— Ну и болтун, — недовольно поморщился Лай. — Понятно, почему его накрывали тряпьем. Я-то думал, чтобы наготу прикрыть. Ан нет — как попугая, дабы помолчал!
— А ты, — седой маг тут же обратил внимание на юношу. — И как тебя угораздило связаться с шакти? Учитель голову не открутит? Хотя, лично я бы не открутил. Отступники никогда не следуют условностям. Почему обязательно нужно ненавидеть воинов и зачем так рьяно уничтожать симпатичных девочек?.. И все из-за того, что некогда одна Локку рога наставила!
Лай недовольно нахмурился, наблюдая, как Кота склонилась над чреслами мужчины, пытаясь снять с его талии ошейник, и сурово указал магу:
— Постыдился бы, прикрылся тряпкой какой, — парню было очень неприятно наблюдать, как девушка прикасается к пленнику.
— Да ладно, не ревнуй! — насмешливо поднял густые брови отступник. — Во-первых, что-либо надеть сейчас невозможно. Во-вторых, шакти все равно, есть ли на мне одежда. У них, знаешь ли, природа такая. Для этой милой девочки нагота гораздо белее естественна, чем ворох тряпья, нацепленный на тело. Я вообще удивлен, почему она не в набедренной повязке… — захохотал худой человек. Острые ребра заходили ходуном, мешая Коте раскрыть магический круг на талии пленника. Не церемонясь, она дернула мага за ухо и приказала сидеть спокойно. Тот осекся и заговорил уже тише: — Видимо, благотворное влияние молодого локки. Но все равно, какая необычная пара — локки и шакти! Совсем, как в старые добрые времена!
— Долго еще? — ворчливо спросил Лай у сосредоточенной подруги. — Что так долго возишься?..
— Сам попробуй, — огрызнулась девушка, отбрасывая со лба взмокшую от пота челку и заодно отталкивая чересчур любопытного Кику, который норовил влезть между руками шакти и клеткой, чтобы было лучше видно, как девушка открывает замки. Лай за ухо оттащил грязного пацана и сунул тому кулак под нос.
— Ах, вот в чем дело! — отступник хитро сощурился, наблюдая за поведением парнишки. — Влюбился! Эх, и я в пятнадцать лет гонялся за каждой юбкой!
— Ничего не влюбился, — хмуро буркнул Лай, слегка покраснев. Бросил беспокойный взгляд на Коту, но та была увлечена сложной задачей и не вслушивалась в болтовню пленника. — К тому же мне еще тринадцать!
— Не смеши меня, парень, — Уоз снова засмеялся, но уже осторожно, стараясь не мешать девушке. — Какие тринадцать? Ты себя в зеркале видел? Такому богатырю все пятнадцать… если не шестнадцать. Да и не обманешь мага.
— Миген говорила, что я всегда был крупным, — разозлился Лай.
Лицо мага посерело, насмешливая ухмылочка растаяла без следа, глаза потемнели.
— Миген? — глухо повторил он. — Не может быть!
Глава 6
Уоз молча буравил Лая задумчивым взглядом. Кота же только облегченно вздохнула. Маг наконец-то перестал дергаться, и работа пошла быстрее. Она уже освободила шею, руки и торс, и теперь корпела над оковами ног. Уродливая конструкция железным кустом склонилась в сторону, осиротело разевая оскалы ошейников.
Лай хмурился и переводил обеспокоенный взор с девушки на темноглазого отступника. С одной стороны, ему было интересно, откуда тот знает мать. С другой, он хотел, чтобы Кота быстрее закончила с кропотливым делом. Грязный, подозрительно говорливый человек… почему она так возится с ним? Лай бы давно ушел, бросив и пронырливого Кику и лукаво косящегося на него седовласого мужчину.
— О, Водд, — пролепетал старый маг, сидящий за столом, и беспокойно пошевелился.
— Он очнулся! — взвизгнул Кика и метнулся к двери. — Бежим!
— От локки? — насмешливо фыркнул Уоз и мягко отстранил Коту. — Ну-ка, девочка, отойди немного… Главное — свободны руки! — Он с наслаждением потер ладони и хрустнул пальцами, не отрываясь, наблюдая, как дедок трясет седенькой бородкой, пытаясь прийти в себя. — Ну, Глом, пора поквитаться…
— Делов-то, — пожал плечами Лай и, выхватив меч из рук Коты, занес над магом, метясь рукоятью в левую часть лба — чтобы поставить и там шишку.
— Нет, — воскликнул Уоз. Длинные тонкие пальцы с силой распрямились, указывая в сторону Лая. — Он мой!
Парень вдруг замер с занесенным над головой мечом. Судорожно дернулся, но не смог даже чуть-чуть сдвинуться с места. Глянул на Уоза и зарычал от бешенства, поняв, что отступник заколдовал его!
Но Уоз не обращал на мальчишку внимания. Он уже что-то шептал, поочередно сгибая белые пальцы с хищно загнутыми ногтями. Глом с непонимающим видом все тряс головой и осторожно щупал здоровенную, — словно рог, — шишку на лбу. Качнувшись, он оглянулся и увидел за спиной обездвиженного Лая с занесенным мечом. Растерянно моргнув, пробормотал проклятие и обернулся на Уоза. Вздрогнув, криво усмехнулся и щелкнул пальцами.
— Место! — Все ошейники, с таким трудом снятые Котой, клацнув, точно собачьи челюсти, снова сомкнулись на теле Уоза.
И только потом заметил паутинообразный туман, который надвигался со всех сторон, аккуратно минуя Коту, Кику и Лая. Страшно закричав, Глом вскочил и взметнул руки вверх. Но селянская самогонка предательски подкосила мага. Локки рухнул на колени и захлебнулся собственным заклинанием. И тут старика настигла влажная синевато-серая паутина проклятия Уоза. Тело затряслось, словно от приступа страшной болезни, изо рта пошла кровавая пена, белесые глаза почти вылезли из орбит.
— Тебе надо было убить меня, старый дурак, — жестко сказал Уоз, с удовольствием следя за агонией. — А не хвастаться тем, что сумел поймать отступника! Даже завладев книгой, ты бы никогда не смог стать равным мне по силе… не говоря о том, чтобы победить без обмана.
Кота заворожено смотрела на умирающего локки. Кости, сжимаемые безжалостной сетью, с неприятным треском ломались и прорывали сморщенную кожу. Во все стороны летели капли крови, они вязко стекали со стен, орошали грязный пол и застывали неопрятными кляксами на одежде окружающих.
— Что это? — одновременно с омерзением и благоговением, спросила она. — Как такое возможно?..
— Магия, — пискнул Кика, прячась за спиной девушки.
Глом был уже мертв, но заклятие все еще сжимало его тело, выворачивая багровые ленты кишок и разливая по полу лужу крови. Кота отвернулась.
— Никогда не видела ничего подобного, — передернув плечами, прошептала она. — Это неправильно!
— Правильнее бы было, если бы Глом завершил свое заклинание? — Уоз, задетый за живое, обиженно вращал темными глазами. — Ты думаешь, что его магия была бы более гуманной? Нет, девочка, я видел, как он расправляется с врагами. Сила старика всегда была низменна и однообразна, но жестокостью славилась необыкновенной. Я лишь ответил ему тем же…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
