— Дык, если вы такие умелые бойцы, кто же тута поможет вам — чесал голову трактирщик — разе только Маркел. Он погостить приехал к родне, сам отсюда. Отпуск у него в отряде, забыл как называется. «Погромщики» кажись, или нет «Громилы»… не, как-то похоже, он арбалетчиком там.
— Наверно «Громовержцы$1 — подсказал граф, давясь от смеха.
— Точно! Они самые — обрадовался трактирщик — Так я пошлю сынишку, чтобы, значит, он подсобил.
— Давай так — взял в свои руки инициативу граф — О нашем разговоре никому ни слова, вдруг кто помогает из деревни бандитам. Ты пошли за этим Маркелом сына, под каким-нибудь предлогом, чтобы пришел сейчас же в трактир по какой-нибудь надобности, без арбалета. Арбалет мы ему свой дадим.
— Ага, я попрошу, чтобы пришел, значит, заценил арбалет. Ну, вроде как Ваша светлость, мне его в оплату заместо денег решили за проживание, значит, отдать. Так пойдет?
— Пойдет. Давай я пойду с тобой в зал и при всех предложу арбалет, а ты пошли сына с просьбой подойти этому Маркелу в трактир. Чтобы все видели, зачем побежал к нему твой сын.
— Ты смотри, какую вещь предлагаю, это тебе не деревенская самоделка, это гвардейский легкий арбалет. В вашей дыре таких отродясь не видали — втолковывал Ван Дрик трактирщику, перегнувшись через стойку.
— Ваша светлость, ну я же ничего в этом не понимаю. Давай, я сына пошлю за знающем человеком. Он поглядит и мы сторгуемся, чтобы, значит, не мне в накладе не быть и вашим милостям не в обиду.
— Ладно давай — махнул ругой граф — Но чтобы птицей туда и назад, устал я, пойду прилягу пока, а как придет твой человек, вместе с ним ко мне пройди.
Когда трактирщик с Маркелом зашли в комнату графа. Илика уже в третий раз стала излагать свой план, проявляя чудеса терпеливости и педагогического мастерства. Маркел, хоть и военный человек, но явно из тех, кто стреляет только туда, куда командир покажет. Хотя с виду вроде и казался сообразительнее трактирщика.
— Итак, уже скоро вечер, пора приступать. Олаф, Питер, хозяин и Маркел идут к тому обгоревшему сараю, о который показал с чердака хозяин. Как будто смотреть, как стреляет арбалет. А мы с Иликой ссоримся и я, вроде как в пьяном угаре, выгоняю ее из трактира на улицу. Ну и она бродит вокруг деревни, пока на нее обратят внимание бандиты, а потом убегает от них в сторону сарая и «прячется» там. Всем все понятно? — на всякий случай повторил весь план операции граф.
Спустя полчаса, после того как мужчины пошли «проверять» арбалет, разъяренный постоялец, выволок за волосы свою девушку и выкинул ее из трактира.
— Грязная шлюха… — неслось на всю улицу его пьяная брань.
Бедная девушка, спотыкаясь в своих городских туфельках, припустила прочь по дороге из деревни, а дебошир, пьяно покачиваясь и пугая прохожих обнаженным клинком, пошел в направлении обгоревшего сарая.
— Ну не дай Вседержатель такого мужа — причитала служанка, наблюдавшая из окна кухни всю эту безобразную сцену. — Видно везде одно и то же, что в Столице, что в самой последней деревне. А еще благородные с виду. Такую красавицу и так… Тьфу!
Девушка шла, спотыкаясь по неровной каменистой дороге из деревни. Волосы растрепались, рукой она размазывала по лицу слезы. Присела, поревела, затем всхлипывая снова побрела, на этот раз в сторону от дороги вокруг деревни. Видно под вечер, она не хотела удаляться от деревни, но и к дебоширу своему возвращаться боялась.
Илика уже больше часа шла вокруг деревни, старательно спотыкаясь и выдавливая из себя слезы. И когда она почти обошла большую ее часть, наконец, ментально почувствовала к себе внимание. Не то внимание, которое она чувствовала на себе от деревенских, как к новому человеку. Это было внимание хищника, который рассматривает ее в качестве жертвы.
— Ей, а ну стой!
Дорогу ей заступили четверо. Двое с луками за спиной, остальные с короткими мечами за поясом и окованными дубинками в руках. Все в поношенной военной форме, скорее всего дезертиры или бывшие наемники. Кто из них за главного, Илика пока не поняла, ни по поведению, ни по ауре. Она побежала, не забывая спотыкаться, тихонько жалобно заголосила, решив, что в панике девушка не должна совсем уж молчать.
— Догоним, пожалеешь, лучше сама остановись — орал почти лысый, невысокий, но очень широкоплечий парень.
Они играли с ней. Видели, что еле бежит в своих туфельках. Хороша добыча! И смазливая и вещи на ней, не то что деревенские. Да и деваться ей некуда. Немного погоняют, сама свалится от усталости.
Илика не хотелось нарушать обещание данное Вану, и сделала все, как договаривались, хотя и очень хотела сама их всех взять. Старательно имитируя ужас и панику, она добежала до сарая и «спряталась» там, от «едва не поймавшей» ее четверки бандитов. А дальше все пошло не так…
Когда прибежал сынок трактирщика, Маркел немного забеспокоился. Вдруг дознались все же, что он вовсе не тот, за кого себя выдает, Хотя настоящий Маркел и ушел из деревни почти двадцать лет назад, все же довольно много людей могли его узнать. Вернее могли понять, что человек назвавшийся Маркелом, не очень-то на него и похож. Наполовину ослепший старый дядька настоящего Маркела, был рад узнать в качестве племянника кого угодно, кто остановился у него в доме и щедрой рукой поит сивухой каждый день. А на улицу, лишний раз, лже–Маркел старался не выходить. Впрочем, Маркел было его настоящее имя. Когда он под видом путника пришел в деревню и назвал свое имя, то бабка, с которой он разговорился, сама привела его в дом того Маркела, который лет двадцать назад ушел в наемники, да так и не вернулся. А там уж грех было не воспользоваться ситуацией. Правда всю банду вводить в деревню было бы неосторожно, потому он и приказал им сидеть тихо в лесочке, пока лето и тепло. Но разве лысому объяснишь, что такое тихо сидеть. Вот и стали пропадать девушки из деревни.
В трактир Маркер все же пошел. Любопытно стало, зачем зовет трактирщик, да и новости последние неплохо бы разузнать. Все же много уже наломали дров его подельники. Особенно лысый, большой любитель поизмываться над девушками.
Сколько раз ему говорили, не нужно гадить поблизости от того места, где остановился, да разве втолкуешь психу. Как надышится своей отравы, звереет и совсем разум теряет. Видел Маркел, что он с племянницей трактирщика сделал, чуть не вырвало после этого. Твердо решил, что пора избавляться от этого идиота, как только представится случай. Но пока, еще одна умелая рука мечника, лишней не казалась. Да и зверел он только с женщинами, а в банде дезертиров таковых не имелось.
Как только пришли в трактир, мальчишка молча указал на трактирщика и тут же умчался по каким-то своим мальчишеским делам. Трактирщик, поприветствовал его и махнул рукой, приглашая за собой в коридор с комнатами постояльцев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
