обнаружены признаки жизнедеятельности?
Нет, ничего этого не было. Фактором совсем иного рода объясняется всплеск оптимизма, наблюдаемый в последнее время в отношении к проблеме контактов с внеземными цивилизациями, или, как ее часто называют, к проблеме CETI (предложенное несколько лет назад чехословацким ученым Р. Пишеком название проблемы на английском языке «Communication with Extra Terrestrial lntelligens» и его сокращение «СЕТI» — русское звучание «сэти» — пользуется популярностью, в частности, потому, что «СЕТI» — это родительный падеж от латинского «CETUS» — «КИТ», а сравнительно близкую к нам звезду — τ-Кита специалисты считают одним из возможных центров внеземной цивилизации). Всплеск оптимизма, переход от фантазирования и благих пожеланий к реальной постановке проблемы объясняется успехами на широком фронте науки, успехами, которые привели к глубокому пониманию основных аспектов проблемы CETI.
Для большинства людей, по-видимому, вопрос о самой связи с другими разумными мирами, вопрос о контактах с ними уходит на второй план, потому что для большинства людей открытым остается главный вопрос: а есть ли вообще эти «другие миры», есть ли с кем устанавливать связь? Уже сама мысль о том, что не только в воображении литераторов, но и на самом деле, в металле и камне, существуют на далеких планетах огромные города с высотными домами и шумными заводами, что живут в этих городах настоящие, из плоти и крови разумные существа со своими радостями и проблемами, со своими гениями и неудачниками, сама мысль об этом, подобно диссонирующему аккорду, вызывает внутренний протест, требует доказательств, доказательств и только доказательств.
От сомнений, по-видимому, не застрахованы даже оптимисты. Не случайно же анкета, розданная участникам симпозиума (он проходил в Армении, во всемирно известной Бюраканской обсерватории), прежде всего интересовалась: «Допускаете ли Вы, что наша цивилизация единственная: а) в наблюдаемой области Вселенной, б) в нашей Галактике?» И хотя в большинстве анкет не только в пункте а), но и в пункте б) было достаточно твердо заявлено: «Не единственная…», это не может быть принято как достоверное доказательство. Вопросы не из тех, которые решаются голосованием.
И все-таки…
В нашей Галактике около 1011 (сто миллиардов) звезд. В наблюдаемой области Вселенной около 1010 (десять миллиардов) галактик. Всего в видимой нами Вселенной должно быть приблизительно 1021, т. е. 1 000 000 000 000 000 000 000 звезд.
Огромность этого числа представить себе довольно трудно.
Чтобы собрать столько — 1021 — песчинок, нужен сосуд в 1000 км3, а это по объему несколько Эльбрусов. Для размещения библиотеки, в книгах которой содержится 1021 букв (не страниц, не строчек, а именно букв!), понадобится книжный стеллаж из 10 млн. полок, каждая длиной от Земли до Луны. Чтобы просто пересчитать такое количество — 1021 — предметов, затрачивая на каждый лишь 1 с и работая без отдыха круглые сутки, человеку понадобилось бы чуть ли не миллион миллиардов лет.
Вот что такое число 1021, показывающее, сколько во Вселенной звезд, ближайших родственников нашего Солнца. Оно, если вдуматься, должно производить ошеломляющее впечатление даже на самых осторожных скептиков. Пусть одна внеземная цивилизация приходится на миллион звезд. Пусть одна на миллиард. Пусть, наконец, одна на тысячу миллиардов… Даже в этом последнем случае во Вселенной должен быть миллиард внеземных цивилизаций.
Число звезд во Вселенной — 1021 — очень большое число. А в мире больших чисел надежно работает теория вероятностей. (Подброшенная 10 раз монета может случайно все 10 раз упасть на «орла», но уже после нескольких тысяч подбрасываний число «орлов» и «решек» практически окажется одинаковым.) А это значит, что, если появление внеземных цивилизаций — сокращенно ВЦ — процесс достаточно вероятный, то интуитивное «не единственная…» превращается в достоверную, научно обоснованную истину.
Какова же его вероятность, этого самого процесса? Насколько типичен путь, который в известном участке Вселенной прошел разреженный межзвездный газ, превратившись в итоге в планету с 500 тыс. видов растений, 2 млн. видов насекомых, с 100 тыс. видов позвоночных животных и с этой удивительной «большой системой» — человеческим обществом?
Работа симпозиума «Связь с внеземными цивилизациями» в основном проходила в форме тематических дискуссий. Все его участники сидели за большим П-образным столом и после выступления основных докладчиков («инициаторы дискуссии») свободно обсуждали ту или иную проблему. И именно оценке вероятности возникновения ВЦ было, по сути дела, посвящено пять из семи таких дискуссий. Вот их темы:
«Проблема планетной астрономии. Космогония. Перспективы обнаружения других планетных систем».
«Планетная биология. Происхождение жизни. Возможность существования жизни на других планетах».
«Эволюция разума и технического общества на Земле».
«Закономерности развития космических цивилизаций».
«Возможность существования цивилизаций на известных астрофизических объектах. Астроинженерия. Возможность использования неизвестных законов природы».
Самым вероятным объектом для возникновения жизни считаются планеты, т. е. сравнительно небольшие небесные тела, вращающиеся вокруг источника энергии — звезды. Правда, на симпозиуме были названы и другие удобные для развития жизни объекты, в их числе старые, остывшие звезды, кометы и даже межзвездная среда. И все же наибольшее внимание уделялось планетам. Это вполне объяснимо: о том, что планета — удачное место для возникновения жизни, говорит не только теоретический анализ, но и достоверный, пусть пока и единственный «экспериментальный» факт.
По мнению некоторых теоретиков, образование планет путем конденсации диффузной разреженной материи — процесс типичный. О высокой вероятности существования планетных систем говорит, в частности, анализ собственного вращения звезд разного возраста. Резкое уменьшение момента вращения многих звезд на определенной стадии можно объяснить только тем, что у них появились планетные системы. Кстати, на долю нашей звезды — Солнца — сейчас приходится лишь 2 % вращательного момента Солнечной системы.
К сожалению, прямое наблюдение планет, даже у ближайших звезд, встречает непреодолимые пока технические трудности. Это связано, в частности, с очень малой яркостью планет, из-за чего они просто теряются на фоне пылающих звезд. Пока экспериментально удалось обнаружить признаки планет лишь у двух-трех далеких звезд. Причем все это пока косвенные данные, достоверно никто не может назвать звезду, кроме нашего Солнца, у которой есть планеты.
И все же можно считать, что с вероятностью существования планетных систем дело обстоит более менее благополучно. Вероятность эта оценивается довольно высоко, серьезных возражений против такой оценки нет.
