вине! — отрезал доктор. — Только она теперь не Лючия. Она… чёрт знает, кто она такая!
— Вначале я подумал, что они как экипаж неварского корабля… — сказал Валентин. — Но там экипаж совершенно обезумел. А наши сохранили разум. Как это могло произойти?
Соколовский пожал плечами.
— Точно так же, вероятно. Но более тонко. Когда «Стиратель» нанёс удар по кораблю и мы медленно умирали, он ухитрился переписать часть их сознания. Внедрить иные личности.
— Дистанционно. Через корпус… — Горчаков покачал головой. — Доктор, меня это пугает. Вдруг кто-то из нас тоже…
— Вряд ли. Не зря их память оказалась наиболее повреждённой, — хладнокровно ответил Соколовский. — Может, и нас тоже пытались взломать, но не успели. Да и действовали они синхронно, будь среди нас третий — раскрылся бы и он.
— По моему мнению, — вступил в разговор Марк, — Анна и Лючия обменивались информацией в реальном времени. Я наблюдал признаки синхронизации действий.
— Но как? — спросил Валентин. — Телепатия — это антинаучный бред.
Марк промолчал. Валентин вздохнул и спросил:
— Что с остальными?
— Матиас будет неделю отращивать новые зубы, — сообщил Соколовский. — У него прекрасная крепкая немецкая челюсть, ей можно орехи колоть. У меня два полных комплекта зубов, на мужскую и на женскую челюсть, вечером я пересажу ему зачатки. Тедди выглядит ужасно, но на самом деле все повреждения лёгкие. Алекса подлатали, к счастью, миокард не пострадал, была подострая тампонада перикарда, но мы всё починили… Дней пять на полное выздоровление. Бэзилу я наложил шины, вколол стимуляторы и обезболивающее, дня три будет восстанавливаться. Кот вообще отказался от осмотра. Синяки и шишки экипажа вряд ли стоят внимания…
— Гюнтер?
Соколовский вздохнул.
— Я почти уверен, что мозг не пострадал. Марк очень быстро запустил кровообращение по виллизиеву кругу и каротидному бассейну. Хуже другое, пуля перебила позвоночный столб. Ниже пояса Гюнтер парализован.
— Лев, ты можешь что-то сделать? — спросил Валентин.
— Тебе так нужен оружейник?
Командир молчал. Доктор поморщился:
— Я бы держал его в медикаментозном сне до возвращения на Землю. Это всё-таки позвоночник. Пусть бы на Земле аккуратно починили… нет?
Горчаков продолжал ждать.
— У меня есть набор его стволовых клеток, разумеется! — резко сказал Соколовский. — Но это довольно сложная операция, это не сердце починить!
— Если вы позволите ассистировать вам, доктор… — подал голос Марк.
— Ты хочешь меня куска хлеба лишить на старости лет? — сварливо спросил Лев. — Позволю. Куда мне деваться… А теперь скажи, Валентин, мои действия вообще имеют хоть какой-то смысл?
— Любые действия имеют смысл, — ответил Горчаков. — Смысла лишено лишь бездействие.
— Вот только не надо подражать Марку, который подражает великому писателю! У нас накрылись генераторы?
Горчаков кивнул.
— Что можно сделать? — спросил Лев.
— Сейчас будем решать, — ответил Валентин. — Не волнуйтесь, Лев, мы обязательно что-нибудь придумаем.
Соколовский кивнул.
— Хорошо. Тогда делайте своё дело, а я займусь своей работой.
Горчаков молча налил в мензурку спирт, выпил залпом и удивлённо посмотрел на доктора.
— Витамины, таурин, кофеин, — сказал Соколовский. — Бодрит. Нет, вы что, серьёзно думали, что я буду глушить чистый спирт на работе?
Почтительно кивнув, командир вышел из медотсека.
Лев искоса посмотрел на Тедди, убедился, что гель закрывает тому всё лицо, включая глаза, и достал из кармана маленькую фляжку.
Как-то само собой сложилось, что учёные вместе с жителями Соргоса и Невара собрались вместе в кают-компании. От них сейчас мало что зависело, острая фаза ситуации миновала, Матиас с Ксенией были в рубке, кадеты с доктором, оружейником и командиром в медотсеке.
О судьбе Анны Мегер все уже знали.
Про поломку генераторов — тоже, хотя никто толком не мог сообразить, откуда просочилась эта информация.
— Корабль может попытаться выйти из червоточины без генераторов силового поля, — Уолр с видимым удовольствием взял на себя роль главного умника. — Проблема исключительно во всплеске вторичной радиации и гравитационных флюктуациях на границе обычного пространства и подпространства. Наши учёные называют этот эффект очень поэтично: «Грозное рычание потревоженной пустоты».
Он замолчал. Кивнул:
— Да. На аудио-ксено это звучит не столь красиво. Но суть в том, что с вероятностью в девяносто процентов корабль разорвёт приливными эффектами, словно он падает в черную дыру. Хороший пилот может минимизировать риск, но у нас больше нет хорошего пилота… И с вероятностью в сто процентов вторичное излучение поразит корабль.
— Нельзя ли укрыться? — спросил Бэзил. Он сидел в кресле на колёсах, в рубашке с коротким рукавом и шортах: на правой ноге был лубок, на правой руке решетчатая шина. Боли он явно не испытывал и выглядел непривычно воинственным и взбудораженным. — В центре корабля, в каких-либо защищённых зонах?
— Пожалуй, возможно, — сказал Уолр. — Это всего лишь радиация. Но вся электроника выйдет из строя.
— Включая меня, — заметил из динамиков незримо присутствующий Марк.
— Конечно! — Уолр помахал рукой. — А если корабль лишится искина и управляющих цепей в момент выхода — его почти наверняка разорвёт. Но даже если нет, и даже если мы выживем — мы окажемся на мёртвом, заражённом радиацией корабле в чужой враждебной звездной системе! Кошмар!
— Как-то вы очень весело это говорите, — пробормотал Бэзил. Почесал забинтованную руку сквозь шину.
— А какой смысл переживать о ситуации, которую нельзя изменить? — удивился крот.
— Если мы перейдём на корабль Ауран? — спросила Мэйли.
Уолр развёл руками.
— Я не уверен, что их отражающие поля сконфигурированы для выхода из червоточины. Более того, уверен, что они не справятся. Генератор Лавуа — очень специфическая вещь. Для силовой защиты в бою я бы использовал отражающие поля Ауран или рассеивающие щиты Феол. Генератор Лавуа — очень специфическое устройство, в первую очередь предназначенное для прохождения червоточин.
Двести шесть — пять одобрительно кивнул.
— А какие поля используете вы? — спросил Криди.
Уолр улыбнулся.
— Они используют линейное искажение пространства, рассеивающее все виды энергии и материи, — проворчал Двести шесть — пять. — Невелика тайна.
Уолр снова улыбнулся и кивнул.
— Халл-три давно уже используют двойную инверсию энергии в материю и материи в энергию, — неожиданно сказала Мэйли. — Хитрая штука.
Уолр прекратил улыбаться и сказал:
— Это был всего лишь эксперимент, и мы…
— Внедрили его на двух третях своих кораблей, — отрезала Мэйли. — Уолр. Чтобы выжить, нам надо перестать таиться друг от друга. Мы все конкуренты, это правда. Но мы не воюем. У нас сейчас общий враг, и скрывать технологии просто глупо.
Уолр сложил руки на животе. Вздохнул.
— Вы правы. Я знаю теоретические основы инверсионного поля. И оно смогло бы нас защитить. Но генератор не построить, уверяю вас, разве что у вас есть с собой полтонны рения и примерно тридцать километров сверхпроводящего кабеля с отводами каждые шесть с половиной метров.
— Нет,
