Читаем без скачивания Триумф Акорны - Энн Маккефри

— Но это ничего не говорит о том, что он здесь делает, — возразил Беккер.

— Возможно, если мы с ним свяжемся, он нам объяснит, — здраво предложил Мак.

— Или выдаст нам какую-нибудь выдуманную историю, — ответил Беккер. — Догадываюсь, какой вариант более вероятен.

Тем временем Акорна сама вызвала Ари, на тот случай, если он все же на борту у Грималкина. На этот раз она вложила в призыв всю душу. Она представила себе своего Ари, не измененного, не предавшего ее, променяв их короткую совместную жизнь и все воспоминания о ней на более раннего, более физически здорового себя. Ари — Целый Рог был подделкой! Эта мысль внушала ей одновременно облегчение и тревогу. Облегчение, потому что интерпретация Грималкином Ари была не единственной версией ее возлюбленного, которого она может увидеть снова, и страх, что если Ари все еще отсутствует, то ему грозит какая-то ужасная опасность, о которой Грималкин им не рассказал.

Или еще худшая.

— Ни один из кораблей не назвал себя, Азиза? — спросил Рафик у главы службы безопасности.

— Нет, но я тоже не назвалась.

— Ты совершенно права, — ответил он.

Но Акорна отключилась от разговоров вокруг нее. Другая беседа на узкой полосе, которую могла уловить только ее телепатия, поглотила все ее внимание. Смит-Вессон произнес:

— Камни вон там, внизу. Под грудой веток.

— Ты ждешь, что я тебе поверю, да? — спросил голос Грималкина, теперь даже отдаленно не напоминающий голос Ари. Он стал более высоким и более гнусавым. — Я не покупаю кота в мешке. Мне нужно их осмотреть, чтобы убедиться, что они такого качества и размера, как ты утверждаешь. Синдикат, который я представляю, уже не нуждается в камнях обычного сорта, которые ты мне показал. Я прибыл сюда только потому, что ты гарантировал, что можешь достать нечто исключительное.

— Конечно. Конечно. Я сейчас спущусь пониже, чтобы пустить в ход свой буксирный луч. Заверяю тебя, ты будешь не только удовлетворен, но и потрясен.

— Да, да. Давай, — сказал Грималкин. Но в то же время Акорна уловила еще одну линию связи, идущую от него. — О вы, бывшие Жидкие, и вы, нынешние Изменчивые. Я вернулся.

Вся сдерживаемая ярость серных жителей сосредоточилась в этом мысленном голосе.

Акорна, очевидно, была не единственной жертвой обмана Грималкина.

— Что? Не говорите мне, что вы недовольны нашей сделкой. Разве я не сделал вас равными Изменчивым?

Акорну внезапно посетило видение: полупрозрачные, гнойно-желтые субстанции застыли на месте, как и твердые, напоминающие пену, желтые субстанции, возвышающиеся над ними. А, вот чем объясняется это ощущение, словно тебя заперли в тюрьму, которое она восприняла вместе с яростью серных существ. Грималкин заморозил на месте и Жидких, и Изменчивых, когда они превратились в Жидких. Она не могла знать, какой была первоначальная сделка. Знала только, что, по мнению серных существ, Грималкин нарушил ее условия.

Мысленным взором она увидела Грималкина, человека-кота, каким она однажды видела его во сне, а потом на петроглифе, лежащего на широком подоконнике иллюминатора его корабля. Его мохнатая голова казалась желтоватой в отраженном свете серной планеты. Он небрежно привел в действие низкоинтенсивный луч лазера и уничтожил химическое воздействие, при помощи которого заморозил Жидких и Изменчивых в форме Жидких.

— Теперь вы довольны?

Конечно, они не были довольны.

Она впитывала в себя столько, сколько смогла выдержать, затем вздохнула и сказала остальным:

— Мне очень неприятно, но даже если он вор, я не думаю, что мы сможем оставить Смит-Вессона Грималкину и серным существам.

— Почему бы и нет? — спросил Беккер с негодованием, но не остановил ее, когда она переключила интерком.

— Смит-Вессон, — произнесла Акорна. — Говорит «Кондор». «Дом Харакамянов» уполномочил нас арестовать вас за кражу хризобериллов с Мечты.

— Каких хризобериллов? — спросил Смит-Вессон. — Я преследую воровок, тех танцовщиц, которых дама, специализирующаяся на уборке, столь неосмотрительно привезла на Мечту.

Азиза с негодованием воскликнула:

— Сын больной сифилисом верблюдицы, ты думаешь, леди Акорна так глупа, что поверит твоей лжи? В течение последних недель это мы, танцовщицы, преследуем тебя!

«Кондор» и «Али-Баба» одновременно отключили маскировку.

— И теперь, когда вы меня поймали, что вы собираетесь делать? — осведомился Смит-Вессон. — Я действительно приберег несколько хризобериллов, чтобы модифицировать свое вооружение, и, пустив его в ход, уверяю вас, мог бы разрезать вас на такие мелкие кусочки, что ими не заинтересуется ни один сборщик космического мусора.

— Ба! — сплюнула Азиза. — Ты думаешь, лорд Хафиз не подумал об этом? У нас тоже есть оружие, где используются эти драгоценные камни.

— Невозможно. Все камни, которые вы украли из хранилища, у меня.

— А, но мы тогда не посмели стащить те камни, которые носила леди Карина, — сообщила ему Азиза. — А они такого размера и чистоты, что из них получилось высокоточное и эффективное оружие. Продемонстрировать его, лорд Рафик?

Акорна оценила браваду своих компаньонок, зная кое-что такое, чего они знать не могли, и вмешалась:

— Кто твой компаньон, Смит-Вессон?

— Союзник. Клиент.

Грималкин, который терпеть не мог, когда о нем говорят, а он сам не направляет дискуссию, перебил его:

— Нетерпеливый клиент. Мне не терпится увидеть товар. Я придержу их, а ты достанешь камни.

— Не делайте этого, Смит-Вессон, — сочла своим долгом предостеречь его Акорна. — Камней там уже нет.

— Где же они тогда? Не говорите мне, что вы их уже забрали! Как вам это удалось?

— Это было бы нетрудно, если бы мы прилетели вовремя, — сказала ему Акорна. — В каждый камень вмонтирован маяк, сигнал которого принимают только корабли, знающие его код, наши корабли. Этот маяк теперь подает сигналы с борта корабля так называемого вашего клиента. Он представляет для вас гораздо большую опасность, чем мы.

— Старый трюк, друг мой, — сказал Грималкин. — Разделяй и властвуй. Зачем мне было следовать за тобой, чтобы получить камни, если они уже у меня?

Акорна не испытывала желания пикироваться с Грималкином или спорить с ним о придуманной им версии событий. Надеясь, что Смит-Вессон обладает какими-то крохами телепатии и чувством самосохранения, она послала ему картинки того, что случилось раньше с Рафиком, и того, что приготовил для него на поверхности планеты Грималкин. Она также послала ему ясные изображения груды хризобериллов, разбросанных в беспорядке на мостике судна Грималкина. Некоторые из них катались по полу, а Грималкин со скучающим видом подбрасывал их лапой.

Ее интуиция оказалась верной. Она получила ответ.

«Почему?» — удивился Смит-Вессон.

«Хороший вопрос. Пока что мы предполагаем, что он — социопат, — ответила Акорна. — Ему нравится манипулировать событиями и людьми, и ему все равно, кто пострадает от его действий. По сравнению с ним вы — почти честный человек. Я очень рекомендую сдаться на милость нежной Азизы и не иметь никаких дел с Грималкином в дальнейшем».

Чтобы удостовериться, что Смит-Вессон оценил поджидающую его смертельную опасность, Акорна снова сосредоточилась на том, что произошло с Рафиком. Только заменила образ своего приемного отца на образ Смит-Вессона до того, как послать ему эти картинки. Она также включила некоторые чувства, которые испытывали серные существа по отношению к человеку, который уничтожил их соплеменников.

Смит-Вессона не так-то легко было напугать, но оживший кошмар, который Акорна вложила в его голову, вполне его убедил. Содрогнувшись, он сказал:

— Я сдаюсь.

Акорна уловила быстро промелькнувшую мысль, что, как только этот человек окажется вне опасности со стороны Грималкина, он не будет столь склонен к сотрудничеству, но она была готова оставить эту проблему Азизе и остальным. В данный момент у нее были другие приоритеты.

— Выбрось в пространство свое оружие, — потребовала Азиза, и, когда лазерная пушка медленно выплыла из воздушного шлюза, Азиза подцепила судно своим буксирным лучом.

— Это было совсем не интересно, — пожаловался Беккер. — Не знаю, что ты сделала, принцесса, но ты каким-то образом предотвратила сжигание, кровопролитие, насилие и те многочисленные взрывы, которыми я рассчитывал порадовать свою душу.

— Да, — согласился Рафик. — Хорошая работа, Акорна. Серный народ никогда не простит тебя, если узнает, что ты предупредила Смит-Вессона и позволила ему улететь от них, но все равно хорошая работа.

Она рассеянно кивнула головой и вызвала корабль Грималкина.

— Я хочу поговорить с тобой, — сурово сказала она.

— Разве ты уже и без того не сказала достаточно? Я уже готов был восстановить справедливость, а ты все испортила.