Читаем без скачивания 2007 № 09 - Журнал «Если»

— Не уверен, что это хорошая мысль.

— Я тоже… Но другой у меня нет.

— Давайте подумаем вместе.

— Хорошо… У нас пока еще есть время.

Я машинально достал из кармана часы, щелкнул крышкой, взглянул на циферблат.

— Начнем? — я посмотрел на официанта как можно дружелюбнее. Он коротко кивнул. — Может быть, расскажете мне о себе?

— Зачем? — насторожился официант.

— Хотя бы назовите свое имя… Должен же я к вам как-то обращаться.

— Называйте меня Исмаил.

— Исмаил… — я оценивающе посмотрел на официанта. Коротко остриженные светло-русые волосы, круглое лицо, голубые глаза, нос пуговкой, подбородок с ямочкой… Нет, на Исмаила он определенно не походил. — Хорошо, пусть будет Исмаил. Чем вы занимаетесь, Исмаил?

— По-моему, вас сейчас не это должно интересовать, Петр Леонидович.

— Верно, — согласился я. — Вы уверены, что в Облонске меня убьют?

— Ну, может быть, не в самом городе… Вас могут убить в самолете.

— За то, что по моим следам прорастают информационные башни?

— Это хороший мотив для убийства, — с видом знатока заметил Исмаил.

— Может быть, и хороший, но явно недостаточный.

— Вы так считаете? — Исмаил усмехнулся. — Посмотрите-ка на угол стола, Петр Леонидович… Видите?

Там, куда указывал взглядом Исмаил, над мореными досками стола примерно на полтора сантиметра вверх поднимался серебристый конус с округлой вершиной, похожий на проклюнувшийся из-под земли шампиньон — росток информационной башни.

— Ну надо же… — только и смог проговорить я удивленно.

— Вот так-то, любезный, — многозначительно произнес Исмаил.

— Спор вокруг много, но прорастают только те, что оказались активированы информационным полем.

— При чем тут я?

— Без вас, Петр Леонидович, ничего бы не произошло, — улыбнулся мне Исмаил. — Вы что, до сих пор так ничего и не поняли?

Честное слово, я едва не взорвался!

— Что я должен понять?

— Петр Леонидович, — Исмаил немного подался вперед и наклонился так, что ствол пистолета смотрел теперь мне не в лоб, а в грудь.

— Петр Леонидович, — повторил он, понизив голос до полушепота, — а вы сами, — Исмаил прищурился, — ничего не чувствуете?

— Нет, — с невообразимо глупым видом я развел руками. Прислушался к собственным ощущениям. Так, на всякий случай. — Ничего!

— Ну да ладно, — махнул спрятанным под салфеткой пистолетом Исмаил. — Главное, что об этом знает Госбезопасность, которая как раз и спланировала ваше физическое устранение.

— Вы тоже из конторы?

— Ну что вы, Петр Леонидович! — обиженно насупился Исмаил. — Как вам только такое в голову взбрело!

— Но вы же собираетесь меня убить.

— Я не могу допустить, чтобы вы попали в лапы гэбэшников.

— А другого способа нет?

— Увы, я его не вижу.

— Тогда чего же мы ждем?

— Видите ли, Петр Леонидович, — смущенно потупил взгляд Исмаил. — К вам я не испытываю никакой личной неприязни. Даже наоборот, я восхищен тем, что вы делаете. Поэтому, перед тем как завершить наше маленькое дельце, я хотел расставить все точки над «ё». По-моему, будет справедливо, если перед смертью вы узнаете… Черт!

Исмаил не успел завершить витиеватую фразу: его оттолкнул в сторону бармен.

— Э, стой, братан! У меня на этого мужика свои виды!

— Не понял? — нахмурил брови Исмаил.

— Ну и дурак значит, — бармен сунул руку за пазуху и вытянул оттуда огромный пистолет. Что это был за ствол, понятия не имею, я вообще в оружии плохо разбираюсь, но он оказался таких невероятных размеров, что я удивился, как он прятался под рубашкой и фирменной малиновой жилеткой.

— Короче, — бармен, словно дирижерской палочкой, взмахнул стволом. — Тебя, братан, — это он Исмаилу, — я приговариваю к смерти за убийство лидера нашего экотеррористического движения «Зеленый бор»…

— «Зеленый мир», — поправил я.

— Точно, братан, спасибо, — с благодарностью кивнул бармен. — Ты, кстати, тоже приговорен за соучастие в убийстве.

— Но ведь он, — указал я на Исмаила, — хотел и меня застрелить.

— Это уже ваши проблемы, — бармен показал нам открытую ладонь левой руки. — Я в них вмешиваться не собираюсь. От мавра-то что требуется? Сделать свое дело и по-тихому свалить.

— Допустим, по-тихому уже не получится, — Исмаил переориентировал ствол пистолета на бармена.

Бармен направил свой пистолет на меня.

— Брось пушку, братан, иначе я пристрелю фраера.

Я пожалел, что у меня нет пистолета. А лучше — двух.

А еще мне стало грустно: в жизни так много дураков, что порой они могут встретиться за одним столиком и даже с намерением убить одного и того же человека. И, собственно, делать с этими идиотами больше нечего, как только отстреливать. Нужно только найти вменяемых людей, которые взялись бы за дело. И тогда…

Когда мне уже показалось, что я близок к завершению аккуратной логической цепочки, ход моих размышлений был прерван самым неожиданным образом. На стол прямо передо мной запрыгнул один из унисексов, так тихо сидевших в своем углу, что о них все позабыли. Чуть наклонившись, унисекс поднял согнутую в колене ногу и резко распрямил ее. Исмаилов пистолет взлетел под потолок. Нога унисекса резко, как на пружине, дернулась еще раз, и теперь уже сам официант, раскинув руки, рухнул спиной на соседний столик. Унисекс выхватил из-за пояса небольшой баллончик, сорвал ограничитель и направил дымящуюся струю жидкого азота на росток информационной башни.

Второй унисекс, оказавшийся позади бармена, перехватил его руку с пистолетом и резко дернул вверх. Грохнул выстрел, но пуля ушла в потолок. Унисекс ударил бармена стопой под колено и тут же нанес удар кулаком по позвоночнику в области поясницы. Бармен зарычал, но, в отличие от Исмаила, он все еще пытался сопротивляться. Тогда унисекс схватил бармена за подбородок и резко дернул его голову в сторону. Обмякшее тело бармена упало на пол.

— Наталья! — крикнул тот, что был на столе.

Ага, значит, по крайней мере один из них — женщина.

Наталья обернулась.

Я посмотрел в ту же сторону.

К нам приближались шестеро поваров в длинных белых халатах и накрахмаленных колпаках. Первый сжимал в руке никелированный разделочный топорик с очень удобной деревянной рукояткой. Остальные держали на изготовку короткие автоматы, возможно, «узи», кто их разберет. Для кого-то, наверное, принципиально важно, из какого именно оружия он будет застрелен, а мне так все равно.

Повар, вооруженный топориком, ринулся на женщину. Наталья пригнулась. Брошенная ее напарником табуретка сбила повара с ног.