сейчас это ой как не по зубам. Лишь её облик. Если всмотреться в моё лицо, то сразу станет понятно, что я не она, а просто очень похожая девушка.
Фигуры у нас были разные. Этого я изменить не смогла, иначе бы просто вырубилась в попытках.
Остаётся надеяться, что Вадим просто не обратит внимания на все эти несоответствия, и что у Алины нет татуировок или больших родинок.
— Алина, уходи, я устал, — только и сказал он, потерев пальцами переносицу.
Во даёт. Перед ним соблазнительное, молодое, полуголое тело, а он устал. Я бы тоже сбежала, на месте Алины.
Или нет. Скорее да, но не сразу, будем честны. Абсолютный сухарь не смог бы выдать финт на сцене с моей речью. Есть в этой горе огонь. И сейчас будем его раздувать.
Включила на телефоне красивую мелодию: дудук и барабаны. Отлично подходит под мой загадочный облик. И отошла на несколько шагов: мне не нужно, чтобы он всматривался в лицо. Узнает ещё вдруг, а это я уже объяснить не смогу.
— Так, мне твоя самодеятельность и весь этот фарс поднадоел, — ко мне слишком близко подошёл Ермак и навис грозной тучей, — иди к себе, завтра поговорим.
Такой тон мог испугать молоденькую Алину, даже меня слегка подморозило. Но не испугало.
Я положила ладошки на горячую грудь мужчины и мягко подтолкнула к кровати.
Совершенно случайно установила более длительный зрительный контакт, что было в данной ситуации небезопасно.
Серые глаза слегка подозрительно сощурились, он даже было открыл рот, наверняка чтобы выдать новую порцию чёрствости, на договорить не дала. Просто начала двигаться: соблазнительно, но не пошло, отступая назад маленькими шажками.
Ермак чуть нахмурившись проходился взглядом по моему движущемуся телу, пока не остановился на руках, которыми я двигала над головой, имитируя движение змей.
Балдахин опоясывал бёдра и ноги, почти до пят, но при плавных поворотах в высоком вырезе то и дело мелькала моя оголённая нога, которая всегда приковывала к себе взгляд серых глаз мужчины.
Всё моё одеяние казалось очень хрупким: одно неверное движение, и я абсолютно голая, а мой наряд не предусматривал наличие нижнего белья. Я старалась двигаться как можно более плавно, как можно более медленно, всё больше сосредотачивая внимание мужчины на себе, прогоняя весь остальной мир.
Он не видел моих глаз, всё внимание было сосредоточенно на изгибах. А вот я видела огонь в его глазах, который начал поглощать меня. Он не выглядел тем, кто сейчас был готов «завалить» девушку и просто удовлетворить своё желание. Нет.
Он наслаждался зрелищем, желая продлить его.
Под нарастающий гул барабанов я начала подходить к нему, хотя до этого зарекалась приближаться близко к мужчине, чтобы мой маскарад не был разоблачён. Но музыка делала своё дело, да и мои движения завели меня саму.
Я остановилась между его ног, но он не раскидывал колени в разные стороны, так что места было мало. Мне пришлось встать так, что одна нога была впереди другой, отчего коленка почти упёрлась ему в пах. Вадим резко сквозь зубы втянул воздух.
В такой позе бёдра стали более крутыми, позволяя сделать мои движения ими ещё более соблазнительными.
Взгляд Вадима был устремлен на мой живот, совсем близко.
Внезапно я почувствовала его лёгкие прикосновения к своим ногам. Даже робкие, будто он сам от себя не ожидал и не смог устоять.
— Ты пахнешь… зелёными яблоками, — хрипло прошептал он, закрывая глаза, опрокидывая голову назад.
Это я паслен пожевала, для успокоения нервов.
Завороженно я приблизилась к его лицу настолько близко, что ощущала на своих губах его дыхание сквозь паранджу. Давно уже ни один мужчина не вызывал у меня желания. Как некстати попался именно он. Который мне не принадлежит, который из-за меня, возможно, скоро погибнет, который меня презирает.
— И коньяком, — ощутила его шёпот на губах.
Ну, это тоже своего рода успокоительное. Нельзя меня корить за это.
— Ты, — он запнулся, вглядываясь в моё лицо, точнее, не совсем в моё, — ты выглядишь как-то иначе.
Это слегка отрезвило. Нельзя проколоться. Не надо было подходить так близко.
Облик Алины давил на меня, заклинание отобрало, кажется, последние силы, да и усталость от вечера сказывалась. Начала кружиться голова, выветривая зачарованность моим подопечным напрочь, оставляя лишь напоминание для чего именно я здесь в этом маскараде.
Вадим почувствовал перемену во мне. Не давая опомниться, я опрокинула его спиной на кровать. Слегка.
А сама начала опять отступать. Дышать в импровизированной парандже становилось тяжелее.
Музыка звучала всё более отдалённо, а настороженное лицо мужчины казалось всё более расплывчатым.
Как-то слишком быстро взял он себя в руки. А вот меня начало пошатывать, отчего движения из соблазнительных превратились в рваные.
— Ты в порядке? — Уже без хрипотцы, но тихо спросил Ермак.
Ответить не успела. Пол и потолок поменялись местами, ноги больше не выдерживали, и я рухнула вниз.
— Диана? — Последнее, что я услышала до того, как темнота поглотила моё сознание.
Глава 14
Я вновь видела тот самый рынок, где однажды покупала красное платье. За прилавком стояла Клео, одета была также как при нашей единственной встрече у Верховного. Даже во сне я ей не доверяла, но в ответ она лишь по-доброму улыбалась, чуть прищурив мудрые глаза. За её спиной был Хиггинс, что-то сосредоточенно записывал в странный блокнот, страницы которого осыпались вниз без остановки.
— Красное — оно последнее, — Клео показала пальчиком на наряд, лежащий на прилавке, — берёшь?
— Да, — с уверенностью ответила я и потянулась за кошельком.
— Я сам оплачу, — раздался знакомый голос из-за моей спины.
Обернулась. Совсем близко ко мне боком стоял Ермак. У меня не получалось рассмотреть его лицо, но казалось, что с ним что-то очень не так.
Наконец он рассчитался и повернулся ко мне:
— Мне не нравится этот цвет, — хмуро проговорил он, протягивая чёрное платье.
— Но я хотела красное, — растеряно проговорила, боясь прикоснуться к чёрному шёлку.
— Мне не нравится этот цвет, — вновь повторил он.
Из его носа медленной струйкой потекла алая кровь.
Я резко подскочила в кровати, в панике отгоняя отголоски страшного сна.
В груди не хватало воздуха, а сердце ощущалось набатом где-то в районе горла. Немного успокоившись, осмотрелась. За окном всё ещё темно, значит, проспала совсем недолго.
Мой импровизированный наряд был аккуратно сложен на стуле в углу, а я сама была укутана в махровый халат с логотипом особняка.
Меня раздел Ермак, которого в комнате, кстати, не было, но вряд ли он сделал что-то непотребное с моим бездыханным телом.
Резко подскочила
