— Как жаль Ленни Голдена! — с сокрушенным видом покачал головой официант, снимая с тележки горячее блюдо с яичницей и беконом. — А ведь он здесь частенько обедал. Нам всем будет его недоставать.
— Что ты там бормочешь? — буркнул Купер, пододвигая стул к столу.
— Как же, мистер Голден попал в ужасную автокатастрофу.
— Но с ним-то все в порядке?
— Машина, на которой он ехал, рухнула в пропасть.
— Я спрашиваю: с ним самим все в порядке?!
— Нет, мистер Тернер. Он… он мертв. Не веря собственным ушам, Купер потряс головой. Нет, только не Ленни! Его друг Ленни.
Это не может быть правдой!
— Откуда вы знаете? — спросил он.
— Об этом говорят во всех выпусках новостей. Простите, мистер Тернер, я думал, вы знаете.
— Нет, — тупо ответил Купер. — Нет, я не знал.
Алекс приехал в свой офис с большим опозданием. Его мучало чудовищное похмелье. Единственное, что осталось в памяти после вчерашнего вечера, так это поток оскорблений со стороны матери. Она издевалась над ним при каждой их встрече, доводя Алекса до белого каления — до такого состояния, в котором он терял способность мыслить здраво. Вот и теперь из-за нее он пропустил важнейшую встречу со своими сотрудниками, отвечавшими за выбор натуры и продюсерскую часть. Оскорбившись, те уехали, не став его дожидаться.
— Доброе утро, Алекс, — с ноткой неодобрения приветствовала патрона его помощница Лили. — Или, может быть, добрый день?
— Знаю, знаю. Я должен был быть в девять, — пробубнил он. — У меня тут всякие непредвиденные обстоятельства.
— Я звонила тебе домой, — пристально глядя на него, сказала Лили.
— Должно быть, я выключил телефон.
— Хм-м…
Его вторая помощница Франс принесла чашку горячего чаю.
— Выпей, — категоричным тоном велела она. — Потом сам скажешь мне спасибо.
Алекс едва подавил рвотный позыв, чуть было не заблевав свой письменный стол.
— Отправьте Тин Ли букет цветов, — пробормотал он.
— На какую сумму? — осведомилась Франс.
— На большую, — злясь на самого себя, ответил Алекс. Бог знает, через что он заставил пройти эту несчастную девушку. Неудивительно, если теперь она перестанет с ним здороваться.
— Алекс, — начала Лили, — ты слышал новость относительно Ленни Голдена, мужа Лаки Сантанджело?
— Какую новость?
— Он попал в автомобильную катастрофу.
— Где?
— На Корсике. Машина, в которой он ехал, упала со скалы.
— Господи Иисусе! Когда это случилось?
— С утра передали по радио. Лаки говорила ему, что на выходные собирается поехать к мужу, вспомнилось Алексу.
— Лаки была с ним? — нетерпеливо спросил он.
— Не знаю, — разводя руками, ответила Лили. — Про это ничего не сообщали.
— Соедини меня с Фредди.
— Сию минуту, Алекс, — заторопилась к телефону Лили.
Смеясь и наперебой обсуждая вчерашнюю вечеринку и потрясающее фотографирование в студии Люка, Бриджит и Нона шли вниз по Мэдисон-авеню.
Только сейчас Бриджит начала понимать, как ей недоставало ее лучшей подруги и как здорово иметь Нону своим менеджером. Вместе они могут свернуть горы. Они всегда приносили друг другу удачу.
Когда девушки проходили мимо газетного киоска на 65 — й улице, внимание Бриджит привлек крупный заголовок на первой полосе «Нью-Йорк пост»: «ЛЕННИ ГОЛДЕН ПОГИБ АВТОКАТАСТРОФА НА КОРСИКЕ. УЖАСНАЯ СМЕРТЬ КИНОЗВЕЗДЫ».
— О, мой Бог! — выдохнула она, вцепившись в Нону. — О, мой Бог! Нет! Нет!! Не-е-ет!!!
Для Донны Лэндсмен новость не явилась неожиданной. Закончив читать газету, она улыбнулась самой себе. Все шло как надо.
«Лаки Сантанджело… Что чувствует сейчас эта сука? Что она ощущает, потеряв мужа, как некогда я?
Как тебе это понравится — остаться одной с тремя детишками на руках?
Что ж, сука, теперь узнаешь!
И могу тебя уверить: это только начало».
Глава 14
Лаки сидела неподвижно, уставившись прямо перед собой. Она знала, что должна, наверное, плакать, кричать, делать что угодно, только не сидеть в этой ледяной неподвижности, сковавшей ее и просочившейся в каждую пору ее тела, утратившего способность чувствовать.
Ленни мертв.
Ее Ленни больше нет.
А она тем не менее остается в здравом уме. Вот только жизнь вокруг нее, кажется, затормозила свой бег и движется словно в замедленной съемке.
Лаки онемела от горя. Опустошение царило внутри нее. А слезы… слезы не шли.
Она сидела на постели Ленни в гостиничном номере далекой страны, ее муж был мертв, а она не могла плакать.
Маленькая Лаки Сантанджело. Ей было пять лет, когда она нашла изуродованное тело матери, плававшее в их бассейне; двадцать пять — когда убили Марко, ее первую настоящую любовь; она была еще моложе, когда застрелили и на ходу выкинули из машины ее брата Дарио.
Насильственная смерть была старинной подружкой семьи Сантанджело. Лаки слишком хорошо знала, что кроется за этими словами.
Теперь нет и Ленни, но здесь другое. Случай.
Или она ошиблась?
Лаки попыталась вспомнить, как все было.
Будь оно проклято, это «как все было»!
Вот она приезжает из аэропорта в отель. Берет у удивленного клерка ключ от номера Ленни. Замечает на двери табличку «Просьба не беспокоить».
Бросив свой мир, она прилетела в мир Ленни и была разочарована, обнаружив, что его здесь нет.
Постель была не заправлена, в комнате царил кавардак. Что ж, Ленни никогда не отличался аккуратностью в быту.
Мелочи, мелочи, мелочи… Она подмечала их одну за другой. Переполненные пепельницы на тумбочках по обе стороны кровати. Почти пустая бутылка шампанского. Два бокала, один из которых — со следами губной помады. Из-под кровати выглядывает смятая шелковая ночная рубашка. Женская.
ЭТО, ДОЛЖНО БЫТЬ, НЕ ЕГО НОМЕР!
Нет. Его. На столе лицом книзу лежит фотография — ее и детей. Повсюду разбросана одежда Ленни, его сценарий, телефонная книжка, любимая серебряная ручка — точно такая же, как у Лаки, которую она купила ему в «Тиффани».
Пытаясь отыскать мужа, она позвонила в офис съемочной группы. Лаки не знала, что к тому времени в выпусках новостей уже сообщили о чудовищной катастрофе, происшедшей на горной дороге.
За ней приехали представитель продюсера и исполнительный директор картины, посадили в машину и куда-то повезли по извилистому горному серпантину. А потом они стояли и, словно в кошмаре, смотрели, как спасательные команды пытаются извлечь искореженные остатки автомобиля. Он падал в пропасть глубиною в несколько сот футов, прежде чем удариться о скалы, загореться и, наконец, рухнуть в морские волны.
Чувствуя, как ее переполняет ужас, Лаки уже тогда поняла, что никогда больше не увидит Ленни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
