ровный, спокойный — но всё-таки несколько глуховатый.
— Ты в порядке? — спросила я совершенно не то, что собиралась. — Как себя чувствуешь?
Саша продолжил своё занятие.
— Нормально.
Я ещё немного постояла, помолчала. Но потом решила, что надо уже перестать трястись.
— Саш… Я хотела с тобой поговорить. Можно?
— Слушаю.
— Ну… в общем… я хотела извиниться.
Ноль реакции.
— За что?
— За то, как вела себя последнее время. За провокации, ну и вот это вот всё. Я не должна была так поступать. Прости.
Саша… усмехнулся.
— И что же вас привело к этому выводу, Наталья Игоревна?
Я мысленно выдохнула. Вроде бы оттаял. Попробовала улыбнуться:
— Долгие часы медитации и размышлений, конечно же.
— Медитировали над плетью, надеюсь?
— Разумеется!
Когда Саша закончил со всеми делами и погасил свет, мы вместе вышли из студии.
— Тебя подвести? — спросил он уже на улице.
— Да не, не надо. Я на автобусе, привычная.
Саша внимательно посмотрел на меня.
— Боишься, Евгений заревнует, если увидит?
Тяжело вздохнув, я опустила взгляд.
— Мы… расстались.
— Почему?
— Долго объяснять. Извини, мне пора…
Надо было уйти. Потому что не хотелось уходить. Потому что близость Саши снова начинала сказываться, я снова начинала поддаваться его гипнозу.
Но…
— Подожди.
Ноги сами собой остановились. Без вмешательства разума. Саша подошёл ближе, вплотную. Его рука оказалась у меня на талии…
Короче, он меня поцеловал.
И это было просто офигенно. Так нежно, но ощутимо, и прям тепло по всему телу сразу разлилось. И я сама его обняла, прижалась. Так сладко было, так хорошо! Я моментально забыла обо всём. О своих мыслях о том, что у нас скорее всего нет будущего, о Дианкиных рассуждениях про абьюз — вообще обо всём. Хотелось просто целовать, целовать и целовать. Не отрываться. И чтобы Саша не отрывался. Не отпускал.
— Поехали ужинать, — разорвав поцелуй, вдруг сказал он.
Я только кивнула — чувствуя, как на губах появляется глупая улыбка. Это бы самый прекрасный момент в моей жизни!
— Куда едем? — спросил Саша, когда мы сели в его машину.
— О, у меня появилось право голоса? — не могла не усмехнуться я. Обычно-то Саша сам выбирал места.
— Только сегодня, — в тон мне усмехнулся он, заводя мотор. — Ну?
Я демонстративно изобразила задумчивость, но в такой момент вредничать не было желания от слова «совсем». Хотелось просто радоваться. И чтобы Саше тоже было хорошо. Поэтому я выбрала наш любимый ресторан на Крестовском — с прекрасным видом на набережную и парк.
И было так хорошо! Мы болтали. Я рассказывала ему забавные случаи с работы, всякое разное про коллег. Сашка рассказывал о том, где и с кем ему доводилось работать, кого и что снимать. Он улыбался. И вообще был более живым, чем обычно. Как будто… специально старался. И ни намёка на тематические отношения, на то, что он весь из себя верх и всегда прав.
Я это замечала, и внутри всё просто пело. Неужели он это для меня? Господи, неужели наконец-то услышал мои слова и решил открыться? Это было бы просто замечательно! Чудесно! Волшебно!
Но я сама всё испортила.
Боже, зачем, ну зачем я решила показать ему смешные фотки Клео? На телефоне, разумеется. Собственноручно отдала его Саше, чтобы сам листал, а то тянуться через стол неудобно. Он листал, листал. Усмехался.
А потом глаза вдруг расширились, лицо окаменело.
И только в тот момент я вспомнила, какие ещё фотографии у меня там есть.
— Саш, ты…
— Откуда?
Глаза почернели, он задыхался от гнева.
Я молчала, ни жива ни мертва.
— Наташа! Откуда у тебя это, чёрт подери?!
Вздрогнула.
Другие посетители начали на нас оглядываться, но мне было не до этого.
— От Ванды… — выдавила я, отводя взгляд.
— Эта тварь… Ты пошла сниматься к ней?
— Д-да, но…
— И вы говорили обо мне.
— Саша…
— И эта сука показала тебе…
Он не договорил. Лежавшие на столе руки сжались в кулаки. Аж костяшки побелели.
— Саш, пожалуйста! — воскликнула я — впрочем, стараясь, чтобы голос звучал негромко. — Это ничего не значит! Я по-прежнему люблю тебя!..
Но он словно не слышал.
— Она сама показала тебе?
— Да… то есть, нет… в смысле…
— Наташа. — Взгляд прямо мне в глаза. — Я задал тебе вопрос. Отвечай. Чётко и ясно.
Не выдержав, я потупилась.
— Я поняла, что вы давно знакомы… и хотела поговорить… о тебе.
— Зачем?
Решилась поднять взгляд.
