— Где мой супруг? — задала я вопрос как можно спокойнее, но всё равно вышло довольно резко.
Вышколенный до зубовного скрежета слуга инстинктивно отпрянул, скорее всего, впервые за много лет показав, что он не бесчувственный чурбан.
— Простите, леди, а кто ваш супруг? — вкрадчиво поинтересовался мужчина, на удивление быстро пришедший в себя.
Точно, я же вчера его не видела, соответственно, и он меня тоже!
— Дарем Лесс! Где ваш хозяин?
В глазах дворецкого промелькнула такая обречённая скорбь, что мне стало смешно. Интересно, он сейчас Дара пожалел, что он женился на такой очаровашке? Или себя, поняв, что я теперь его хозяйка? Похоже, умею я произвести неизгладимое впечатление!
— Он в кабинете, я провожу, миссис Лесс!
Идя за неторопливо переставляющим ноги мужчиной, я закипала всё больше. Вот вроде окончательно взбесил меня медлительный слуга, а расплачиваться за это пришлось мужу…
Ворвавшись в кабинет, я подлетела к столу и выдохнула:
— Ты сейчас же её выгонишь, Лесс!
Поднявшись с кресла, мужчина упёрся кулаками в столешницу и, нависая надо мной, рявкнул:
— Нет!
— Я не потерплю в своём доме твою любовницу!
— С чего ты решила, что можешь здесь командовать?!
Брови возлюбленного сошлись на переносице. В глазах полыхает злость, скулы заострились, крылья носа едва заметно трепещут — до чего же красив, зараза!
— Хорошо, — подарила я ему милую улыбку, — тогда и я заведу себе любовника!
— Только попробуй! — зарычал он, зверея от ярости, даже радужки как-то странно пожелтели.
— А что? Конюха, к примеру, у тебя есть конюх? — что ж меня на них так тянет-то? Ну, не престарелым же дворецким пугать!
— Ты моя, Мел!
Я даже не поняла, когда он успел, но вот только что был рядом с креслом — и уже за моей спиной. Обернувшись, прижалась попой к столешнице, и упрямо продолжила:
— С чего вдруг? Раз тебе можно, то и я имею право!
— Ты моя! — громогласный рык прокатился по всему дому.
Последний разделяющий нас шаг и, обхватив за талию, мужчина резко усаживает меня на стол, пристраиваясь между моих ног и впиваясь в губы властным поцелуем. Моментально сметая моё сознание столь страстным напором.
Дар всегда был очень нежным со мной и никогда не целовал так: жёстко, требовательно, будто клеймя и утверждая свои права на моё тело. Пока одной рукой он крепко прижимал меня к себе, второй нетерпеливо пытался стянуть кружевные трусики, но вскоре безжалостно разорвал и отбросил их в сторону. И противиться этому напору совершенно не хотелось. Обвивая шею зверя руками, я льнула к его груди, с не меньшей страстью отвечая на поцелуй.
Брякнула пряжка ремня и сильные ладони, сжав ягодицы, подтянули меня на край столешницы. Мгновение и, издав крик невероятного наслаждения, я выгнулась от ощущения наполненности, которое подарил ворвавшийся в меня член.
Яростно врезаясь в моё тело, почти выскальзывая и вновь входя до упора, Дар покрывал короткими, жалящими поцелуями моё лицо, шею, ключицы и шептал:
— Моя! Ты моя, Мел! Только моя!
Его голос звучал с таким болезненным надрывом и отчаяньем, что я всё сильнее цеплялась в его плечи, стискивала ноги на его талии и целовала в ответ всё, до чего могла дотянуться: висок, гладкую щеку, шею. Родной мой, как же ты так и не понял, что твоя? Всегда была твоей!
Почувствовав мой страстный отклик, Дарем замер, опрокинул меня на столешницу, склонился и, практически соприкасаясь носами, глядя в глаза, произнес:
— Ты моя, Мел! Повтори!
Проведя подушечками пальцев по его щеке, послушно выдохнула:
— Я твоя! — за что была вознаграждена невероятно нежным поцелуем и мягким толчком внутри моего тела.
— Я никогда не буду тебе изменять! — озвучил муж новое требование.
— Никогда не буду! — и вновь сладкая награда за послушание.
— Дарем, ты лучший!
— Дарем, ты… наглеешь! — простонала, прогнувшись в пояснице и впиваясь ногтями в широкие плечи, безмолвно требуя не останавливаться.
Ласково улыбнувшись, он приник к моим губам, мягко целуя, играя с моим языком, и медленно заскользил во мне, вознося на вершину блаженства. Поцелуи спустились ниже, прошлись по шее, очертили ключицы… Дар больше не брал меня, как в самом начале — любил! Так же бережно и осторожно, как и пять лет назад, и это сводило с ума. Я, извиваясь, подавалась ему навстречу, подставляла своё тело для ласк и захлёбывалась от стонов, становившихся всё громче и несдержанней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Приспустив лиф платья, любимый втянул в рот до боли напряжённый сосок, посасывая, лаская его языком, и сопровождал каждый удар бёдер лёгким укусом.
Удовольствие взлетело до таких высот, что стало нестерпимым, острым, обжигающим. Обхватив лицо мужчины ладонями, я потянула его на себя, приникла к губам и, взрываясь в оргазме, выдохнула в них стон наслаждения. Резко войдя глубже, Дар ко мне присоединился, непрерывно целуя, смешивая наше учащённое дыхание.
Немного отдышавшись, Дарем отстранился, по-деловому застегнулся, приводя себя в порядок, а как только я попыталась проделать то же самое, остановил, положив ладонь на мой живот, и окинув меня восхищённым взглядом, пробормотал:
— Какая же ты сейчас красивая, куколка!
Ага, красивая и абсолютно красная от стыда! Вот господин первый советник выглядит подобающе статусу, а я лежу на его столе с обнажённой грудью, задранным подолом и демонстрирую мужу свои прелести.
Растерянно оглядевшись, Дар нахмурился.
— Чёрт, у меня тут даже пледа нет, как-то не думал, что буду в кабинете любовью заниматься.
— Можно я уже хоть платье поправлю? — спросила жалобно.
— Придётся, мне не во что тебя закутать, так что до спальни будем добираться быстро, чтобы никто не успел высмотреть мою сладкую жёнушку!
Супруг помог мне слезть со стола, сам оправил на мне одежду и придирчиво оглядев, подхватил на руки.
До нашей спальни мы добрались действительно быстро и по дороге встретили лишь уже знакомую горничную. Невозмутимо приказав подать в комнату «завтрак», Дар прошёл мимо изумлённой девушки. Хм, надо бы узнать, почему она на нас так смотрит, меня это ещё утром насторожило…
Донеся прямо до ванны, поставив на пол возле неё, муж привлёк меня к себе и прошептал:
— Куколка, мне надо во дворец, обещаю, я быстро вернусь, и мы продолжим то, что начали в кабинете! И ещё… У меня никогда ничего не было с Джейн, клянусь!
Словно не замечая, как ошарашено я на него смотрю, он чмокнул меня в губы и ушёл…
41
МЕЛОРИ.
И что это было? Это его от секса так накрыло что ли? Впрочем, наконец, переведя взгляд с закрывшейся за мужем двери на висящее над раковиной зеркало, некоторые странности его поведения я поняла.
Лиф платья немного порван, волосы растрепались, губы припухли, а шею украшает пара бордовых засосов. И в довершение картины — измятый подол. Так вот откуда такое маниакальное желание завернуть меня в плед и доставка до спальни!
А вот что касается Джейн, ничего нового он мне не сказал, я и так знала, что он с ней не спал, ну хоть сам признался. Так, глядишь, и остальную информацию вытяну, но с подругой поговорить всё же стоит…
Смыв с себя следы нашей страсти и накинув халат, выскользнула из ванной. Услышав шебуршание в гардеробной, прошла на звук, обнаружив горничную, развешивающую женские вещи, вероятно, принадлежащие мне. Почему вероятно? Потому что вижу я их впервые!
Абсолютно новые платья, юбки, блузки, топики, нижнее бельё, чулки и обувь. И да, всё розовое! Я даже прыснула от такой заботы возлюбленного. Ну и ладно, чего уж там, хочет он куклу в розовом — мне не жалко! Хоть сама я уже года четыре как отказалась от этого цвета в одежде, вернуться к нему была не против.
Пройдя, задумчиво изучая вешалки и выбирая, во что же мне нарядиться, я обратилась к притихшей и испуганно сжавшейся девушке:
— Как тебя зовут?
