Читаем без скачивания Дип - Микки Спиллейн

— Скорее, — прошептал я.

В этот момент мы находились почти на уровне окна, из которого я начал подъем. Я прыгнул на подоконник, втащил за собой Элен, а потом еще несколько секунд прислушивался к шуму наверху. Стрельба стихла, но вслед за тем вспыхнула с новой силой. Послышались громкие выкрики, гогот, чей-то пронзительный вопль и, один за другим, выстрелы. Очевидно, банда Дейла покончила с Педлом и его подручными. Сейчас они вспомнят об Элен, взломают дверь в смежную комнату и сообразят, как она сбежала. Начнется погоня и обыск здания. Оставаться в этой комнате было слишком рискованно, — Нам нужно в подвал, и поскорее, — сказал я, увлекая Элен в коридор.

В этот момент послышался отдаленный звук сирены. С каждой секундой он приближался. Там, наверху, тоже, наверное, услышали его, а это означало, что ни о какой погоне уже не могло быть и речи. Некоторое время банда будет метаться в поисках выхода. Бежать! Но куда? Они прекрасно понимали, что вой сирены означает завершение оцепления здания перед прибытием главного полицейского отряда, который с минуты на минуту начнет прорываться внутрь.

Мы сбежали вниз и укрылись в подвальном помещении старого клуба. Я включил лампочку на столике и оставил двери приоткрытыми, чтобы слышать, как разворачиваются события. Усадив Элен, я сел рядом с ней. Топот и треск свидетельствовали о том, что копы сумели ворваться в клуб. Тотчас же прозвучали первые выстрелы. Начавшаяся схватка обещала быть жаркой, так как бандитам нечего было терять. Наверху трое убитых, за что отвечать пришлось бы каждому из них. А что значит отвечать? Это значит допросе применением «особых методов», а затем неминуемый электрический стул.

Каждый из них без колебания предпочел бы погибнуть от полицейской пули.

— Дип...

— Нет, Элен, я никого не застрелил.

Ее рука мягко легла на мое плечо.

— Дип... Я не понимаю... Пришел Педл... Он хотел заставить меня говорить...

— Успокойся.

— Он думал, что я знаю...

— Он ошибся.

До нас доносились револьверные выстрелы, свистки, команды и топот ног. Вновь дико завыла сирена — очевидно, прибыла машина с подкреплением, — Я звонил Роску. Ему следовало бы видеть это. Богатый материал для его статеек.

— Но... он ненавидит тебя.

— Он ненавидит всех, дорогая.

Она почувствовала перемену в моем голосе.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты была помолвлена с Беннетом?

Элен отпрянула.

— Нет, нет, Дип. Однажды он просил меня об этом, но я ему категорически отказала. И ты знаешь, почему.

— Но он-то этого не знал. И хотел посвятить всех парней клуба в свой секрет.

— Секрет?

— Он собирался сообщить, что решил просить тебя выйти за него замуж.

— Что ты! Как же он мог?

— Беннет ведь думал по старинке, полагая, что если ты рядом, то все зависит от него, а не от тебя.

— Но я никогда...

— Ты говорила Роску о его предложении?

— О предложении Беннета? Говорила, но...

Стрельба становилась все интенсивнее. Даже здесь с потолка начала оседать пыль. Элен заглянула мне в глаза. Она поняла мой вопрос.

— Нет. Не может быть. Роск...

— Потому что родственник?

— Нет, он... приемный сын отца по первому браку.

— Однако любовь... была?

— Но... Дип... — Она прижалась к моему плечу. — Это ужасно, но я скажу все. С его стороны были какие-то намеки. Нечто похожее на намеки Беннета, но я почему-то... ненавидела его. Мне было неприятно выслушивать это.

— Я тоже скажу все, дорогая. Роск питал к тебе далеко не родственные чувства и на что-то надеялся. Он знал о наших взаимоотношениях в прошлом и возненавидел меня. Жизнь шла своим чередом, но не так, как того хотел Роск, и ненависть его возрастала, только получила несколько иное направление. А тут еще твое сближение с Беннетом. Он ненавидел не только Беннета и меня, он готов был стереть с лица земли весь клуб. И оправдание имел отличное: борьба, видите ли, с пороком, гангстерами.

— Но, Дип...

— Ненависть стала для него главным стимулом в жизни. Он вертелся возле клуба, присматривался, следил за Беннетом, обдумывая план его убийства.

— Дип!..

— Да, да, дорогая. Именно так. Роск пронюхал даже об арсенале здесь за стенкой и выкрал оттуда револьвер. Правда, он искал там нечто иное секретные бумаги, которые дали бы ему возможность отомстить всей организации. Беннет был убит часов в десять вечера. Это необычное время для убийства вообще. Роск явился к Беннету, поджидавшему Дикси, и ранил его, но Беннет погнался за ним.

— Какой ужас... А Тилли?..

— Не исключено, что она видела убийцу и тем определила свой конец.

— Нет, нет! Это невозможно, Дип!

— После этого он перетащил Беннета в дом и попытался найти секретные бумаги. Кстати, он знал о моей встрече с Тилли и еще каким-то парнем, видевшим в аллее убитого Беннета. Но я не назвал ему имени Педро...

Откуда-то донесся вопль. Теперь стрельба, кажется, шла по всему зданию. Звуки выстрелов, крики и свистки сливались в жуткую какофонию.

— Если Роск и был невменяем, — продолжал я, — или, вернее, почти невменяем, когда стрелял в Беннета, то этого нельзя сказать о последующих его действиях. Он прекрасно сознавал, что делает, убивая Тилли бутылкой, и потом, пытаясь убить той же бутылкой и меня. Он хорошо все понимал, стреляя позднее в Бенни Матика...

— Не слишком ли тебе много известно, Дип? — раздался с порога резкий голос.

Я обернулся. В дверях стоял Роск. В правой руке он держал револьвер.

Правда, мелкокалиберный, но именно этим револьвером были застрелены Беннет и Матик. Теперь очередная пуля предназначалась мне. Именно мне, так как справиться с Элен ему было нетрудно, а потом уже можно было объяснить полиции о своей попытке освободить женщину, попавшую в руки такого бандита, как я.

Стрельба наверху затихла. Слышен был только топот ног и отдельные голоса. Скоро копы найдут дверь, ведущую в подвальное помещение клуба «Рыцарей Совы».

Да, он мог застрелить меня и забить Элен до смерти. Он мог все это проделать и сказать полиции, что пытался выручить ее, но опоздал, и ему оставалось только убить меня, спасая свою жизнь.

Потрясенная Элен, пытаясь как-то прикрыть меня, безнадежно прошептала:

— Все кончено...

Я твердо и решительно отстранил ее от себя, действуя при этом только правой рукой, так как левая была занята. Я сидел вполоборота к двери, держась за рукоятку револьвера.

— Ты мертв, Дип, — продолжал между тем Роск. — Здесь конец троллейбусной линии...

— Может быть, — сказал я и демонстративно пошевелил над столом пальцами правой руки. — Но хотелось бы знать, зачем тебе понадобилось тащить убитого Беннета обратно в дом?

— Это уже старо. Где его документы, Дип?

— Хорошо, начнем сначала, но насчет троллейбуса я тебе уже отвечал.

— Что-то не припомню. Но...

— Ты упустил главное: я мог покинуть троллейбус в любой момент. Вот в чем суть.

Пару секунд он соображали, видимо, что-то понял, так как, издав злобное шипение, ринулся вперед, чтобы выстрелить с близ кого расстояния.

Элен вскрикнула и, не отрывая глаз от дула его револьвера, вновь бросилась закрывать меня. Ее порыв был естествен, но мог очень дорого нам обойтись.

Однако в эти доли секунды произошло то, что на первый взгляд могло бы показаться непонятным. Позади Роска вдруг появилась чья-то фигура. Она настигла его и нанесла удар сзади. И в тот же момент моя тридцативосьмикалиберная пуля, угодив ему в переносицу, продырявила череп.

Однако его пальцы успели нажать курок. Пуля вошла в потолок, а сам убийца, как мешок, свалился на пол.

Он упал, а позади него стоял не кто иной, как добрый, старый Хенни.

Элен закрыла ладонями рот, в глазах ее отразился безумный страх. Она была близка к истерике.

— Я понимаю, ты должен был это сделать! Ты должен был это сделать!..

Голоса слышались где-то рядом. Я вложил револьвер в кобуру и сделал знак Хенни, который все еще топтался возле убитого. Он понял и выскользнул из помещения.

— Элен...

— Ты был должен... Дип. Но все же, зачем?

Ее плечи дрожали.

— Элен, успокойся.

— Почему ты не убил меня, Дип? Было бы легче...

Я пытался остановить ее.

— Не мешай... Это наша последняя минута. Я всегда любила тебя, а теперь... ты стал моей жизнью. Полюбила я тебя давно, еще в те дни... когда я сама была частью этой жизни. Но потом я возненавидела ее. И пыталась даже по-своему бороться с этими отвратительными беннетами, Педлами и Собелами... Но теперь все кончено, Дип. Я буду ждать тебя всю жизнь. Я твоя, ты знаешь это?

Я молча кивнул. Ее глаза блестели от слез.

— Меня не интересует, где ты был так долго и что делал. Я верила, ты вернешься, ведь ты не такой, как они. Я не понимала, как ты можешь с ними... Ты их не любил и они тебя ненавидели. Но я была уверена, что ты все бросишь... и мы будем счастливы.

— Но, послушай...