Правда сейчас не самый подходящий момент, чтобы выяснять отношения.
— Она не драконница, но кое-что с драконами ее связывает, — обронил Итэн и помолчал некоторое время, словно собираясь с мыслями. Меня же снедало жгучее любопытство, что же меня связывает с этими чешуйчатыми?
Понимая, что мой вид и мой голос как красная тряпка для Итэна, я тихонька присела в сторонке, ожидая, что прямо в эту секунду я наконец приоткрою завесу тайны своей прошлой жизни.
— Ланария, — начал Итэн и слегка скривился, словно даже имя его бывшей пассии доставляло ему внутренний дискомфорт, — была очень талантливым и сильным магом. Она путешествовала между мирами, собирая информацию о представителях других рас. Выведывала сильные и слабые стороны их магии. Но больше всех остальных ее поразил Лаакрас, наш мир. Это сейчас я понимаю, что она искала подопытного кролика для своих экспериментов с фамильярами, но тогда я был влюбленным болваном, который пошел против своего рода, выбрав женщину не из драконов. Так я попал на Эллорган. Пошел вслед за чистой и светлой любовью.
Итэн горько ухмыльнулся и, видимо не удержавшись, все-таки бросил на меня короткий нечитаемый взгляд.
— Поначалу мы были сильно увлечены друг другом, так что Ланарии было не до магии, но вскоре амбиции взяли свое. Ланария мечтала создать нового, уникального по своим магическим особенностям фамильяра. Обычно фамильяры на Эллоргане обладали лишь одним магическим даром, Ланария же собиралась создать такое существо, которое бы превзошло всех остальных. Она пыталась создать дракона, но ничего не выходило.
Я посмотрела на Баззла и задумалась, а вымахает ли он до размеров трехэтажного дома? Хм.
Немного подвинувшись, словно желая наконец освободиться от магических пут и размяться, Итэн продолжил:
— Однажды к ней пришла идея, хотя я более чем уверен, что она изначально планировала поступить именно так, просто привязывала меня к себе покрепче, чтобы я даже не задумывался о том, что творю…
Только посмотрите на него. Бедный, охмуренный чарами любви дракончик, сам не ведал, что творит. Любят же иногда эти мужики свалить всю ответственность на женщин. Тьфу.
— … Так вот, Ланария предложила мне поделиться с ней своей кровью.
Все интереснее и интереснее. Чудесатее и чудесатее. Не то, чтобы я была особо брезгливой, но, по-моему, обмен кровью это чересчур. Похоже Ланария была той еще штучкой и ради своих планов готовой пойти на все.
Задумалась. А разве я сама не готова пойти на все, лишь бы восстановить радужный кристалл и вдохнуть магию и жизнь в Гарда? Со сколькими трудностями пришлось столкнуться, но я упорно держалась за свою миссию и продолжала идти дальше, хотя уже сотню раз могла плюнуть и оставить все как есть. Может и во мне горят амбиции? Ведь как гласит история, ни одно самое мощное заклинание с обеих сторон не сумело восстановить целостность разрушенного кристалла. Там, где другие потерпели неудачу, я верю, что у меня все получится. Похоже у меня с Ланарией общего больше, чем я думала. Ведь по сути я и она — это один человек?
Но уйти в дебри философии мне не удалось, Итэн продолжил свой рассказ, насквозь пропитанный презрением, досадой и, как мне показалось, некой тоской.
— Она хотела мою кровь не для своих магических опытов, так она сказала, а для того, чтобы мой дракон наконец ее принял. Несмотря на мои чувства к Ланарии, зверь внутри то и дело раздражался, возмущался и нервничал. Теперь то уж дела обстоят совершенно иначе…
На этом месте Итэн снова зыркнул в мою сторону. Вот не может никак удержаться.
— Проведя с помощью магии обряд с моей кровью, Ланария связала нас. Мой дракон почувствовал в ней родственную душу и с тех пор считает своей парой. Можно сказать, Света, что в тебе есть частица меня, — неожиданно Итэн обратился прямо ко мне, заставив вздрогнуть.
Непонятно от чего я взволновалась больше. От его взгляда в упор или от последней реплики. Рада ли я соседству частиц Итэна рядом с моими? Не знаю. А то, что они там были, где-то внутри меня, я не сомневалась. Иначе бы дракон Дэрка на меня не позарился. Еще мне было интересно, сказывалась ли драконья кровь на моих способностях? Были ли какие-то дополнительные бонусы помимо того, что я стала ходячей валерьянкой для драконов?
Дэрк за все это время не произнес ни слова. На лице ноль эмоций, но взгляд задумчивый.
— Позже Ланария сумела создать несколько драконьих яиц, но признаков жизни они не подавали. Тогда она, благодаря своей власти над моим драконом, заперла меня внутри моей второй ипостаси без возможности вернуться обратно в человеческое тело.
— Она насильно сделала из тебя фамильяра, — резко выдохнула и прикрыла ладонью рот.
Вот вам и великая создательница самого могущественного фамильяра. Выходит, единственный фамильяр, которого действительно сотворила Ланария — мой Баззл.
— Какая сообразительная, — язвительно уколол меня Итэн.
Да я вообще этому грубияну чешуйчатому и слова не скажу! Я понимаю, его предала любимая женщина, но ведь лично я не приложила к этому свою руку. Более того, вообще-то освободила.
— Повежливее, — холодно напомнил Дэрк, — Если бы не Света, ты бы до сих пор сидел внутри второго Я. И не факт, что просидел бы долго.
Вот-вот, не беси меня дракончик. Я-то разумеется добрая и пушистая, но такое несправедливое отношение может и святошу довести до белого каления. А я далеко не святоша. Но вслух сказала следующее:
— Я не в курсе злодеяний своей прошлой жизни. А если бы была, стала бы тебя освобождать? Поразмышляй на досуге. Поэтому, буду крайне признательна, если впредь ты будешь держать себя в руках и свои обиды оставишь при себе.
