Окончив пение, все встали, поклонились друг другу и пропели церковный стих из канона Пасхи:
Богоотец убо Давид,пред сенным ковчегом,скакаше играя,людие же божий святииобразом сбытые зряще,веселимся божественно,яко воскресе Христос,яко всесилен.
Затем Анфиса торжественным голосом произнесла:
«Сие есть реченное пророком Иоилем: и будет в последняя дни, глаголе Господь, излию от духа моего на всякую плоть и прорекут сынове ваши и дщери ваши и юноши ваши видения узрят, и старцы ваши сопия увидят, ибо на рабы моя и на рабыни моя во дни оны излию от духа моего, и прорекут».
Едва Анфиса успела произнести последние слова, все, взявшись за руки, пустились плясать, припевая:
Погодушка подувала,Сине море всколыхала,Все мосточки разорвала:Все святые испугались…Один дух Святой осталсяИ в гусельки заиграл;Всех он верных созывалИ в келейну собиралУж вы верны, уж вы верны,Приидите все в моленну;Все попарно и сходились…Уж вы знайте, уж вы знайте,Одевайте всяк свово.– Уж мы знаем, уж мы знаем,Одеваем всяк свово!
Прыгали и плясали долго, до полного изнеможения, рубахи сползали, и продолжали прыгать обнаженными, мужчины и женщины, проделывая непристойные движения, принимая сладострастные позы.
Особенно безобразничали, доходя до неистовства, Распутин и Анфиса: совершенно голые били друг друга по разным частям тела, подпрыгивали, расходились, потом, обнявшись, пускались в дикую пляску, становились на четвереньки, причем Анфиса быстро вскакивала, садилась верхом на Распутина и подпрыгивала на нем, держа его руками за волосы.
Кешка также не отставал в «радении», хотя до экстаза не доходил. Он тихо и плавно подплясывал с молодой белолицей «отроковицей», целовал, гладил ее груди и никак не мог дождаться конца «радения».
Между тем кругом все прыгали и вертелись в безумном вихре, и из уст раздавались таинственные звуки: «ой, дух! ой, дух! царь Бог! царь Бог! царь дух! царь дух!»
Наконец Анфиса остановилась, и за ней все собрание также притихло.
Вся экзальтированная, со сверкающими глазами, бледным нервным лицом, голая, с распущенными волосами, она стала сдавленным, взволнованным голосом петь:
Грядите, невесты,В чертоги небесны,Жених вас встречает.Любезно принимает…Он всех нас урядит,Близ себя, прикрывши, посадит…
Распутин отвечал, весь всклокоченный, с трясущейся бороденкой:
Лицам к лицу…И всех к творцу.
Анфиса затем, дико прыгнув к Распутину, шипящим, страстным голосом крикнула: «Туши огонь».
Четыре стенных лампы быстро потушены, и все собрание, попарно, бросилось на пол, повторяя:
Уж мы знаем,Уж мы знаем,Одеваем всяк свово…
И во мраке темной ночи, в доме Анфисы Филимоновой, началось нечто страшное, кошмарное, когда страсть перешла все границы дозволенного природой и сгорела в стихийном вихре безумного, дикого сладострастия, полного муки и жгучего наслаждения.
Историческая справка о хлыстовстве
Наши неопубликованные в России источники относят начало хлыстовства к царствованию Алексея Михайловича, 1645 году, когда во Владимирской губернии, Муромского уезда, Стародубской волости, Егорьевского прихода, на гору Городину «спустился будто Бог-отец с неба в превеликой славе, с силами небесными, на огненных облаках, в огненной колеснице. Силы небесные вознеслись, а верховный гость, превышний Бог, стал виден на горе в образе человека «Данилы Филипиовича».
Это сошествие Бога-отца считается у хлыстов вторым. Содержание учения этого следующее: «Господь-Бог просветил божественным учением Иерусалим, а Данила Филиппович, имея с ним одинаковые свойства, просветил Россию, начавши это образование с Костромы, которую и называют верховною страною. На этих началах создана длинная повесть, передаваемая в виде страд, на память, «ибо Данила Филиппович, не имея земного начала, имеет непосредственное сношение с св. духом, от которого получает все наставления, по которым и творит чудеса.
Посему, явившись на землю, он все книги свои кинул в Волгу, как ненужные, и установил не иметь книжного научения, а руководствоваться преданиями его и вдохновениями пророков их веры.
За 15 лет до сошествия родился у него, по предсказанию пророков, сын Иисус Христос, по имени Иван Тимофеевич, от столетней бабы (крепостной помещика Нарышкина), в сорока верстах от города Мурома, в селении Максаков». О новорожденном говорится, что, когда ему исполнилось 33 года, его позвал верховный богатый гость Данила Филиппович, живой бог Костромской губернии, в деревню Старую, где и дал ему божество в своем доме. После того оба они три дня сряду возносились на небо при свидетелях. Иисус Христос, а в мире названный Иван Тимофеевич, возвратился в свое жилище, где и начал проповедовать учение Бога-отца, Данилы Филипповича, по 12 заповедям:
Из них наиболее замечательны следующие:
1) Аз есть Бог, пророками предсказанный, сошел на землю для спасения душ человеческих. Нет другого бога, кроме меня.
2) Хмельного не пейте, плотского греха не творите. Неженатые не женитесь; женатые разженитесь. На свадьбы и крестины не ходите.
3) Заповеди содержите в тайне, ни отцу, ни матери не объявляйте.
4) Святому Духу верьте.
Догмат «плотского греха не творите» хлыстами понимается крайне своеобразно, и они допускают, после «радений», половые совокупления «в свалку». Мотивируется это тем, что Господь-Бог, по неизреченной милости своей, снисходит к слабостям бренного человека. Да и то не есть блуд, когда брат с сестрой, по взаимной склонности, имеют плотскую любовь, а блуд и скверна есть брак законный, «яко противный Господу».
С Иваном Тимофеевичем жила девица, названная дочерью Бога. Когда эта вера начала распространяться, то по повелению царскому Ивана Тимофеевича схватили и пытали с 40 учениками; ему дали столько плетей, сколько в сложности дали им всем вместе, но не узнали, в чем именно заключается вера.
Тогда царь велел привести их в Москву; сперва допрашивал патриарх Никон, но, не успев ни в чем, передал к боярину Морозову, который, поняв (будто бы) святость Ивана Тимофеевича, от допросов по болезни отказался; тогда передали его князю Одоевскому, который и пытал его на Житном дворе: жег его малым огнем, повеся на железный прут, потом жег в больших кострах; пытали его также на Лобном месте и, наконец, распяли на стене у Спасских ворот, идя в Кремль, на левой стороне, где ныне часовня…
Когда Иван Тимофеевич испустил дух, стража сняла его с креста, а в пятницу его похоронили на Лобном месте, в могиле со сводами, а с субботы на воскресенье он при свидетелях воскрес и явился к ученикам своим в Похре.
Тут снова он был взят, предан жестоким пыткам и вновь распят на том же месте. С него была снята кожа; но одна из его учениц покрыла его простынею, которая образовала его новую кожу и проч…
Он снова воскрес и еще более начал приобретать последователей, называя себя Богочеловеком; его называли стародубским Христом Спасителем. Наконец, был он взят в третий раз и обречен на жестокие мучения; но в этот раз избег таковых по случаю рождения у царя Алексея Михайловича сына Петра Алексеевича, и это потому, что будто царице было пророчествовано, что она тогда только разрешится благополучно, когда освободят Ивана Тимофеевича.
С этого времени Иван Тимофеевич стал будто явно жить в Москве, спокойно проповедуя веру свою в продолжении 30 лет. Дом, в котором он жил, и доселе называется у хлыстов Новым Иерусалимом. «Когда же превышний Бог, гость богатый Данила Филиппович из деревни Старой на сотом году прибыл в Москву в дом возлюбленного сына своего Ивана Тимофеевича и вознесся на небо при свидетелях, в день св. Василия, то начали считать и новый год уже с этого времени.
После того Иван Тимофеевич был выслан из Москвы и скитался 15 лет, а когда гонение утихло, он возвратился обратно в Москву. Иван Тимофеевич умер в день св. Тихона», показав пример своего терпения и благочестия на земле; он хотя и был воплощенный сын Божий, но тело его похоронено у церкви св. Николы в Грачах, откуда он вознесся в славе своей при свидетелях дпя соединения с отцом своим.
Впоследствии учение хлыстов нашло много последователей. Из указа императрицы Анны Иоанновны от 7 июня 1734 года, последававшего из святейшего синода для всенародного известия, видно, что хлыстовская ересь была уже и тогда чрезвычайно распространена, что в числе последователей ее «собирались в праздники, по ночам, разных чинов люди, старцы и старицы», то прежде этого были уже известны в этой ереси «разного звания духовных и светских чинов люди обоего пола» и проч. Сверх того, как ныне открыто из подлинных современных дел, в секте этой находились многие князья и княгини, бояры и боярыни и другие разных чинов помещики и помещицы; из духовных лиц архимандриты и настоятели монастырей, также целые монастыри обоего пола – все, без изъятия.
