где сегодня проводился обряд очищения от проклятия. На огне готовилась целая туша барана, люди сидели на широких скамьях с западной стороны костра, лицами на восток, как того потребовал старший из хозяев, он и вёл разговор:
— Вы не принадлежите нашему миру, вы оттуда, но мы допустили вас в священные места, те любители и туристы, — он махнул рукой в сторону длинных амбаров, — никогда не входят в наши дома, не участвуют в ритуалах, лишь изредка, как сегодня, становятся свидетелями таковых, они знают это и строго соблюдают. Отныне это касается и вас, хотя вы и помогли нам, но ваш мир другой, отрёкшийся от древних богов. Каждый из вас беседовал с наставником и получил знания и указания, соответственно своему дару. Завтра вы нас покинете и закончите то, что должно.
Глава четырнадцатая. Кража со взломом
Наутро гости уехали, на этот раз на машинах они передвигались только до железнодорожной станции, где пересели на поезд, командир объяснил это тем, что теперь нет смысла скрываться от преследователей, которые благодаря стараниям хозяев старинного посёлка заблудились и обратную дорогу найдут только через два дня, так почему бы не воспользоваться случаем и не попутешествовать с большим комфортом, чем в тесном салоне "Уазика".
— Интересные там люди живут, — Якутин рассказывал о своих впечатлениях, — в наших землях я считаюсь самым сильным шаманом, а тут за каких-то четыре часа мне популярно продемонстрировали, где и почему я глубоко ошибаюсь. Таких сильных я ещё не встречал, причём им известны все наши обряды и ритуалы, да ещё и намного больше, они даже научили меня некоторым, и с самим Куткыняку разговаривали, рассказали, что он всегда сидел на плече бога Велеса и набирался ума. Если честно, то я им верю.
— И я поверила, — включилась в разговор Аня, — тот старичок, что разговаривал со мной, запросто с любым зверем находит общий язык, не то что я, только с собаками и волками, любое животное или даже птица, что рядом есть, к нему спешит и во всём слушается. Вот у меня, например, никогда не получится призвать одновременно волка и домашнего пса, поскольку они враги и друг друга не переносят, а он это запросто делает, у него на руке белка с куницей сидели. Но вот я ничему не научилась, он только рассказал, как мне со способностями своими быть, чтобы развивать их и достичь чего-то большего.
— А меня, — сказала Лена, — мой наставник обозвал ведуньей, сказал, что я в силе дара ещё ребёнок маленький и вполне могу потерять все способности, если не буду постоянно учиться. А вы, Протоген Селиванович, тоже учились?
— Нет, барышня, хотя заниматься этим никогда не поздно. Мы замечательно и с пользой провели время за кружечкой горячего сбитня с моими старыми знакомыми и вот, артефакт подходящий подобрали, — травник показал на длинный свёрток, с которым не расставался, — ведуны тамошние меня равным признают, хотя мне до них далеко, пусть и умею кое-что.
— Почему-то я уверен, — произнёс Сергей, — что там, в брезенте, находится подделка под Посох Велеса.
— И да и нет одновременно, — подключился майор, — кроме весьма ограниченного круга лиц из нашего ведомства, никто не знает, как этот самый посох выглядит, я об этом как раз и беседовал с волхвом, во мне, как вы уже знаете, ничего паранормального нет, так что меня не учили, только насчёт вас, оболтусов, наставляли. Так вот, мы договорились, что настоящий артефакт мы передадим им, во избежание непредсказуемых последствий, а вместо оригинала поместим этот, он тоже достаточно древний, ему не меньше пятисот лет, но какими-то свойствами не наделён.
— Ха, если вы так действуете, — сделал вывод Дима, — получается, что в музеях и у исследователей сплошная фикция, Посох Велеса не настоящий, Птица Гамаюн — дубликат, да и раньше организация ваша по всей видимости такими методами не брезговала.
— Ну, Егоров, не возводи напраслину на родную службу! Конечно, кое-то было изъято из общественного пользования, но только наиболее опасное и начался этот процесс одновременно с созданием нашего батальона паранормальных сил, так что, можете гордиться.
Сергей слушал рассказы и пытался понять, что же он сам обрёл там, слушая наставления старца-волхва. Дар у него ограниченный, но развивать его можно и нужно, парень никогда не сможет находить предметы и потерянные вещи просто так, всего лишь захотев, всегда потребуется напряжение и обязательное ощущение ауры хозяина. Да, русская халява с такими вещами не проходит, это прописная истина, нужно постоянно учиться и развиваться, если хочешь хоть чего-то добиться в этой жизни, но опять же национальная черта присутствовала в его характере и была она очень даже не маленькая, лень-матушка. Погружённый в свои мысли Сергей и не заметил, как задремал, в действительность его вернули удивлённые возгласы друзей. Он открыл глаза и увидел на груди шамана высококачественную татуировку, которой ещё вчера не было. Огромный чёрный с изумрудным отливом ворон с горящими алыми глазами раскинул крылья. Каждое пёрышко было чётко прорисовано, птица казалась живой.
— Якутин, а когда ты успел? Тут же профессионалу на неделю работы, если не больше.
— Это мне кудесники защиту подарили, — шаман погладил рисунок на груди, — и не кололи вовсе, просто ритуал мы вместе провели, они учили меня, а потом колдовством образ Куткыняку сделали. Объяснили, что дар мой опасен, в первую очередь для меня, потому что я мало знаю и умею, могу сам себе навредить. А татуировка эта защитит меня от всего.
— Да уж, — улыбнулся Дима, — с тобой теперь осторожнее надо быть, а то ворон глаз выклюет.
* * *
Посох Велеса они увидели всего лишь несколько минут, специальная команда упаковала артефакт и под надёжной охраной он уехал к своим настоящим хозяевам в предгорья среднего Урала, а его место занял другой посох, украшенные великолепной резьбой, для непосвящённых это отныне и будет знаменитый Посох Велеса, как и Птица Гамаюн, изготовленная в лаборатории ФСБ.
— Ну вот, — за вечерним чаем ребята наконец-то расслабились, дело закончено, теперь уж точно окончательно, — Владимир Иванович, а что за люди нас преследовали? И как они вообще узнали, что мы куда-то по делам едем?
— Так я же вас не один раз предупреждал, что за всеми нами следят, как за врагами народа при Сталине. Это были наши заморские друзья-товарищи, у них стиль работы такой, приметный, можно сказать. Следят, но в прямой контакт редко вступают, ждут команды начальства, на каждого досье собирают. Это их и подвело, мало о вас данных насобирали и долго соображали,
