В заключение приведу ещё одну цитату из воспоминаний фон Людендорфа, где он рассматривает моё отношение к помощи Германии: «Генерал Маннергейм также поддерживал посылку немецких войск. Он хотел, чтобы они прибыли не слишком рано и были не слишком сильными, дабы финны сами могли сражаться и самоутвердиться. Эти мысли с военной точки зрения были совершенно верными».
Это утверждение, хотя и довольно благосклонное, всё же неверно, так как я не имел никакого отношения к приглашению немецких войск в нашу страну. Мнение, будто бы я «хотел, чтобы они прибыли не слишком рано», тоже ошибочное. Совершенно другое дело, что я, подчинившись неизбежности, постарался ускорить прибытие военной экспедиции. Я уже знал, что военное руководство Германии одобрило просьбу сената. После того как красные перегруппировали свои основные силы, противостоявшие нашим войскам, надо было предоставить немцам возможность освободить юг Финляндии, где царил террор. Именно это я и имел в виду, когда в телеграмме от 20 марта, столь часто цитируемой, писал: «Будьте добры, передайте Теслёфу[18], что я считаю нашим долгом ускорить прибытие немецкого экспедиционного корпуса». Тот, кто знал действительную ситуацию на юге страны, не стал бы удивляться моему беспокойству. Оно никак не было связано с фронтовой обстановкой.
Когда командующие группировками получили мой приказ о начале наступления, полковник Линдер потребовал отложить его и в письме от 7 марта сообщил о слабой выучке и недостаточном вооружении частей. Если бы с подобным требованием обратился командующий, неспособный привести свои части к победе, я не придал бы письму особого значения, но в данном случае дело обстояло не так, и я решил обсудить проблему лично с полковником Линдером. Судя по полученным донесениям, ожидалось новое наступление красных. В таких условиях командующий группировкой Сатакунта не мог прибыть в мою Ставку в Сейняйоки, и мы избрали местом встречи станцию Каухайоки. Переговоры начались вечером 8 марта и продолжались весь следующий день. Было выдвинуто несколько веских причин, по которым следовало отсрочить наступление, но я настоял на своём решении. 12 и 13 марта были отданы последние приказы. Наступление предполагалось начать 15 марта.
Основная идея плана наступления заключалась в том, чтобы связать силы противника на фронте по линии Руовеси-Вилппула и одновременно окружить их с запада и востока. Линия фронта, а также дорожная сеть вполне соответствовали этому замыслу. Уже 5 марта наступающим частям был отдан приказ разделиться на четыре группировки, подчинённые лично главнокомандующему.
Группировка Линдера с основными силами в Икаалинен и Лавиа должна была прикрывать обходные манёвры и перерезать железную дорогу Тампере-Пори, чтобы связать находившиеся там силы противника.
Группировка Ялмарсона[19] сосредоточивалась в Вирта для поддержки батальона, выдвинутого в Васкивеси. Затем эта группировка должна была выступить на юг в сторону Куру, продвинуться вдоль канала Мурола и перерезать железную дорогу Коркеакоски-Оривеси, чтобы отсечь путь к отступлению основных сил противника.
Группировка Ветцера должна была связать основные силы противника по линии Руовеси-Вилппула-Мянття и не дать им возможности выйти из окружения; в случае если противник всё же прорвёт окружение и начнёт отступать, группировка должна была вести энергичное преследование.
Группировка Вилкмана должна была собраться в Ямся на западном берегу озера Пяйянне для прикрытия частей, выдвинутых в Эвяярви и Кухмо. Её задачей было вести наступление в сторону железной дороги через Лянкипохья и в районе станции Оривеси завершить окружение основных сил противника.
Наступающие части были сформированы в основном из частей шюцкора, которые действовали с самого начала войны. Другого решения, кроме как использовать их в наступлении, не было. Прибывали и войсковые части из завербованного персонала, которые после ускоренной подготовки транспортировались прямо на фронт. Использовать «пехотных егерей» пока не представлялось возможным — организация этих частей и их обучение только начинались. Поскольку в резерве у главнокомандующего было всего два батальона гренадеров, а срочно требовались ещё, из имевшихся в нашем распоряжении призывников были сформированы семь резервных батальонов. Некоторые из них тоже подключились к наступлению.
Численность подразделений, принимавших участие в главной операции, без учёта резервов главнокомандующего, составляла двенадцать тысяч человек, что по тем условиям было значительной силой. Боевые возможности многих подразделений вызывали большие сомнения, однако нам не оставалось ничего другого, кроме как закрыть глаза на все недостатки и верить в победу.
Ближе к 10 марта противнику всё же удалось связать наши действия на всех фронтах. 3 марта главнокомандующий силами красных и его русский начальник штаба отдали «добровольным русским частям и красной гвардии» приказ, из которого следует процитировать следующее:
«Приказываю всем вооружённым силам Финляндии в срок с 3 по 9 марта подготовиться к наступлению и 10 марта всеми силами начать решающее наступление для изгнания лахтарей[20] из страны и захвату железной дороги Васа-Пиексямяки, а особенно железной дороги Хапамяки-Пиексямяки».
Основной удар противника был нацелен на участок между озером Пяйянне и Ботническим заливом. Группировкой неприятеля, численностью около тысячи человек, здесь командовал способный человек, металлист Хуго Салмела, которому помогали полковник Булацель и другие русские офицеры. Их оперативная цель была аналогична цели нашей группировки Ветцера в предстоящем наступлении — то есть связать наши войска на линии Руовеси-Вилппула-Мянття.
Приказ о наступлении содержал распоряжения для всех фронтов, но штаб красных в Выборге посчитал, что он сам в состоянии принимать решения. Главнокомандующий силами красных не смог добиться выполнения своих планов и на участке Саво, где был отдан приказ о наступлении через Миккели на Пиексямяки.
К началу наступления красных боеспособность наших частей уже заметно отличалась от того, что было раньше. Мы привели все подразделения в надлежащий порядок, а высшее и низшее командование частей шюцкора смогло получить военный опыт. Некоторыми соединениями командовали прибывшие егеря.
Наступательные действия противника на фронте Сатакунта, начавшиеся 9 марта, к 14 марта уже выдохлись. Широкомасштабное наступление против Вилппула было остановлено по всей линии фронта. После трёх дней жестоких боёв в районе Васкивеси и Руовеси наши войска полностью разгромили левофланговую колонну противника. Ещё большую неудачу противник потерпел на правом фланге, где 10 марта он повёл атаку на наши укрепления в Кухмо. В этом районе командующий белыми частями Вилкман взял инициативу в свои руки и активно повёл оборонительные действия. Один батальон он отправил в тыл сильно теснящего нас противника. Манёвр удался, противник был вынужден отступить, и это отступление превратилось в неорганизованное бегство. Победа, которую одержал наш храбрый командир, была радостным доказательством того, что отряды шюцкора способны к маневрированию. Другие наступающие колонны противника были разбиты двумя днями позже близ Эвяярви. Таким образом, все попытки неприятеля продвинуться на правом фланге были полностью отражены.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
