Едва мы расселись, как к нашему столу резво подбежал молодой человек с подозрительно веселым выражением лица, и бодро поинтересовался:
— Чего изволите откушать?
Мы только открыли рты, чтобы поинтересоваться сегодняшним меню, но нас опередил младший Викерс.
— Мне пожалуйста супчик какой-нибудь на ваше усмотрение, но только чтобы понаваристей, на второе жаркое из мяса, любого на ваш выбор, главное, чтоб с такой вкусной хрустящей корочкой, а на десерт можно мороженное или просто тортик.
Молодой человек терпеливо выслушал весь заказ, и, не моргнув глазом, как бы невзначай заметил:
— Вы знаете, Академия Ремесла является государственным учреждением, поэтому мясо у нас запрещено указом нашего великого Императора, — парень изобразил некое наподобие благоговения, — а мучное признано вредоносным для медитативных техник, поэтому первогодки не имеют право питаться и мучным.
— А что же тогда кушать? — дрожащим голосом спросил Наив.
Мне показалось, что еще секунда и у него задрожат губы, и он разрыдается, но вроде бы обошлось.
Старший брат успокаивающе похлопал его по плечу, а Алиса, как будто бы даже успокаивающе, хмыкнула. Но официант решил подсыпать всем известного химического соединения на рану любителя хорошо покушать.
— Как это что кушать? — всплеснул он руками. — Да вы знаете, сколько всяких травок вкусных существует? А главное — полезных! Чего стоит один суп из крапивы…
— Она же колется, — опешил Чез, выросший на колбасных изделиях из магазина своего отца, и знакомый с вегетарианской кухней только понаслышке. — Я отказываюсь так насиловать свой организм!
Младший Викерс торопливо закивал в знак солидарности.
— Значит, вы отказываетесь от обеда? — обрадовался официант.
В запале Чез наверняка отказался бы не только от обеда, но и от ужина, причем на месяц вперед, но я вовремя ткнул его локтем в бок и взял инициативу в свои руки.
— Нет, конечно, принесите нам что-нибудь на ваш выбор.
Официант уже собрался, было, уходить, когда Алиса дернула его за рукав, да так, что он едва удержался на ногах. Его глаза оказались на уровне глаз вампирши, и он неуверенно улыбнулся ей, да и как не улыбнуться такой красавице. Красавица ослепительно улыбнулась ему в ответ своей знаменитой улыбкой «хищник-жертва». От этой улыбки даже у меня, уже немного привыкшего к обществу вампирши, по спине пробежали мурашки. Что уж говорить об официанте — тот аж дернулся от неожиданности, в надежде побыстрее смыться, но хватка девушки была железной.
— И смотри у меня, — ласково произнесла Алиса. — Если обед будет недостаточно сытным, то кому-то придется восполнить пробелы в моем меню.
Ни у кого из нас, а в особенности у официанта, не возникло не малейших сомнений по поводу того, кто заполнит меню вампирши в графе «десерт».
— Конечно, конечно, — пробормотал официант, пятясь от нас с поразительной скоростью. Именно с этой поразительной скоростью он и врезался в усатого здоровяка, несущего огромный поднос.
Грохоту было столько, что он практически перекрыл ругань сшибленного официанта-здоровяка. Зато когда грохот прекратился… старший Викерс, на всякий случай, прикрыл уши младшего брата ладонями.
— Чтобы не нахватался всяких пошлостей, — пояснил Нивел в ответ на наши удивленные взгляды.
Алиса в очередной раз повертела пальцем у виска, выражая свое полное непонимание этой семейки.
Я поспешил сменить тему разговора на более благоприятную.
— Алиса, а ты и вправду будешь есть вегетарианскую пищу? — я слегка смутился, поняв, что тема мною выбрана не столь благоприятная, как мне показалось в начале. — Ну… я хочу сказать… ты же наверное это… ну…
— Кровь пьет, — любезно подсказал Чез.
— Да, да… — я бросил на Чеза уничижительный взгляд. — Вы же питаетесь жизненной энергией, а какая жизненная энергия у той же морковки может быть?
— Ты что?! — зашипел Чез. — Не вздумай такое при друидах повторить, они ж тебя за такие заявления на удобрение для своих любимых сорняков пустят.
— Такие обидчивые? — удивился я, радуясь плавному уходу от так неудачно поднятой мной темы.
— Нет, что ты, — Чез повертел пальцем у виска, явно переняв сей жест у вампирши. — Просто очень уж на своих морковках помешаны, не поймите меня превратно.
Алиса рассмеялась, и я сам едва сдержал улыбку. Даже старший Викерс позволил себе улыбнуться, не убирая, однако, рук с ушей брата.
— Что-то грязные у тебя шуточки… — заметил я.
— Не правда, я их всегда мою перед употреблением, — не остался в долгу Чез.
Нашу пикировку прервал официант, начав очень тихо, и от этого особенно подозрительно, расставлять на столе тарелки со странным содержимым преимущественно зеленого цвета. Что еще более странно, официант был уже другой.
Чез подозрительно понюхал содержимое своей тарелки.
— Не отравят?
— Не должны, вроде бы, — предположил я. — Они же понимают, что вампира так просто не отравить, а Алиса за нас отомстит, ведь правда?
— Конечно, — согласилась вампирша, и официанта как ветром сдуло, только звонко тренькнули тарелки, впопыхах брошенные на стол. — Какие-то они здесь все нервные, вы не находите?
Послышался жуткий грохот — это убегающий от нашего столика официант на полном ходу врезался все в того же усатого здоровяка, только-только прекратившего ругаться и собравшего с пола все упавшие тарелки. Второй жертве Алисы повезло еще меньше, чем первой. Если первый официант отделался легким испугом и синяком под глазом, то второму сулил как минимум двухчасовой сеанс лечения в местной травматологии… если, конечно, здоровяк его догонит…
Мимо нас пробежал официант, а вслед за ним усатый здоровяк с огромным половником.
— Интересно, догонит? — поинтересовался Нивел, убрав руки с ушей брата, едва парочка скрылась за дверью.
— Надеюсь, что нет, — покачал головой Чез. — Жалко парня…
Все внимание моего друга на данный момент было обращено в тарелку с непонятной темно-зеленой жижей, явно претендующей на гордое звание супа.
— Я здесь копыта отброшу, — наконец резюмировал Чез.
Я с тоской посмотрел в свою тарелку и мысленно согласился с Чезом. Вот уж никогда не думал, что жизнь в Академии будет ТАК тяжела.
От тяжких дум меня отвлек Викерс младший, с аппетитом захрустевший каким-то продуктом прогрессивного садоводства. Вот уж кому не грозил голод, похоже, этот парень мог съесть что угодно, и даже не поморщиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
