Читаем без скачивания Гробницы Немертеи - Марианна Алферова

— Объект найден. Какой именно раздел вас интересует?

— Немертея.

— Извольте. Озвучить или прочтете сами?

— Прочту.

— Извольте, — повторил компьютер, как видно, не располагавший большим запасом слов. Или, возможно, комп считал (и вполне справедливо), что тратить редкие слова на человеческих особей не стоит.

Текст тут же появился на экране, и Атлантида прочел:

«Типичный пример посредственной цивилизации, застывшей в своем развитии на тысячелетия. Причина тому — достижение уровня массового производства на раннем уровне цивилизации. Унификация и взаимозаменяемость, единая система…»

На этом месте, как прекрасно помнил профессор, электронная книжка у него в руках взорвалась. Здесь же, на Ройке, ничего пока взрываться не собиралось. Кроме кроватей. Атлантида вспомнил летающую пену своих неосуществленных сексуальных фантазий и поморщился. Итак… Он принялся читать дальше:

«…единая система управления посредством „золотой сети“ привели развитие цивилизации в тупик и поставили гуманоидов Немертеи на грань катастрофы. Как и всегда в таких случаях, цивилизация была обречена».

Платон нахмурился. Почему же он ничего не знал прежде об этой теории — о том, что золотая сеть Немертеи была частью системы управления? Только потому, что, презирая Брусковского, отмахнулся от его сочинений? Да, все остальное разумеется, чушь. А вот золотая сеть… Он подумал о Кате и ее объяснении: сохранение традиций. Посмотрел на часы. Время еще было. Он спешно вернулся в холл.

— Послушай, Ноэль, займись подготовкой нашего челнока к старту. И, кстати не забудь проследить, чтобы загрузили три ящика текилы. Все уже оплачено. Ты понял?

Тот молча кивнул. В просторном сером костюме, бритоголовый и помолодевший, он сейчас напоминал туриста с какой-нибудь тысячной Геи. Его слишком правильные черты лица можно было принять за результат биокоррекции.

— Мои волосы, — сказал Ноэль и отобрал у Платона голубой пакет.

— Не забудь про текилу, — повторил Атлантида и направился на поиски Кати.

— Катя? — переспросила девушка в фойе музея. Желтоватым цветом лица она немного напоминала мумию. Впрочем, наверняка это была искусственная кожа, только нанесенная несколько дней назад и потому изрядно увядшая. — У нас нет гида с таким именем.

— Она сказала, что адрес можно узнать у вас, — настаивал Атлантида. — Вчера она вела экскурсию в семь ноль-ноль по единому астрономическому времени…

Девушка мельком глянула на экран компа.

— Вчера был день стажеров… — Она окинула Платона странным взглядом с головы до ног, задержала взгляд на цветке кактуса в петлице, а также на вновь проступившем буром пятне. — Но у нас есть Катрин. Позвать ее?

— Да, будьте любезны.

Девушка вновь бросила странный взгляд на Атлантиду и нажала кнопку видеофона. Однако изображение не включила.

— Милочка Кэт, выйди в холл.

Платон повернулся на пятках…

Маленькая немолодая толстушка смотрела на Платона и игриво улыбалась. На ней был черный свитер в обтяжку и белые брючки. К тому же она почему-то выбрала кожу мертвенно-бледного оттенка.

— А где Катя? — проговорил он растерянно.

— Я — Катрин. Иногда меня называют Катей. — Толстушка жеманно улыбнулась.

— И это вы вели вчера экскурсию?

— Я, — не моргнув, отвечала толстушка. Голос у нее был совершенно иной — не Катин — это точно. Кто же тогда был с ним ночью и утром?

— И вечером ужинали со мной?

Толстушка изобразила смущение:

— Ну, конечно…

— И в каком ресторане?

— В «Вертикальной гробнице». Мы заказали железы псевдоскунса. Но вы отказались есть и предпочли жареную саранчу.

«Вчера у нее ноги были в два раза длиннее и живота не было… клянусь, у нее не было этого похожего на мячик живота, когда я ее обнимал! — подумал Платон, вновь окидывая взглядом полную фигуру. — И шея… и грудь… все другое… Или существует временная биокоррекция? Нет, никакая саранча не убедит меня, что я был вчера в постели именно с этой дамой».

— Послушайте, а вы знакомы с теорией Брусковского?

— Конечно. Это же светило!

Атлантида поморщился.

— Ну, хорошо… не потрудитесь ли вы мне более подробно рассказать о его теории единого управления планетой Немертея с помощью «золотой сети».

— В первый раз слышу о такой теории.

— Книга Брусковского «Система Ба-а»…

— Я ее знаю наизусть, — обиделась толстушка Катрин. — Там нет про единую систему управления ни строчки. Вот, смотрите, — она взяла электронную книгу. — «Типичный пример посредственной цивилизации, застывшей в своем развитии на тысячелетия. Причина тому — достижение уровня массового производства на раннем уровне цивилизации примитивными способами. Унификация и взаимозаменяемость, единая система ценностей — вот что означает примитивная цивилизация, конец которой всегда один — быстрое и необратимое вырождение». И все.

— Вызовите книгу в галактическом Интернете по тахионной связи.

— Вы мне не верите?

— Вызовите книгу, — настаивал Платон, потихоньку сатанея.

Катрин презрительно хмыкнула, но больше возражать не стала. Нужный абзац вскоре был найден. Абсолютно то же, что Атлантида только что прочел в книге. О золотой сети — ни слова. Единственную светлую мысль он нашел у Брусковского, да и та, оказывается, профессору не принадлежала. — Послушайте, а это не вы пытались связаться со мной по тахионной связи на пересадочной базе? — небрежно спросил он Катрин. Та залилась краской — и лицо, и шея.

— Вы решили меня оскорбить?

— Что вы! Узнали, что знаменитый профессор летит на Немертею и…

— Да я о вас впервые услышала вчера! Уж не воображаете ли вы себя профессором Брусковским!

Профессор Рассольников призвал на помощь весь свой аристократизм, чтобы не сказать «красотке» пару «комплиментов».

— О нет. Надеюсь, я не так ничтожен.

— Больше не смейте приходить в наш музей! — крикнула ему вслед Катрин. — И не смейте приглашать меня в ресторан — я не приду.

Платон чувствовал себя полным идиотом.

Ноэль сидел в зале ожидания космопорта и держал в руках голубой пакет. Лицо у него было скорбным — как будто он читал книгу «Пророка Екклесиаста». Атлантида уселся рядом.

— Как себя чувствуешь? — спросил.

— Так себе… Голова чешется… — Ноэль вздохнул и в который раз погладил лысый череп.

— Глоток текилы?

Тот отрицательно покачал головой.

— Какой-то ты неинтересный парень, Ноэль, скажу тебе честно. Если дело так дальше пойдет, Кресс тебя бросит и уйдет к кому-нибудь другому.

— Не уйдет, — вяло возразил Ноэль.

Платон решил, что ничего сейчас вытянуть из воскрешенного все равно не удастся, и открыл электронный проспект Ройка.

«Цивилизация Ройка насчитывает не менее пяти тысячелетий. В вертикальных гробницах уже найдено несколько миллионов мумий. А ведь обследованы еще далеко не все гробницы…»

«Сколько же в них золота! — с тоской подумал Атлантида. — Надо будет найти возможность остаться ненадолго на Ройке, если поиски на Немертее не дадут результатов».

— Челнок 7509, место назначения — Немертея. Пассажиров просят пройти к пятому ангару, — сообщила голограмма миловидной девушки, на мгновение возникнув перед Атлантидой и тут же растворившись.

Платон сунул каталог в карман и поднялся.

— Кстати, ты проследил за погрузкой ящиков с текилой? — поинтересовался он у Ноэля. Тот механически кивнул.

Их ждала Немертея, но вместо Немертеи компьютер космопорта загнал челнок на пересадочную базу. Сначала Атлантида изумился, потом рассердился и наконец рассвирепел. Особенно когда узнал, что таковы правила. То есть вместо того чтобы прямиком отправиться на Немертею, они зачем-то должны посетить базу. Путь получался длиннее и, главное — дороже. Вернее, даже нельзя сказать, что в этом случае ценнее — деньги или время. Платон начал подозревать, что время в данной ситуации тоже стоит ценить.

— Таковы правила, — скучным голосом сообщил работник порта — негуманоид с планеты Си, разумный ящер ростом выше человека, с физиономией, также напоминавшей человеческую, если не считать слишком развитых челюстей и огромных зубов, которым мог позавидовать вымерший тиранозавр.

У ящера были маленькие желтые глазки, прикрывавшиеся в случае появления опасности жесткими кожистыми веками, и набор тактильных бородавок по всему телу. Имея такие глаза и такие зубы, очень легко выполнять бюрократические функции. Рассказывали, что в юности обитатели планеты Си не имеют ни зубов, ни когтей, а красные тактильные бородавки выглядят как милые черные родинки. Но для поддержания такого вида самцы должны каждодневно спариваться с самками. Но если девушка откажет — сиянец закукливается, а из куколки выползает отвратительным монстром с когтями и зубами. Вот как опасно на планете Си половое воздержание. Так что, если верить этой байке, все эти работники бюрократического аппарата — неудачные любовники. До Платон этой байке не верил. Потому что однажды бывал на планете Си и не видел там ни единого красавца с черными родинками.