Ее кожа была будто покрыта велюром, грива — нежная и шелковистая на ощупь. Грустный влажный глаз внимательно смотрел на меня. И маленький блестящий рог сверкал во лбу. В какой-то момент мне показалось, что это не рог, а искусно сделанный муляж. Но много ли я понимаю в чужих рогах?
— Хотите покататься? — спросил вдруг мужчина.
Ну вот, началось.
- Мне, пожалуй, пора. Благодарю Вас за компанию, — я развернулась и собралась вернуться в дом Дэна. Но было поздно.
Крепкая рука закрыла мне рот и зажала нос. Вторая прижала к туловищу руки. Сквозь стремительно надвигающуюся темноту и удушье, я услышала голоса. Много голосов. Дэн, Феликс, и тот, кто назвался моим отцом. Проваливаясь в забытье, я подумала, что мои мужчины не подведут и не бросят в беде глупую безрассудную девчонку.
***
Хоть Дэн и понимал, что Дамир и Феликс правы, но все же не мог найти в себе силы отпустить Валерию. Даже ненадолго. Даже с возможностью видеть ее каждый день. Разум вопил: так правильно, не нужно скрываться, врать, прятаться. И главное, так лучше для нее. Но не мог. Не хотел.
Визг охранного артефакта избавил его от тяжелой беседы. Рванувши вверх по лестнице, туда, откуда шел сигнал, возле дверей комнаты Леры он увидел двоих мужчин. Не теряя ни секунды, он бросился на них. В тот самый миг, когда к нему на помощь подоспели Дамир и Феликс, чуть дальше по коридору из дверей его комнаты повалил дым.
— Туши пожар, — заорал Феликс, — с этими мы сами справимся.
Сорвав пылающую портьеру, набросил на нее толстое одеяло. С пожаром Дэн справился быстро, а вот с удушающим дымом еще пришлось повозиться. Открыв настежь окно, Дэн повел носом. Что такое? Неужели ему почудился ее запах? Развернувшись вокруг своей оси, он бросил взгляд на стол. Пустой стол. Оставленная на видном месте метла исчезла. Судя по запаху, девчонка была здесь совсем недавно. Крайне не предусмотрительно с его стороны. К ней вообще не тетушку Эдит нужно было приставлять, а искушенных в своем ремесле охранников.
Широкими шагами Дэн вышел из своей комнаты и отправился к Валерии.
Возле ее двери Феликс, решив не ждать блюстителей закона, самолично кулаками выбивал у одного из пойманных мужчин признание.
— Они из Черного крыла. Это очевидно, — нахмурился Дамир. — Они начали действовать раньше, чем мы ожидали.
Он начертил в воздухе руну, а луч, вырвавшийся из амулета на его шее, эту руну оживил.
— Феликс, остановись. Мы отправим их во дворец. Там дознаватели мигом вытрясут из них признание. Дэн, у нас нет выбора. Собирай Валерию и Эдит. Вы отправляетесь с нами.
Но в это самое время, бело-черной горой из комнаты Леры выбежала Эдит.
— Сбежала! Сбежала! — орала она.
— Выкрали, — выдохнул Дамир.
На крики тетушки и черных вампиров выбежали заспанные Роби и Тэйд.
Оставив Феликса охранять нарушителей, вся эта разношерстая толпа выбежала на улицу.
— Так, рассредоточились и ищем ее по всем направлениям.
— Не помните бамбук, — пыхтела Эдит, стаскивая с внезапно раздувшейся меховой груди тесную ночную рубаху.
— Оборотни, вы ее не чуете? — спросил Дамир и бросился вслед за Дэном, явно взявшим след.
— Вон она, — заорал Тэйд.
— Лови его! — подхватил Роби.
Под одиноко горевшим фонарем, на вымощенной камнем дороге, стояла темная карета. Мужчина в темном камзоле и высокой шляпе, держал в своих руках обмякшее тело. Всего нескольких мгновений не хватило оборотням и Дамиру, чтобы выхватить девушку из рук черного вампира. Карета вместе с похитителем и девушкой исчезла. Растворилась в воздухе.
— Это Оддо Сируэл. Он все-таки добрался до нее. Я слишком долго возился, — сказал почти убитый горем Чутха.
— Немедленно собираем прайды, — сжав кулаком сказал Дэн.
— Я думаю, Белое крыло поддержит нас, отец?
— Слишком много будет жертв, ребята. Это моя битва. Очевидно, что Сируэл задумал отомстить мне лично. Так что никого не нужно собирать. Я сам отправлюсь к нему.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Договорившись о скорой встрече во дворце Желтого Крыла, Дамир Чутха исчез в портале вместе со своими пленниками.
Оставшиеся возле дома Феликс и Дэн внимательно смотрели вслед Дамиру.
— Это может быть ловушкой.
— Я просто уверен, что это ловушка. Я пойду с отцом, Дэн. Я не имею права оставлять его одного.
— Я иду с вами, — непререкаемым тоном ответил Дэн.
Следующий час мужчины внимательно изучили все следы в надежде найти какие-либо улики.
— Вероятно, те двое, которых мы поймали в доме, были посланы за Валерией, и она сбежала от них. И тогда на улице ее перехватил тот, третий. Но я не понимаю. Зачем!? Что им нужно от нее?
— Дэн, я думаю, они узнали, что она дочь моего отца.
— Я другого не понимаю. Почему она не кричала, не позвала на помощь?
— Потому что это Валерия. Упрямая. Вздорная. Непослушная. И еще сотня различных «не».
— Нам не нужно горячиться, а стоит дождаться предъявления их условий. Я уверен, что они вскоре нам их озвучат.
— И спокойно ждать, пока они держат ее у себя? Феликс, это же ужастики! Ты же знаешь, какие о них ходят слухи.
- Дэн, не горячись. Если бы ее хотели убить, она была бы уже мертва. А если совершили похищение, значит, она им нужна живой. Я, если честно, не удивлюсь, что она не случайно в наш мир переместилась.
Глава 37. Золотая клетка
Я очнулась. Но глаза открывать не тороплюсь. Последнее время каждый раз, когда я просыпаюсь и открываю глаза, у меня начинаются неприятности.
Полежав неподвижно какое-то время, я все же решилась осмотреться. Первое, во что уперся мой взгляд, это неподвижно застывший полог из белой полупрозрачной ткани. Что-то совсем не понятное просвечивало через эту ткань. Темное и мрачное. Я в пещере? Но воздух не был затхлым. Скорее, вокруг витал аромат пряностей. Немного резкий, но вовсе не противный. Кстати, о противном. Я вспомнила ледяную руку, перекрывшую мне кислород. Холод ее проступал даже сквозь кожаные перчатки. От этих воспоминаний у меня по спине побежал холодок.
Я пошевелила рукой, разгоняя кровь. Под ладонью оказалась шелковистая ткань. Я осторожно приподняла голову и тотчас села, возмущенно пыхтя.
Да, я лежала на кровати. Под белоснежным пологом. Но вся эта красота вместе со мной находилась в клетке. Золотой! Я даже на зуб один из прутьев попробовала. Не знаю, что там понимают ювелиры, прикусывая металл, но я кроме холода ничего не почувствовала. Оббежав свою клеть по кругу, я еще больше испугалась. А двери-то где? И, простите, ночной горшок?
Вдруг по ногам повеяло холодком. Я замерла, надеясь, что меня не заметит тот, кто беззвучной тенью сейчас крался вдоль решетки.
— Я вижу, ты уже проснулась? — прошелестел глубокий голос.
Это был мой похититель. Он вышел из тени так неожиданно и так близко от меня! Как он просочился сквозь прутья клетки?
Пожилой мужчина был очень красив. Той страшной, жуткой красотой, от которой трясутся поджилки. И даже не понятно, от ужаса или восхищения.
Конечно, мне было страшно. Но будто чья-то железная воля стала снимать с меня страх. Один лепесток страха за другим. И еще. И еще. И вот уже, сколько я не прислушивалась к себе, внутри меня теплился лишь интерес. Кто это? Что я здесь делаю и почему?
— Я не хочу, чтобы ты меня боялась, — он протянул мне руку. — Дотронься, не бойся.
Моя рука против воли легла в его руку. Обжигающий лед, а не прикосновение. А губы такие же холодные? И почему это я вдруг об этом подумала?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он улыбнулся. Наверное, читает мои мысли, или даже внушает их, засранец. Вот-вот, бровь удивленно поползла вверх. Читает, за-сра-нец.
— Как мило, — прошелестел он. — Ну, да я не в обиде. Хотя, нет…
И ужас таким тугим кольцом скрутил меня, что я, задыхаясь, согнулась пополам. Страх был столь силен, что каждая клеточка моего мозга завопила от боли. До белых точек перед глазами.
