Хотя мне часто говорили, что я выгляжу моложе своих лет, у меня было такое ощущение, будто я постарела. Это неудивительно. Наверное, у многих было бы точно такое же чувство, если бы пришлось находиться рядом с бомбой с часовым механизмом, которая могла взорваться в любую минуту. Устав от долгого ожидания неминуемого взрыва, я решилась взять ситуацию под контроль и обезвредить бомбу. Мне казалось, что если я вернусь к работе в школе с нового учебного года, который должен был вот-вот начаться, то это, несомненно, облегчит финансовую ношу моего любимого. Однако глубоко в сердце я понимала, что финансовые проблемы — только следствие, а не причина.
В общем, как бы там ни было, но я отправилась к директору школы и уговорила вновь принять меня на работу. Сейчас оставалась единственная проблема: сообщить об этой новости Акбару.
Я отправила детей к Ази, надела самое красивое платье, приготовила любимое кушанье Акбара и поставила на стол свечи. Пожалуй, это можно было расценить как взятку. Однако я во что бы то ни стало должна была добиться того, чего хотела. Чего мы оба хотели.
Но перед встречей меня терзали сомнения. Кого я пытаюсь обмануть? Мужчину, который знал меня, как облупленную? Мужчину, который читал мои мысли? Мужчину, от которого я никогда не могла ничего скрыть? Однако на этот раз интуиция его подвела.
— Чего ты хочешь? — спросил он, взглянув на праздничный стол. — Только учти, у меня одно условие: это не должно стоить очень дорого, ладно? Мы не можем себе позволить покупать дорогие вещи.
— Я ничего не хочу. Напротив, я решила хоть немного облегчить твою ношу.
— Боже мой, никогда не думал, что ты настолько язвительна! Ты хочешь проучить меня за то, что я не помогаю тебе по дому?
Я совершенно не ожидала такого выпада и была уверена, что не заслужила его. Однако ради достижения своей цели стерпела обиду, с трудом проглотила подступивший к горлу комок и, умерив гордость, сказала:
— Нет, глупыш, я просто возвращаюсь на работу.
Кулаком, который был тяжелее пушечного ядра, Акбар сильно ударил по столу. Все, что стояло на столе — фарфор, хрусталь и серебро — взлетело в воздух и приземлилось обратно.
— Только через мой труп! — крикнул он.
— А может, через мой? Тебе нужно сделать выбор. Неужели ты не видишь, какой стала наша жизнь в последнее время?
В глазах Акбара заблестели слезы, но морщины на лбу немного разгладились.
— Дорогая, скажи, у тебя опять проблемы со здоровьем? Я ничего не знал. Поверь мне, я с ума схожу из-за того, что не могу сам позаботиться о тебе и детях.
— Неужели ты действительно ничего не понимаешь? Я не хочу, чтобы ты в одиночку тянул целый воз. — Это единственное, что пришло мне в голову.
Чем еще я могла утешить своего принца, чья гордость, вернее жалкие остатки ее, страдала от одного удара за другим?
Не разумные доводы, а мои ласки заставили оттаять превратившееся в лед сердце Акбара. И сильные руки мужа обняли меня.
Конечно, ужин прошел не так, как я планировала. Но слава Богу, на пол не было сброшено все, что стояло на столе. Поэтому вечер все равно показался мне чудесным. Честное слово, чудесным!
34
Подходил к концу следующий день. Воздух был влажным и очень холодным. Он больно кусал кожу и пробирал до самых костей. Если бы вы знали, как мне хотелось лечь в постель, с головой накрыться пуховым одеялом, свернуться в клубочек и заснуть! Но я не могла этого сделать: Мне нужно было проверить тридцать с лишним контрольных работ.
Я смотрела на бесконечные рисунки, которые изображали сложную структуру клетки, весь путь ее образования и многочисленные митохондрии, являющиеся генераторами энергии. Почему же мои митохондрии меня подводят? — спросила я себя, чувствуя неимоверную усталость. Сейчас я не в состоянии была сделать то, что несколько лет назад не составило бы для меня особого труда. Почему я не стала такой же сильной и дееспособной, какими были все женщины в нашем роду? Неужели я подведу их? Нет, я никогда не позволю себе этого! И я решила превозмочь себя. Я вспомнила детство, когда постоянно боролась с братом, отказываясь сдаваться, даже когда казалось, что все потеряно.
Откуда-то появились силы и решимость, и я заставила себя быстро закончить работу. Потом, ступая на цыпочках, чтобы не шуметь, поднялась по лестнице. Меня переполняло чувство победы, как в те минуты, когда я заканчивала трудный подъем на очередной лестничный марш своей жизни. Только на этот раз я наконец достигла самого верха лестницы, где сладким сном спали самые дорогие для меня люди.
Сначала я проверила, все ли в порядке у детей. Помолилась за них, поцеловала маленькие лобики и хорошенько укутала. Каждый из них улыбнулся мне во сне. Их расслабленные и безмятежные лица свидетельствовали о том, что я хорошо выполняю материнский долг. До конца жизни я гарантировала им ощущение безопасности. Нет, не жизни, а только детства, к сожалению. Эта мысль поразила меня, как молния. Я не смогу всегда находиться рядом с ними. Значит, я должна остаться в них силой, которая будет поддерживать их в самые трудные минуты. Невидимой силой. Именно такую заронила в меня Чанно.
Затем я направилась к нашей спальне. Акбар автоматическим жестом приподнял одеяло, разрешая забраться к нему в постель всем, кто этого желал. Он не повернулся сразу же ко мне, и я догадалась, что во сне он принял меня за кого-то из детей, думая, что я еще работаю внизу. Однако через считанные секунды его нос уловил мой запах, и он резко повернулся. На лице появилась широкая улыбка, и он сказал:
— Я скучал по тебе. Устраивайся поудобнее.
Я никогда не отвергала подобного приглашения. Эти слова означали, что я могу согреть свои ледяные ноги о его теплые бедра. Стоило мне обхватить ногами его бедра, как мои митохондрии заработали, словно безумные, отдавая столько же энергии, сколько забирали у Акбара. Нам нравилось выравнивать температуру наших тел, когда невозможно было определить, где начинается его тело и заканчивается мое.
— Интересно, ты знаешь, с какой целью появился в этом мире? — спросила я.
Такой вопрос могла задать только женщина. Такой вопрос никогда не догадается задать ни один мужчина, тем более в самый разгар ночи. Такой вопрос женщины специально приберегают для ночей, потому что именно ночью люди наиболее искренни.
— Моя цель в жизни — заботиться о тебе, детях и Лоре, — сонно пробормотал Акбар.
— О Лоре?! — возмущенно вскричала я.
Мой крик перепугал не только Акбара, но и детей. Муж сел в кровати и произнес тоном, в котором не чувствовалось ни малейшей вины:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
